Реквием - Александра Маринина

И Зотов отдал мальчику все, что сам знал и умел. Онвкладывал в него нотную грамоту и посвящал в тайны владения голосовымаппаратом, заставлял до изнеможения играть гаммы, разрабатывая непослушные инепривычные к быстрым и точным движениям пальцы, запрещал громко петь, покаголос не станет крепким, учил напевать вполголоса под собственныйаккомпанемент. Особенно «доставала» Игоря необходимость подолгу смотретьвидеокассеты с записями концертных выступлений известных оперных певцов. Он непонимал, почему должен смотреть и слушать «эту муть старомодную, которуюприличные люди уже давно не поют и тем более не слушают». Зотов, теряятерпение, изо дня в день объяснял, что учиться нужно у мастеров, а не уремесленников, что надо с самого начала овладевать умением работать толькоголосом.

– Стоять практически неподвижно и в то же время уметьдонести до слушателя смысл и настроение вокального произведения – это высшийпилотаж, и ты должен им владеть, – говорил он. – А намахаться рукамии набегаться по сцене ты всегда успеешь. Тут много ума не надо.

Но Игоря как раз и устраивал тот вариант, при котором ненадо много ума. Во время принудительных сеансов перед видиком он дремалпотихоньку или откровенно зевал. Его кумиром был непрерывно скачущий по сценеМайкл Джексон. Однако Зотов оставался непреклонен.

– Ты не будешь петь так, как он, и не будешь петь такиепесни, как твой Джексон. Никогда. Понял? – жестко повторял он. –Джексонов – тысячи, и в Америке, и в России, и все скачут. Ты хочешь быть однимиз них? Хочешь потеряться в толпе?

Игорек пожимал плечами, ибо совершенно не понимал, что вэтом плохого и почему он не должен быть одним из них. Ну и пусть толпа, затокомпания хорошая.

– Ты должен быть уникальным, единственным, только такможно заработать славу, а значит, и деньги.

Но до Игоря доходило только тогда, когда Вячеслав Олеговичобъяснял ему все на пальцах и с карандашом в руках.

– Когда ты один из многих, люди не понимают, почему онивдруг должны начать любить тебя, если они уже любят Тютькина и Пупкина и ходятна их концерты. Ну и ты точно такой же, так какая разница, кого слушать, а кним они уже вроде как привыкли. Когда вас много, то люди, которым в принципенравится такая манера исполнения и такой репертуар, разделятся между вамипримерно поровну. Чем вас больше, тем на каждого из вас приходится меньшефанатов. Стало быть, меньше людей в зале, меньше денег от выступлений. А когдаты единственный, то все в нашей стране, кому ты понравишься, будут безраздельнотвоими.

Объяснения на таком уровне до Игоря доходили, другое дело,что он далеко не всегда с ними соглашался. Зотов проявлял завидное упорство,тогда как юноша был не в состоянии долго упрямиться. И дело было отнюдь не вмягкости характера. Упрямство требует аргументации, как и любое отстаивание своейпозиции, а с этим у Игоря явно были проблемы. Ему недоставало изобретательностии гибкости ума, чтобы приводить все новые и новые доводы в свою пользу, и вконце концов Зотову удавалось «додавить» его почти в любом вопросе.

Он и сейчас может убедить Игоря, в этом Зотов не сомневался.

* * *

Настя замерзла. Впрочем, ничего необычного в этом не было,зимой, осенью и весной она мерзла всегда. Всегда, когда было холоднее, чем плюсдвадцать пять. Такое вот теплолюбивое растение. Однако в этой комнате было и в самомделе не жарко, двое находившихся здесь сотрудниц архива сидели в шубках,накинутых на плечи, и то и дело пытались согреть руки при помощи чашек скипятком. В здании архива ГУВД что-то случилось с отоплением, и все мучилисьуже третий день.

Закрыв пухлую папку с приостановленным много лет назадуголовным делом, Настя застегнула меховую куртку, натянула перчатки и тут жезасунула руки поглубже в карманы. Все, что хотела, она узнала, хотя ясности неприбавилось. Кольцо, которое она увидела на пальчике Леры Немчиновой, былоочень похожим на то кольцо, которое было похищено при убийстве без малогодесять лет назад. Примерно тогда же, когда погибли родители Леры, только наполгода позже. Но вот вопрос: это то самое кольцо или просто очень похожее? Темубийством занимался отдел Гордеева, и Настя неплохо помнила все обстоятельства.Преступление, однако, осталось нераскрытым. Убитая женщина была супругойвысокопоставленного чиновника из Министерства финансов, труп ее был обнаружен вподъезде дома, в котором она жила, в ходе первоначальных следственных действийочень быстро удалось установить, что дамочка давно уже соскучилась в своейразмеренной и обеспеченной семейной жизни и предавалась вполне невиннымразвлечениям с молодыми и не очень молодыми людьми. Убитый горем супруг,обозрев имущество, сказал, что пропало кольцо с крупным бриллиантом, подаренноеим жене на тридцатилетие. К сожалению, полностью круг любовников и случайныхпартнеров убитой установить не удалось, очень уж много было в этом кругу людейслучайных. Однако пропажа дорогого ювелирного изделия позволила держатьсястрого в рамках версии убийства из корыстных побуждений, и оперативники, чтоназывается, землю носом рыли в поисках пропавшей драгоценности. Но недели шлиза неделями, а кольцо так нигде и не всплыло, ни у подозреваемых, ни ускупщиков краденого, ни в ломбардах, ни на таможне. Как в воду кануло. Были,конечно, коварные мыслишки о том, что кольцо вовсе не пропало, а было покаким-то соображениям спрятано мужем убитой, и эту версию отработали снизудоверху, но кольцо так и не нашлось. И вот спустя десяток лет оно появилось натоненьком пальчике юной девушки. Или все-таки не оно, а просто похожее? Вархивном деле Настя нашла и фотографии потерпевшей, на которых она была с этимкольцом на руке, и подробные словесные описания, данные мужем и родственниками,и даже карандашный рисунок, выполненный со слов тех, кто близко видел украшениеи хорошо его запомнил. Индивидуальных примет в нем было предостаточно, вплотьдо надписи, сделанной гравером по просьбе мужа убитой на внутренней сторонекольца. Дело за малым: снять колечко с нежной ручки Леры Немчиновой ивнимательно его рассмотреть. Да так, чтобы она этого не заметила, иначерасскажет деду, а его роль во всей истории пока совершенно неясна…

По дороге из архива на работу Настя зашла в «Жажду»пообедать, совместив поглощение жареной картошки с чтением купленной возлеметро газеты. Выпив кофе, она бодро зашагала в сторону особняка, в которомразмещалось управление, и с некоторым удивлением думала о том, как измениласьее жизнь. Ну надо же, она стала обедать почти каждый день, а вдобавок и прессупочитывать, чего прежде за ней не водилось. К политике Настя Каменская всегдабыла безразлична, переболев ею один-единственный раз в восемьдесят девятом годуво время Первого съезда депутатов, и политические новости в газетах не читала,но ведь и кроме политики там была масса любопытного.

На рабочем столе ее ждала кипа документов. Конечно, декабрь,министерство готовит коллегию по итогам года, и в материалы должен быть поданраздел о результатах борьбы с организованной преступностью. Сначала нужноподготовить доклад для Заточного, а потом сделать из него сокращенный вариантаналитической справки для министра.