Шалаш в Эдеме - Наталья Александрова

– Ты обитаешь глубоко под землей, и тебе ведомы страшные тайны глубин! Открой нам свою сокровищницу, повелительница, и одари нас своими щедрыми дарами!

– Одари нас! – подхватило дружное эхо.

Жрец взмахнул левой рукой и высыпал в пламя свечи щепотку зеленоватого порошка. Пламя окрасилось в удивительный изумрудный цвет, и тут же по пещере пополз странный дурманящий запах. Он напоминал восточные благовония и пряности, но в то же время в нем было и что-то опасное, недоброе. Почувствовав этот запах, я ощутила смутный страх и желание скорее бежать отсюда…

Волосы у меня на голове зашевелились от страха.

– Прими нашу жертву! – повторил жрец и с этими словами бросил на алтарь что-то маленькое, окровавленное, но еще живое, визжавшее от боли и ужаса…

Я больше не могла смотреть на происходящее и бросилась прочь, в темноту подземных коридоров, в бесконечный безлюдный мрак – только бы оказаться подальше от этого страшного храма, от этого кошмарного тайного ритуала…

Скоро звуки за спиной затихли, и я снова погрузилась в бездонную темноту.

Теперь я шла медленно, осторожно ощупывая стены, пробуя ногой дорогу, чтобы не провалиться еще глубже и не переломать все кости.

Вдруг впереди снова замерцал какой-то свет.

Я испугалась, подумав, что сделала в темноте круг и вернулась к страшному святилищу. Я хотела уже повернуть, уйти от источника света, но подумала, что тогда буду бесконечно кружить во мраке, рискуя окончательно заблудиться, и решилась идти вперед.

Сделав еще несколько шагов, я выглянула из-за поворота и увидела небольшую круглую пещеру. В ее центре на коленях стоял какой-то человек. В неровном свете коптящих свечей я разглядела его широкие плечи, низкий лоб и сросшиеся на переносице косматые брови. Глубокие тени делали его лицо, и без того мрачное и угрюмое, еще страшнее. В пол перед ним была вделана ржавая металлическая решетка – вроде крышки колодца. В руках мрачного незнакомца был конец толстой бельевой веревки, пропущенной сквозь эту решетку. Он вытягивал веревку, как рыболов вытягивает леску из проруби, и что-то невнятно бормотал. Вдруг он насторожился, словно почувствовал мое присутствие, и завертел головой. Я застыла на месте и отвела глаза в сторону.

В это мгновение откуда-то из-под земли донесся приглушенный голос:

– Выпусти меня! Тебе за это очень хорошо заплатят!

Я вздрогнула и не сразу поняла, что голос доносится из-под решетки.

Мрачный тип что-то неразборчиво промычал и вытащил веревку, к которой был привязан алюминиевый бидончик.

– Выпусти меня! – снова донеслось из-под земли.

В ответ на эти слова тип со сросшимися бровями снова замычал, издал какой-то утробный звук, запрокинул голову и забормотал, как неисправная фановая труба. Я поняла, что он немой.

Под конец своей «речи» немой погрозил решетке огромным волосатым кулаком. Смотал веревку и убрал ее вместе с бидоном в большой рюкзак. Закинув рюкзак за спину, он поднялся с колен. Загасив все свечи, кроме одной, он сложил их в каком-то углублении стены и зашагал прочь, держа перед собой чадивший огарок и сердито бормоча.

К счастью, он пошел в противоположную от меня сторону.

Огромная тень удалялась по подземному коридору, и в подземелье становилось все темнее и темнее. Наконец, вдалеке последний раз мелькнул слабый отсвет пламени, и снова воцарилась непроницаемая тьма.

Только тогда я решилась выбраться из своего укрытия и перевести дух. Вроде бы немой еще не сделал мне ничего плохого, но сомнений не было: если бы мы встретились с ним возле решетки, да что там – просто в узком темном переходе, то жизнь моя спокойно могла бы оборваться прямо на месте. Уж очень он был страшный!

Медленно двигаясь вдоль стены, я нашарила нишу, где немой оставил свечи. К своей великой радости я нашла не только несколько огарков, но и коробок спичек.

Хотя я старалась двигаться почти бесшумно, наверное, какие-то звуки все же выдали мое присутствие.

– Кто здесь? – донесся из-под земли хриплый, взволнованный голос. – Это ты, Малюта? Ты вернулся? Ты передумал? Выпусти меня, тебе очень хорошо заплатят…

Ничего не ответив, я чиркнула спичкой, зажгла свечу и, едва подземелье осветилось ее пляшущим огоньком, подошла к вделанной в пол решетке.

Внизу, в круглой глубокой яме, сидел на корточках смешной маленький человечек. Увидев меня, он издал удивленный возглас, вскочил на ноги и запрокинул голову.

Я поднесла свечу к самой решетке и рассмотрела его.

У него было круглое лицо, круглая лысина, обрамленная венчиком седоватых вьющихся волос, и пухлые детские щечки. Вообще, весь он был какой-то круглый, как состарившийся младенец, хотя и очень изможденный. Больше всего, пожалуй, он напоминал спущенный воздушный шарик. На вид ему было лет пятьдесят.

– Кто вы? – прохрипел он и тут же закашлялся. – Вас прислали за мной? Они все-таки решили меня отпустить?

Я замотала головой, удивленно разглядывая пленника.

– Нет, – пробормотала я наконец. – Я попала сюда совершенно случайно… я не знаю, как отсюда выбраться… а кто вы такой? Почему вас здесь держат?

– Вам этого лучше не знать… – человечек погрустнел. – Это слишком опасная информация… – Он снова вскинул на меня глаза и с робкой надеждой проговорил: – Вы можете выпустить меня отсюда?

Я осмотрела решетку. Она была заперта на большой висячий замок, открыть который без ключа я никак не смогла бы.

Выслушав мое неутешительное сообщение, круглый человечек пригорюнился и сказал:

– Вот что… вы можете позвонить по телефону… – Он продиктовал мне номер. – Позвоните и скажите, что Леонид Борисович – это, кстати, я, – что Леонид Борисович здесь… и что каждый охотник мечтает знать, где сидит чайка…

Я подумала, что он свихнулся от темноты и одиночества, раз бормочет всякую ерунду – детскую считалочку про все цвета радуги, да еще и память ему отшибло, потому что он путает слова… ведь в этой считалке говорится вовсе не про чайку, а про фазана!

– Очень прошу вас! – повторил Леонид Борисович. – Это крайне важно! Вы запомните? – И он еще раз повторил телефонный номер и дурацкую фразу про чайку.

Едва закончив говорить, он снова закашлялся.

– Для начала хорошо бы отсюда выбраться… – проговорила я мрачно. – Вы не знаете, где выход?

– Меня сюда притащили с завязанными глазами… – вздохнул он. – Но Малюта… тот человек, который приносит мне еду… он уходит вон в ту сторону…

Я и сама видела, куда удалился Малюта, но коридор наверняка разветвляется… впрочем, все равно – нужно попробовать, другого выхода просто нет.

– Так вы позвоните? – настойчиво повторил Леонид Борисович и снова продиктовал мне номер телефона.

Прежде чем я ушла, он жалобно проговорил: