Пазлы Создателя - Ксения Любимова

Подруги снова дружно кивнули.

– Хорошо, когда между девочками такое единодушие, – довольно сказала Ника.

Настя быстро отвернулась, пряча улыбку. Ника нравилась ей безумно. Хотя назвать ее девочкой можно было с большим натягом. Глядя на бабулю, суетящуюся на кухне, она с трудом давала ей больше шестидесяти. А число «сто одиннадцать» вообще отказывалось укрепляться в ее сознании.

Где-то хлопнула дверь, и Настя прислушалась. Через минуту на кухню ввалился Антон и радостно возвестил:

– А вот и я!

– А это Ника, – сказала Настя.

– Бабушка Эрика? – уточнил он.

– Именно!

– А в честь чего вечеринка? – Он перевел взгляд на накрытый стол.

– Кавалера ждем, – пояснила супруга.

– Какого?

– В данном случае Голубева.

– Голубева?! – он отвел Настю в сторонку.

– А что такого?

– Но он же ей во внуки годится.

– Я бы сказала, даже в правнуки. Но здесь есть два «но». Во-первых, Нику не устраивают мужчины старше сорока. А во-вторых, мужчин старше сорока у нас на примете все равно нет.

Супруг похлопал глазами и схватился за голову.

– Я, пожалуй, пойду отдохну, – тоненьким голосом проговорил он.

– Иди, дорогой, – ласково ответила супруга. – У тебя впереди долгий вечер.

Ровно в восемь в дверь раздался звонок. Голубев, как ни странно, оказался точен. Видимо, халявный коньяк не давал ему покоя.

– Впускайте скорее, – попросил он, запрыгивая в дом, – замерз, сил нет!

– На улице не холодно, – удивилась Мариша, – около нуля, и снег не идет.

– Так я полчаса прыгал возле вашего дома!

– Зачем?

– Я же говорю, как человек культурный, я не могу приходить в гости на полчаса раньше.

– А халявный коньяк твоя культурность позволяет пить?

– Это – да. Даже без вопросов. Если говорить о коньяке, то здесь без разницы, какой он – честно купленный или, как ты говоришь, халявный. Коньяк, он и есть коньяк. Тем более такой, как у вас.

– Кто бы сомневался! – заметила Настя. – Пойдем в комнату, познакомлю тебя с дамой.

– Подождите, скажите хотя бы, сколько даме лет, – заволновался Голубев.

– Какая разница? Тебе же не замуж ее брать! Самое главное, помни о коньяке. Тогда возраст ничего не будет значить.

– Ладно, уговорили, – кивнул следователь. – Ведите.

В гостиной было пусто. Свет притушен, освещение давал единственный светильник над столом. Ника чинно восседала за столом. Голубев сделал два шага вперед, улыбнулся, но в тот же момент улыбка сползла с его лица.

– Добрый вечер, – произнесла Ника тихим грудным голосом. – Очень рада знакомству.

Голубев беспомощно оглянулся на девушек.

– Это и есть та самая женщина, за которой я должен поухаживать?

– Да. Целуй ручку! – зашептала Настя.

– Что? – не расслышал следователь.

– Ручку целуй, – повторила она. – Где твоя культура?

– Ага! – кивнул Голубев и приложился к Никиной конечности.

Она кокетливо захихикала.

– Как вы любезны!

– Молодец! – прошептала Настя и показала ему большой палец.

– А где Антон? – поинтересовался Голубев, видимо, придя в себя.

– Отдыхает после трудового дня, – пояснила Настя, – сейчас спустится.

– Было бы от чего отдыхать, – проворчал он. – Сиди себе и целый день считай деньги. Я бы только сил набирался от такой работы.

– А вы где работаете? – поинтересовалась Ника.

– В полиции.

– Значит, практически коллега моему внуку.

– А кто ваш внук? – полюбопытствовал Голубев.

Настя сделала страшную рожу и принялась делать Нике знаки за спиной следователя.

– Внук-то? – переспросила Ника. – Ищет потихоньку. То одно, то другое…

– А… – Он искоса принялся разглядывать женщину. Очевидно, прикидывал, сколько ей может быть лет.

– Я схожу за Антоном, – сказала Настя и направилась к лестнице.

Мариша села в кресло и расслабилась. Первый этап знакомства прошел. Похоже, Голубев отнесся к даме с пониманием. Следователь уселся на соседний стул, и они принялись болтать о разной ерунде. Хотя щебетала в основном Ника, а следователь ей только поддакивал.

Когда Антон спустился вниз, веселье уже шло полным ходом. Голубев принял уже коньяка, и его настроение сразу улучшилось. Он стал рассказывать о работе, время от времени вставляя никому не нужные подробности, но Ника слушала очень внимательно и там, где надо, делала комментарии типа: «Какой же вы молодец!» или «На работе вас, наверное, очень ценят!».

Голубев высокомерно посматривал по сторонам и чувствовал себя настоящим мужчиной.

– Видала, какое мастерство? – прошептала Марише Настя. – Тебе нужно брать у нее уроки обольщения.

– Так с Голубевым никакого мастерства не надо, – фыркнула она. – Попробовала бы бабуля поэкспериментировать на таком типе, как ее внучок!

– Это точно! – согласилась подруга.

– Почему вы не приглашаете меня танцевать? – кокетливо поинтересовалась Ника.

– Я приглашаю, – Голубев расплылся в фальшивой улыбке, и пара направилась в центр комнаты.

Появление сыщика для всех осталось незамеченным. В какой-то момент Мариша перевела взгляд в сторону и увидела Эрика, застывшего у входа и напряженно наблюдавшего за танцующей парой. Некоторое время он пытался понять, кого же он видит, но затем его взгляд расслабился, и он быстрым шагом направился в гостиную.

– Бабушка! – громко произнес Эрик и приветственно раскинул руки.

– Бабушка?! – взвыл Голубев, останавливаясь и переводя глаза с Ники на сыщика и обратно.

– Бабушка! – гордо кивнула Ника и, отпустив кавалера, крепко обняла внука.

– Плесните мне чего-нибудь, – жалобно попросил Голубев, падая на диван.

Антон бросился к столу и налил ему коньяка.

– Не сюда, – помотал он головой. – Лей в фужер.

– Так там граммов двести!

– Отлично!

Голубев опрокинул в себя напиток и откинулся на спинку.

– Лучше? – робко спросила Мариша.

– Не приставай, – тоскливо попросил он. – И без тебя тяжко.

– А что случилось?

– Дама… Чуть старше тебя… Нуждается в кавалере… – съязвил он.

– И что не так?

– Ты не сказала, что она бабушка Эрика.