Ультиматум Гурова - Алексей Макеев

Конышев огромными шагами прошел прямо к кабинету риелторов и рывком распахнул дверь. Гольдман сидел на своем месте, по своему обыкновению уткнув крючковатый нос в бумаги.

— Где деньги? — с порога спросил Конышев.

Длинное лицо Льва Абрамовича вытянулось еще больше.

— Что, простите? — переспросил он.

— Деньги! Деньги! — прокричал Конышев.

Потом, поняв, что Гольдман ничего не понимает, опустился на стул и, в один миг вдруг осознав, что случилось непоправимое, сообщил уже другим, совершенно тусклым голосом:

— Нас обокрали, Лев Абрамович.

Гольдман поднялся из-за стола. На лице его было написано выражение крайнего волнения.

— Но как же… Вы заперли сейф? — спросил он.

Конышев лишь устало махнул рукой. Достав из кармана сотовый телефон, нажал на кнопку и произнес:

— Лев Иванович, вы сейчас на месте? Это Конышев… Можете срочно приехать?

Гуров смотрел на пустой сейф, переводя взгляд на Конышева и Гольдмана, которые маячили за его спиной.

— Вот сюда, сюда я их положил! — тыкал рукой Конышев, как будто имело значение, в какой именно угол сейфа он сунул злополучные деньги.

Гуров не слушал его, внимательно разглядывая замочную скважину. Эксперты, конечно, скажут наверняка, но уже сейчас было ясно, что замок не взломан, а очень аккуратно открыт. Вот только непонятно чем.

— Можете приступать, — кивнул он своему спутнику, молодому эксперту Мише Заварзину, который, вооружившись лупой и другими необходимыми инструментами, принялся осматривать поруганный сейф.

— А мы с вами давайте пока побеседуем, — предложил Гуров. — Начнем с простого вопроса: в какое примерно время была совершена кража?

— Так, я уехал сразу после одиннадцати, деньги были на месте, — закатив глаза, начал вспоминать Конышев. — Вернулся в половине второго, и их уже не было. Вот за это время их и украли!

— А ключ, говорите, есть только у вас?

Конышев подтвердил, что это так.

— А у кого-нибудь есть к нему доступ?

— Нет. Я всегда ношу его с собой, в связке со всеми остальными ключами. Эта связка крепится к карману, так что она всегда со мной.

Гуров кивнул и пристально посмотрел на Конышева.

— Что такое? — заморгал тот.

— Пока ничего. Мы еще поговорим с вами наедине, Виктор Станиславович, а пока я хочу знать, что происходило в конторе за время вашего отсутствия. Вы были здесь все время? — повернулся он к секретарше.

Та кивнула. Выходящие за привычные рамки события сегодняшнего дня отразились на ней не лучшим образом: она еле сдерживалась, чтобы не расплакаться, и, кажется, из последних сил держалась на ногах. Тут же находился пожилой мужчина с печальными, но хитрыми еврейскими глазами и бородкой клинышком — это был заместитель Конышева Лев Абрамович Гольдман.

— Попробуйте воссоздать последовательность событий, — попросил Гуров, доставая записную книжку.

Девушка кивнула и, запинаясь, начала:

— Когда Виктор Станиславович уехал, мы остались вдвоем с Львом Абрамовичем. Он все время был в своем кабинете. Нет, кажется, он все-таки выходил пару раз…

— Людочка, но я же не проходил к кабинету Виктора Станиславовича, я выходил просто покурить! — с трудом сдерживая раздражение, вставил Гольдман.

— Неважно, не мешайте, пожалуйста, — остановил его Гуров. — Продолжайте, Люда.

— Я, собственно, даже не знаю, что продолжать, — захлопала та ресницами. — Ничего не происходило…

Гуров подошел к ней поближе, усадил в кресло и попросил принести девушке каких-нибудь успокаивающих капель. Так как никого более подходящего не было, это пришлось сделать самому Конышеву. Примерно минут через пятнадцать, когда девушка более-менее успокоилась, Гурову удалось выяснить, что ничего особенного в конторе не происходило. Что она практически не отлучалась со своего места, что никто посторонний не приходил и даже не звонил, несколько раз промелькнул Гольдман, но не приближаясь к двери кабинета директора, а около двенадцати заявился Красницкий.

— Я как раз в это время возвращалась из туалета и увидела, что он дожидается меня в приемной. Он очень спешил и попросил меня сделать ему чаю, после чего сразу же ушел в свой кабинет.

— Значит, Красницкий какое-то время все-таки оставался в приемной один? — уточнил Гуров.

— Да, но… Но не думаете же вы, что это он украл деньги? — глядя на Гурова с каким-то ужасом, спросила Люда.

Гуров лишь усмехнулся и повернулся к Конышеву:

— У него же нет ключа, верно?

— Нет и быть не могло! — твердо заявил тот и обратился к Гольдману: — Лев Абрамович, вы не давали запасной ключ Красницкому?

— Боже меня упаси! — со священным ужасом в глазах сложил руки на груди Гольдман.

— Где сейчас Красницкий? — спросил Гуров.

— Уехал на объект.

— Звоните ему! — потребовал полковник.

Конышев дрожащей рукой набрал номер и через полминуты сообщил, что Алексей Владимирович не отвечает. После этого директор конторы позвонил на объект и выяснил, что Красницкий там сегодня не появлялся.

— Да где же он? — с недоумением вопрошал Конышев, расхаживая по приемной взад-вперед. — Как сквозь землю провалился!

Гуров ничего не прокомментировал. Он отлично понимал, что с той суммой, что была похищена из сейфа Конышева, «провалиться сквозь землю» можно очень легко.

— Постойте! — сказала вдруг Люда. — Еще ведь Надя была!

— Как — была? — удивился Конышев. — Она же мне сказала, что уезжает на адрес!

— Ну, она и поехала, — оправдываясь, стала объяснять Люда. — Только это уже после вас было. Она что-то еще собирала в своей комнате.

— Час от часу не легче! — прошипел Конышев. — И что, она могла зайти в мой кабинет? Но у нее уж точно нет ключей! Люда, вы видели ее в приемной?

— Нет. Разве что…

— Разве — что? — надвинулся на нее Конышев.

— Разве что, когда я в туалет выходила, — шепотом добавила девушка и разревелась.

Гуров внимательно посмотрел на ее стол и на большую чашку, в которой плавал пакетик чая.

— С вашего позволения, — шагнул он к столу и взял чашку в руки, после чего передал ее эксперту со словами: — Миша, проверьте-ка этот чаек.

Эксперт кивнул, продолжая заниматься своей работой. Люда ревела, Гольдман хмуро переминался с ноги на ногу, и Гуров решил, что настало время побеседовать с Конышевым тет-а-тет, для чего и спросил, где это будет удобно сделать. Директор стал озираться — в его кабинете колдовал над сейфом эксперт, в приемной толпились сотрудники, посему он провел Гурова в кабинет риелторов, который постоянно делили Гольдман и Красницкий, а агенты по недвижимости, которые, вообще-то, зарабатывают свой хлеб ногами, были здесь нечастыми гостями.