Дом, где притаилась смерть - Марина Серова

– К счастью, Евгения мне помогла… как это… побить, – запнулась Клаудия, подбирая русское слово, и сделала это весьма кстати, пока не наболтала лишнего. Похоже, она совершенно позабыла, о чем я ей говорила перед вызовом Ольги в кабинет.

– Отбиться, – подсказала я и продолжила: – То есть нам удалось раскусить этого «подосланного казачка». – При этом я многозначительно посмотрела на итальянку, давая ей понять, что больше встревать не следует. – Мы знаем, кто исполнитель, точнее, догадываемся и предполагаем, так как доказательств никаких, а вот кто заказчик – этот вопрос остается открытым, – перешла я к сути, на этих словах намеренно сделав паузу. Ответ Ольги показался подозрительным:

– О боже… – прошептала она осипшим голосом. Охватившее ее волнение было странным.

– Да, нам почти удалось задержать негодяя, но, увы, у него все же получилось вырваться… – Я опять запнулась, девушка отреагировала очередной уже известной фразой, но произнесенной с более оптимистичными нотками:

– О боже!

– На память об эпизоде с нападением осталась важная улика и информация о том, что за несколько минут до нападения этот человек был в салоне и говорил именно с вами, Ольга. – Я подошла к ней поближе, намеренно создав некий моральный дискомфорт вторжением моего биополя в ее личное пространство. – И теперь, собственно, вопрос: о чем вы говорили?

– С кем?

– Со шпионом! – ответила я, а Клаудия в один голос со мной, в свою очередь, воскликнула:

– С преступником! – Чем сильно напугала сотрудницу салона. Я опять поспешила добавить, чтобы сместить акценты от нападения в сторону информации, которую нам необходимо было получить.

– Ольга, мы предполагаем, что в салоне работает кто-то, кто помогает этому человеку со шпионажем. Поэтому и хотели поговорить с вами, чтобы попытаться, быть может, совместно понять, кто предатель. – Услышав мое последнее слово, девушка вздрогнула, взгляд ее заметался по кабинету, избегая наших лиц. – Так о чем вы разговаривали со шпионом?! – Я намеренно чуть повысила голос, Ольга испугалась не на шутку.

– Ни о чем! Об очках, оправах… – сбивчиво затараторила она.

Именно этого ответа я и ждала, чтобы перейти в открытое нападение.

– А откуда вы знаете, про какого именно клиента мы говорим?! – Я подошла к Ольге вплотную и не сводила взор с ее лица.

– Я… э… я на самом деле не знаю… просто тут все спрашивают про одно и то же, про линзы и очки, это же салон оптики! – с трудом подбирая слова, по крупицам собрала она вполне допустимое объяснение.

– Хорошо… – мрачно протянула я, но обвинять девушку на данном этапе было не в чем, да и неразумно. Я всегда руководствовалась правилом презумпции невиновности. Пока доказательная база напрямую не указывала на причастность человека к преступлению, я не имела права обвинять его. Разве что подозревать, но делать это по понятным причинам старалась тайно. Я была очень довольна, что мне удалось придумать версию с промышленным шпионажем. Салон быстро наполнится слухами, сотрудники решат, что Клаудия, по своей иностранной глупости, решила, что охотятся не за лотерейным билетом, а за профессиональными тайнами. А этот вывод может заставить преступника расслабиться, совершить ошибку и тем самым облегчить задачу мне. Но все это пока было только на уровне размышлений. Я до сих пор была не уверена, что злодей, один или несколько, напрямую связан с салоном. Я продолжила завуалированный под доверительную беседу допрос: – И все же о чем вы разговаривали с этим мужчиной? – спросила я, показывая заранее подготовленную распечатку с камер наблюдений.

Ольга взяла листок бумаги, некоторое время внимательно разглядывала изображение, затем спросила, повернувшись к Клаудии:

– А у нас что, есть скрытое наблюдение в торговом зале? – Я не удивилась, что этот вопрос взволновал девушку в первую очередь. Ее поведение все больше казалось мне подозрительным, но я воздержалась от комментариев.

– Да, это обязательная мера, – с ходу и очень убедительно соврала итальянка. На самом деле камера была всего одна и охватывала преимущественно зону двери. Остальные только должны были установить, но знать сотрудникам об этом было ни к чему.

– Вот уж и не догадывалась, интересно… – Ольга потерла ладонью лоб, собираясь с мыслями. Я уже собралась было напомнить ей вопрос, как она сама продолжила: – Ему нужна была оправа, но, насколько я поняла, покупать он сегодня ничего не собирался. Спросил у меня что-то про частоту обновления ассортимента, помялся пару минут у витрин и ушел. Я еще подумала, что он мог быть из конкурирующего магазина. Совсем как вы сейчас и сказали, – отчего-то обрадовалась она и принялась увлеченно рассуждать: – Точно! Теперь его странности объясняются просто. Он не за очками, а за нашими секретами приходил! – возвестила она с таким воодушевлением, словно эта мысль пришла ей в голову сама по себе, без моих тщательно подготовленных подсказок. – Ведь он к нам часто заходит, все что-то выспрашивает, меряет, но пока еще ничего не купил. А внешность такая приметная, кепка всегда одна и та же и очки. Да еще у него часы старомодные на металлической цепочке, я думала, таких сейчас и не выпускают… – Я не стала ее поправлять, что это не внешность приметная, а аксессуары делают ее такой, так как мою клиентку взволновало другое.

– О… теперь точно сходится, что за мной охотятся соперники по бизнесу?! – всплеснула руками Клаудия.

– Охота? – Ольга округлила глаза.

Я поняла, что в присутствии девушки мы обсудили уже больше информации, чем следовало, поэтому я поспешила ее отпустить. Оставшись наедине с клиенткой, я принялась рассуждать вслух:

– Странно все как-то получается. И совпадение довольно подозрительное… Интуиция мне подсказывает, что надо бы проследить за этой продавщицей. Реагирует она уж больно наигранно, то чуть ли не в обморок от страха падает, бормочет, что ничего не помнит, а в следующую минуту вдруг выдает наизусть диалог с клиентом… Хвост просто сам напрашивается с данной ситуацией.

– Какой? На голове из волос или у животного? – Не успевая за моими быстрыми рассуждениями, Клаудия была совершенно сбита с толку.

– Хвост – это специально обученные люди, которые идут по следу, например, подозреваемого, с целью слежки, – терпеливо расшифровала я.

– Как это слежки?

– Как обычно, при помощи прослушивающих и прочих шпионских устройств.

– А кто эти люди, которые пойдут по следу? – резонно поинтересовалась моя подопечная.

– Это мы с тобой! – Я обворожительно улыбнулась. – Точнее, должна была быть только я, но, увы, я не имею права оставлять тебя одну, тем более что по условиям договора я в первую очередь твой телохранитель. Так что мы отправимся вместе. Эх, зря мы не перекусили в «Рапсодии», в отель мы, по всей видимости, попадем не скоро, – вздохнула я.

– Ой, я опять боюсь. – Клаудия обхватила себя руками за плечи, словно озябла от внезапного сквозняка.

– А вот это чувство совершенно лишнее, особенно теперь, когда я рядом и с тобой, и с твоим билетом, – улыбнулась я итальянке и нарочно поспешно сменила тему: – Так! Сейчас я все подготовлю для успешной слежки, потом часа за полтора до закрытия демонстративно отправимся в отель.