Если завтра не наступит - Сергей Донской

Свободные джинсы и пушистый свитер не позволяли оценить ее фигуру, но одно можно было сказать наверняка: плечи у Лиззи Браво не покатые, бедра не чересчур широкие, а ноги не коротковаты. Несмотря на то что внешние данные американки никаким образом не касались Бондаря, он испытал нечто вроде удовлетворения. Ему всегда было неловко общаться с женщинами, относящимися к своей фигуре, как к мешку с картошкой.

– Что подразумевается под практикой? – спросил он, переводя взгляд с Лиззи на Кайта и обратно.

– Anything, – ответил американец. – Все, что угодно.

– Hey, slow down! – возмутилась Лиззи.

Из последовавшего диалога Бондарь уяснил несколько неожиданных для себя вещей. Первое: мистер Кайт намеревался приставить к нему девушку в качестве сопровождающего лица, тем самым ограничивая его свободу. Второе: будучи стажером, мисс Браво в принципе не возражала таким образом послужить отечеству, но ее смущала формулировка «все что угодно», поскольку, являясь феминисткой по призванию, она негативно относилась к любым проявлениям мужского шовинизма. Третье: на протяжении трех суток начинающей разведчице предписывалось не выпускать объект из виду надолго, чтобы исключить всякого рода форс-мажорные обстоятельства.

– Так не пойдет, – заявил Бондарь, закуривая неизвестно какую по счету сигарету. – Я не нуждаюсь в услугах этой особы. – Он кивнул на Лиззи, по красивому лицу которой пробежала судорога. – Если мне понадобится женщина, я предпочитаю выбрать ее сам.

– О'кей, – легко согласился Кайт. – Давайте сюда конверт и наслаждайтесь свободой выбора. Нет – довольствуйтесь обществом мисс Браво.

– Она не в моем вкусе.

– Christ! – возмутилась Лиззи. – You can't do that this way! I'm not a slave!

– Возмущается, – перевел Бондарь, словно кто-то попросил его об этом. – Утверждает, что она не рабыня.

К этому моменту он начал понимать, что предложенный Кайтом вариант не так плох, как могло показаться. Если не будет Лиззи, то ее заменят какими-нибудь шпиками мужского пола, находиться под надзором которых еще утомительней. Навесят радиомаячок, обставят «жучками», окружат неусыпной заботой и вниманием… Нет уж, спасибо, обойдемся.

– Извольте изъясняться по-русски и не капризничать, стажер, – отчеканил Кайт. – Если вас не устраивает работа, можете подыскать себе другую. – Его глаза переметнулись на Бондаря. – Не хочу показаться грубым, но примерно то же самое касается вас. Деньги получены. Их надо отрабатывать.

Вот как он заговорил! Все продается и покупается? А морда не треснет, господин Коршунов?

Тщательно погасив окурок в пепельнице, Бондарь предупредил:

– Скажите этой своей Лиззи, что я, видите ли, не джентльмен. В скатерть не сморкаюсь, но и расшаркиваться перед дамочками не привык.

– Я знаю рьюсских мужчин, – вздернула нос американка. – Достаточно хьорошо. Это не есть новость.

Бондарь не удержался от ухмылки. Его забавляла самоотверженность Лиззи Браво. Кроме того, ему понравился ее профиль: точеный носик, чуть запавшие щеки, неожиданно волевой для женщины подбородок. Из-за манеры выпячивать нижнюю губу казалось, что американка готовится к поцелую, хотя, конечно, она охотнее укусила бы Бондаря, не спешившего радоваться неожиданному подарку судьбы.

– Разумеется, мы будем жить в разных номерах, – сказал он, глядя в глаза Кайту.

Тот скорчил безразличную мину:

– Если вы готовы оплатить проживание мисс Браво из своего кармана…

Он полагал, что русский, позарившийся на дармовые деньги, не захочет тратить их на кого-нибудь, кроме самого себя. Бондарь не стал его разочаровывать. Лишь досадливо поморщился, признавая тем самым поражение.

Лиззи встала, уставившись в окно поверх его головы.

– Мне необходимо собрать вещи, – заявила она со своим неподражаемым акцентом. – Это будет десять минут.

– Тогда чьерез дьесят мьинут встрьечаемся на ульице, – поддразнил ее Бондарь, тоже поднимаясь с кресла.

– Вы можете подождать в офисе, Евгений Николаевич, – предложил Кайт, принявший не просто вальяжную, а барскую позу. – Кофе? Коньяк?

– Благодарю за заботу, но я предпочитаю подышать свежим воздухом. Накурено тут у вас.

Скривившись так, словно в кабинете американца пахло не табачным дымом, а бог весть чем, Бондарь сухо попрощался и вышел вон.

19

Предположение, что изумрудная малолитражка, припаркованная возле входа в «Эско», принадлежит не кому-нибудь, а начинающей шпионке Лиззи Браво, оказалось верным. Невозмутимо пройдя мимо Бондаря, она сунула в багажник сумку, открыла переднюю дверцу, уселась за руль и включила зажигание. Приглашения присоединиться не последовало, поэтому Бондарь счел необходимым преподнести американке небольшой урок. Если уж она такая строптивая, то укротить ее следовало с самого начала.

Не оглядываясь, он зашагал в сторону площади Горгасали. Шел он довольно быстро, поэтому запыхавшаяся Лиззи нагнала его лишь две минуты спустя.

– В чем состоит проблема? – возмущенно спросила она, преграждая Бондарю путь.

Равнодушно скользнув взглядом по ее вздымающейся груди, он так же равнодушно ответил:

– Ноу проблем. Просто я предпочитаю прогуляться пешком.

– Но это нонсенс! – воскликнула Лиззи. – Зачем ходить, если можно ехать?

– Мне показалось, что ты собралась отчалить в гордом одиночестве, – грубовато произнес Бондарь.

– Ты ошибся. Прошу… – Лиззи сделала неловкий жест в сторону своего автомобильчика. – Плиз, пожалуйста…

Не торопясь принять приглашение, Бондарь с сомнением склонил голову к плечу:

– Потянет ли эта малютка нас двоих?

– О, «Рено Клио» есть надежный автомобиль с хорошими характеристиками. – По сверкнувшим глазам Лиззи было заметно, что она любит машины больше, чем мужчин. – Спортивный двигатель. Сто десять коней.

– Лошадиных сил, – машинально поправил Бондарь.

– Да, да. Мы поедем?

– Уговорила. Но впредь без фокусов.

– The tricks? О каких фокусах ты говоришь?

Настало время прочитать американке небольшую лекцию.

– Я хочу, чтобы в дальнейшем между нами не было недоразумений, – заговорил Бондарь с расстановкой, двинувшись в обратном направлении. – Мне плевать, что ты обо мне думаешь, но можешь быть уверена, что я тоже от тебя не в восторге. – Он поднял руку, отметая готовые последовать возражения. – Не перебивай… Так вот, если ты станешь портить мне нервы, то я найду способ избавиться от твоего общества. Сомневаюсь, что твоему шефу понравится, если ты сообщишь ему, что русский разведчик исчез в неизвестном направлении. А мне это как… – Бондарь задумался, подыскивая подходящее сравнение, которое не оскорбило бы слух дамы. – Как с горки скатиться, – нашелся он наконец. – С сегодняшнего дня мы не просто партнеры. Ты находишься у меня в подчинении. Усвоила?