Райский уголок для смерти - Наталья Андреева

– Они всерьез собирались, – напряженно сказала Анна. – На отдых так не ездят. А как они уверенно обращаются с масками! Ты посмотри!

– Думаешь, они решили тебя утопить? – пошутила Марина.

– Прекрати! – внезапно вскипела Анна. – Ты же знаешь, как я боюсь воды!

– У страха глаза велики, – пробормотала Марина, вытягиваясь в шезлонге.

– Я не сказала вам о еще одной примете: убийца мастер спорта по какому-то из водных видов спорта. Возможно, по дайвингу.

– Что ж ты молчала! – воскликнул Максим.

– Здесь все отлично плавают. Кроме меня, – сухо сказала Анна.

– У Максима тоже разряд! – с гордостью сказала Марина. – Да что я говорю! Он же КМС! Плавает как рыба!

– Не преувеличивай, – одернул ее муж.

– Мне что, нельзя тобой гордиться?

– Нашла время!

– Что ты на меня кричишь! Что я не так сказала?

– С тех пор как приехала, ты все делаешь не так! – раздраженно сказал Максим.

– Перестаньте ссориться, – остановила их Анна.

Какое-то время они молчали.

– Итак! – произнесла Анна, глядя на Максима. – Ты обещал сегодня вечером назвать мне его имя. Хотя бы прозвище, данное твоей женой, раз, кроме Буржуя, нам никто так и не представился.

– Ах да! Я обещала вам, что познакомлюсь с Панамой и ее семейством! – спохватилась Марина. – Уже бегу!

И она понеслась вниз по лестнице, рискуя сломать шею. Но ей не терпелось доказать мужу свою полезность. Тема для разговора нашлась быстро.

– Какая вульгарная особа, – сказала Панама, явно имея в виду БУ. Они с Мариной стояли у кромки воды, Дочура и Милый барахтались метрах в десяти от берега, а мать семейства ревниво следила за процессом. Собеседнице она обрадовалась.

– Она, скорее всего, не поняла, что эти места зарезервированы.

– Вот за это нас, русских, и не любят!

– К нам просто относятся с опаской. Мы непредсказуемы.

– Надо меньше пить! – заявила Панама.

– Я не заметила, чтобы эта девушка злоупотребляла спиртным.

– Вчера вечером они с подружкой сидели в баре на пляже!

– По вечерам все сидят в барах, – возразила Марина. – Вы, как я поняла, тоже там были.

– Мы просто любовались морем!

– И они тоже.

– Нет, они пили! Официант без конца уносил с их столика пустые бокалы!

– Да? – с сомнением спросила Марина.

Она давно заметила: если люди на чем-то зациклены, они и в других в первую очередь отмечают тот же недостаток. И начинают их критиковать, выводя тем самым из-под удара себя. Или сравнивая их с собой и утешаясь: «мой-то случай далеко не такой запущенный». Марина заподозрила, что либо сама Панама, либо ее супруг втайне предаются греху пьянства. Она внимательно присмотрелась к даме.

Панама говорила слишком эмоционально. Вид у нее был возбужденный, пальцы постоянно что-то теребили. О чем это свидетельствует? Либо она доведена до крайности мужем, удерживая его от срыва, либо у нее самой алкогольный психоз.

– Почему вы не купаетесь? – вежливо спросила Марина.

– Море грязное. Вот на Кипре…

Если на пляже русские зацепились языками, будьте уверены, они обсуждают отдых за границей. В крайнем случае вновь прибывшие интересуются у старожилов: а как здесь? Но разговор неизменно переходит в русло «а как где».

– …представляете, ее унесли с пляжа, будто какое-нибудь бревно!

– Простите?

Марина немного отвлеклась, наблюдая за красавицей Агатой, которая вела к воде Буржуя. Именно вела, потому что шла первой и зорко смотрела по сторонам. Анна тоже смотрела на парочку, облокотившись на перила и спрятав глаза за стеклами огромных солнцезащитных очков.

– Я говорю, что нельзя так напиваться. В элитном отеле, в таком шикарном месте. Подумаешь, все включено! – с досадой сказала Панама. – Это же еще не повод, чтобы вливать в себя все подряд! И вообще, эта система – полнейшее безобразие! Она только разлагает! Вот когда мы были в Испании…

Марина вновь отключилась. Панама с остервенением ругала соотечественников за пьянство, это можно было пропустить. Не иначе как сама алкоголичка, которую придерживают дочка с мужем. Буржуй в это время осторожно сошел по лестнице в воду и сделал пару не слишком уверенных гребков.

– Однако прохладно, – сказал он, виновато улыбаясь.

– Да что вы! Водичка как парное молоко! – возразил ему Милый, брызгая в подтверждение своих слов на Дочуру. Та завизжала.

– Я теплолюбивый человек, – словно оправдываясь, сказал Буржуй. – Мне все время кажется, что холодно.

Агата нарезала круги, не спуская с него глаз. Такая преданность могла тронуть кого угодно.

– Совершенно с вами согласна! – услышала Марина и невольно вздрогнула: неужели это она сказала?

Панама продолжала свой захватывающий рассказ о том, как напиваются на элитных курортах русские, и неожиданно к ней присоединилась супруга Кролика. Они уже на пару обсуждали курорты, и Марина здесь была явно лишней.

– А вы были в…

– Конечно, были! А вы в…

– Ах, там так чудесно!

– Ужасное место!

Буржуй наконец решился и в сопровождении Агаты поплыл вдоль берега.

– Какая заботливая жена! – восхитился Милый, вылезая из воды.

– Боится, как бы ее кошелек не утонул, – хихикнула Дочура, ступая на берег следом за ним.

Плавала она без плеера в ушах. Но лучше бы надела.

– Моей дочери здесь нет подходящей компании, – пожаловалась Панама.

– Женихов ищете? – понимающе улыбнулась Крольчиха.

– О чем это вы? – моментально обиделась Панама, и Марина поняла, что вопрос в точку.

– Вам надо в Турцию.

– Ах нет! Это дурной тон!

– Зато там много молодежи. А по ночам зажигательные дискотеки.

– Моей Дочуре такая компания не подходит! Она не какая-нибудь пустышка! Девочка учится в институте!

– Кто сейчас не учится в институте? – пожала полными плечами Крольчиха.

– С ровесниками ей говорить не о чем!

– Но олигархи редко бывают свободны. – Крольчиха указала глазами на плавающего в сопровождении Агаты Буржуя. – Они повсюду ездят со своим самоваром.

– Мы просто отдыхаем, – сухо сказала Панама. – Олигархи нас не интересуют!

– Тогда оставили бы дочку в Москве.

– С чего вы взяли, что мы из Москвы?

– А разве нет?

Панама резко замолчала, отчего Марина поняла, что удар опять в точку. А эта брюнетка, оказывается, весьма неглупая женщина. И проницательная. Марина подумала, что надо бы к ней присмотреться.