Бочка но-шпы и ложка яда - Татьяна Полякова

— Да бросьте вы, — сурово отрезала Валентина вответ на его слова. — Покойный вас терпеть не мог.

— А вот и заблуждаетесь, — склонив плешивуюголовку набок, возразил Хоботов. — Мы были истинными друзьями. А междудрузьями случаются ссоры, потому что был я нелицеприятен и все как есть, прямов глаза.., покойный Борис это ценил… — Тут Хоботов перекрестился, чем,признаться, удивил — человек с такой физиономией и вдруг верующий? С такимлицом, как выражалась моя бабушка, только нищих обворовывать.

— Он тебя из дома выгнал, — тоненько съязвилаСкворцова, — да еще назвал ничтожеством.

— Явное преувеличение, — склонив головку на другуюсторону, ответил Хоботов. — Враги пытались вбить клин между нами и нанекоторое время преуспели. Но наша дружба превозмогла все. Борис самоличнозвонил мне, и мы разрешили все недоразумения.

— Неужели? — гнула свое Серова, категорическиотказываясь верить словам Хоботова.

— Именно так, — льстиво улыбнулся он мне. —Иначе бы Лариса Сергеевна меня не пригласила.

Все, разумеется, уставились на меня. На самом-то делеХоботова я не приглашала, сам напросился.

С другой стороны, выходит, что все-таки пригласила. Чтобыпрекратить все это, я ответила:

— Разумеется. — И похвасталась, какойзамечательный салат готовит Роза.

Разговор за столом не клеился. Литературные дамы молчали,Ирина напряженно улыбалась, точно диву давалась, как ее сюда занесло, аглавное, зачем.

Павла я не видела, так как он сидел рядом, а демонстративнопялиться на него мне мешало хорошее воспитание.

Крыся ехидно улыбалась, радуясь, что за столом скандалят ибез ее участия. Ее друзья делали вид, что происходящее их не касается. ОдинХоботов чувствовал себя превосходно, улыбался, между делом со всемиперезнакомился и даже умудрился пустить слезу, когда узнал, что Крыся та самаямаленькая девочка, которую он когда-то держал на коленях.

Крыся к данному утверждению отнеслась с сомнением, но, таккак комплиментами ее особо не баловали, а Хоботов назвал ее и красавицей, иумницей, криво улыбнулась.

— А вы, стало быть, ее жених? — вкрадчивообратился он к Игорю. — Очень, очень интересно.

— Что вам интересно? — с некоторой нервозностьюпоинтересовался тот.

— Как же я могу не интересоваться, кого избраласпутником жизни дочка моего любимого друга? Достойный молодой человек. Чемзанимаетесь?

— Работаю, — без энтузиазма отозвалсяИгорь. — А со спутником жизни вы поторопились, Кристина своего согласияеще не дала.

— Девка спятила, — прошептала Софья. — На ееместе в загс бегом надо бежать, а не кобениться.

— Ты забываешь, она теперь богатая невеста.

— Дура она прежде всего.

Однако, вопреки прогнозам Софьи, совсем дурой Крыся не была.Поднялась и с видом королевской особы заявила:

— Хочу всем сообщить, кого это касается. Я выхожу замужза этого парня. — Тут она ткнула в Игоря пальцем. — Завтра подаемзаявление. А венчаться будем в Успенском соборе. И никто не скажет, что онженится из-за денег. Он мне, еще когда дядя был жив, предлагал. Хотя это неваше дело, — весьма своеобразно закончила Крыся.

— Поздравляю, — с усмешкой сказала Татьяна,продолжая есть, хотя, как мать, могла бы и расстараться.

Сообразив, что она далека от этого, я поднялась, подошла кКрысе и поцеловала сначала ее, потом Игоря.

— Поздравляю, очень за вас рада.

— Спасибо, — буркнула Крыся. — Получу денежкии больше не буду висеть у тебя на шее. Мы, наверное, уедем. В Испанию. Или вИталию, — мечтательно прищурилась она.

— Но моя работа… — робко вклинился Игорь.

— Да забей ты на работу, мне дядька столько бабокоставил, за всю жизнь не потратишь.

— Мы это обсудим, — дипломатично сказал Игорь, итут вновь влез Хоботов:

— А родители ваши, позвольте спросить, кто?

— Родители погибли год назад, — ответил Игорь сдостоинством. — В автокатастрофе. Еще вопросы есть?

— Извините мою назойливость, — сразу залебезилХоботов. Игоря он явно раздражал. Конечно, Хоботов надоеда, но ничегоособенного я в его вопросах не видела, просто не в меру любопытен и любитпоболтать. — Предлагаю выпить за покойного Бориса, — не унималсяХоботов. — Царство ему небесное.

— Я хотела дождаться Макса, — пояснила я, но тутвлезла Крыся:

— Еще чего. У Макса все не как у людей, народ за стол,а его черти куда-то погнали.

— Он поехал за своей подругой, — вступилась я запасынка, и тут сам Макс явился во всей красе, держа под руку грудастуюбрюнетку.

Менее подходящей для Макса девушки выбрать было простоневозможно. Прежде всего, она была старше его лет на пять или таковой казаласьиз-за слоя косметики, пользоваться которой бедняжку никто не научил. Черныеволосы со стрижкой каре делали ее похожей на женщину-вамп в третьесортныхголливудских фильмах. При таких бедрах мощный бюст просто не мог бытьнастоящим, ноги, слава богу, выглядели вполне прилично, если бы не черные чулкив крупную сетку и туфли на здоровенной платформе. Платформа успела выйти измоды, а черная сетка в такую жару… Наряд завершала кожаная юбка, которуючеловек несведущий вполне мог перепутать с ремнем, и коротенький топик безбретелек. Пупок был украшен фальшивым бриллиантом. Ко всему прочему, девицажевала резинку. Даже Крыся, которая тоже могла далеко зайти в нарядах, слегкаприбалдела от всего этого великолепия.

— Что это? — прошипела Софья мне на ухо. Вопроснекорректный — разумеется, это девушка Макса, только что нам теперь делать сэтакой напастью?

— Это Оля, — слегка смущаясь, сообщил Макс.

Оля выплюнула жвачку на руку, подумала и прилепила ее наспинку стула (хорошо хоть стул оказался не занят).

— Очень приятно, — нашла в себе силы ответить я.Разумеется, мне никто не поверил, хотя я пыталась быть максимальноубедительной.

Татьяна при виде сокровища, которое отхватил Макс, загадочноулыбнулась Меня это разозлило — в конце концов, она мать.

Макс об этом тоже вспомнил и, подхватив свою избранницу,подошел к Татьяне — Это моя мама, Татьяна Игоревна.

— Здрасьте, — равнодушно обронила девица.