Рай в неглиже - Дарья Калинина

Эти волшебные базы, в которых были указаны все и каждый, дал подругам их близкий приятель Лисица. И девушки уже не раз имели повод, чтобы сказать ему спасибо за эту услугу.

Вот и сейчас девушки влезли в списки учеников школы, в которой учился Семафор, и быстро выяснили, что единственный мальчик по имени Коля и фамилии Пипеткин учился вместе с Семой все десять лет.

– Отлично. Значит, Николай Пипеткин. Очень хорошо. И где же нам найти тебя, Коля?

К счастью, Пипеткин – фамилия малораспространенная. Семья с такой фамилией в городе нашлась лишь одна. Судя по всему, семья состояла из деда, отца и матери Коли Пипеткина. Ну и разумеется, самого Коли – единственного сына четы художников-декораторов.

Судя по базе данных, пять лет назад семья Коли Пипеткина перебралась в другой район, в новый дом, в квартиру, которая почти в четыре раза превышала их прежнее жилье по размерам. Похоже, на семью Пипиткиных свалилось богатство, которое они немедленно и пустили на улучшение своих жилищных условий. Прежде-то вся их семья ютилась в крохотной двушке. И где там на сорока квадратных метрах помещались муж с женой, взрослый сын и еще вполне бодрый дед, было подругам мало понятно.

Они набрали номер домашнего телефона семьи Пипеткиных. Трубку сняла мама. И услышав, что девушкам нужен Коля, сразу же приветливо сказала:

– Ну конечно, он дома! Конечно, подъезжайте в любой момент. Конечно, ему сейчас удобно. О чем вы вообще говорите! Это же его работа!

Что именно у Коли была за работа, подруги не стали уточнять. Вдруг бы мама Коли заподозрила неладное и запретила им приезжать. Что бы они тогда стали делать? Караулить Колю возле дома, когда он выйдет, дело хлопотное. Куда приятнее приехать с визитом к заранее оговоренному часу, будучи твердо уверенными в том, что их ждут.

На всякий случай, памятуя о мудром совете Клотидьды Леонардовны, перед выходом из офиса девушки позвонили еще и Стефе, но у той дома снова никто не снял трубку. И подруги окончательно уверились в том, что мать Владика дала им неправильный номер. И если они все равно хотят поговорить с молодой вдовой, им придется разыскивать ее по каким-то другим каналам.

* * *

Дом, к которому приехали подруги, приятно их поразил своим внешним видом и общей атмосферой благополучия и ухоженности. Старая постройка в центре города была расположена в удачно тихом месте. Этакий маленький тупичок, в котором, казалось, застыло само время.

Но стоило подругам шагнуть через арку, закрытую ажурным плетением ворот, как они сразу же поняли, что цивилизация добралась и сюда. Вход преграждала обманчиво хрупкая бабушка-вахтерша, сидящая в будочке с коммуникатором и тревожной красной кнопкой на видном месте и наверняка еще одной, но уже потайной, расположенной где-нибудь под столом.

– К кому? – строго произнесла она, глядя на девушек в упор из-под опущенных на нос очков. – К Пипеткину? Ах, к этому! Ну идите, идите. И не лень вам деньги за такую ерунду отдавать!

– Вы это о чем?

– Когда коту делать нечего, он яйца себе лижет, – буркнула старушка. – А вы вон чего удумал!.. Ох, грехи-то наши тяжкие. И чего только не увидишь в наше время!

Дверь перед подругами открылась, но они так и не поняли, что же прозвучало в голосе старушки – насмешка, осуждение или откровенная издевка?

– Судя по всему, Коля Пипеткин ее расположением не пользуется.

– Да уж. Хотя и странно. Как думаешь, чем он занимается?

– Родители у него художники-оформители. Дед тоже художник. Скорей всего, Коля пошел по их стопам.

Дверь подругам открыла маленькая темноглазая женщина, сухая и подвижная, словно кузнечик.

– Коля, к тебе клиентки! – воскликнула она после того, как подруги по ее предложению зачем-то посетили ванную комнату с санузлом.

– Проводи их ко мне, мама!

– Пойдемте, девочки!

И заметив, что Леся замешкалась, женщина нахмурилась:

– Побыстрее, пожалуйста! Не задерживайтесь! Вы же знаете, Коля очень занят. К нему очередь на полгода вперед!

Очередь? На полгода? Интересно, как же тогда самим подругам удалось попасть так удачно и без всякой очереди?

Кира снова хотела спросить, а чем же занимается Коля, но вовремя прикусила язык. Ни к чему сейчас лишние вопросы. Через минуту сами все поймут.

Эльза с подругами к Пипеткину не пошла. Страх перед большим миром у нее почти совершенно прошел, и она осталась ждать снаружи в кафе.

– Я проголодалась!

– Мы тоже хотим есть, – пробовали убедить ее подруги. – Но нас ждет Коля. Если мы не пойдем, наше место могут занять, и нам придется добиваться встречи с ним еще неизвестно сколько времени.

– Все равно! Я хочу есть.

И Эльза уселась за столик в кафе, твердо давая понять, что пока она не поест, ей не интересен ни сам Коля, ни его профессия. Так что Эльза осталась наедине с антрекотом и жареной картошкой с салатом, а голодные подруги отправились к однокласснику пропавшего Семы.

Когда они очутились в комнате, где их ожидал Коля Пипеткин, то сразу же поняли, что с определением его профессии они не ошиблись. Он был художником. Вокруг стояли полотна, занавешенные тряпками. Стоял подрамник с чистым полотном. Всюду лежали кисти и краски. В воздухе витал неистребимый легкий запах растворителя, какой бывает в мастерских востребованных или просто работящих мастеров.

Но больше всего подруг интересовал сам Коля. Они впились в него взглядами, желая рассмотреть лучшего друга Семафора во всех подробностях. Но внешний вид художника их разочаровал. Был он маленьким, сухоньким, с блестящими черными глазками. И внешне точно напоминал жука. Волосы у него были черные и торчали во все стороны непослушными жесткими пружинками.

Для солидности Коля зачем-то нацепил на себя огромный темно-синий шелковый халат, в котором разгуливал взад и вперед по своей мастерской. Под халатом мелькали голые страшно волосатые ноги и желтые пятки. Тапочек Коля не носил.

– Располагайтесь, где вам удобно, – произнес художник. – Я буду готов через минуту.

– Хорошо.

– Не возражаете, если сначала я сделаю несколько ваших снимков?

– А это необходимо?

– Я не могу уделить вам сразу столько времени, чтобы написать картину с натуры. Да и вы устанете ждать. Конечности начнут затекать. Что вы думаете, ремесло модели не из самых легких. Так что лучше сейчас я сделаю общий набросок. Почувствую вашу ауру. А потом допишу картину, сверяясь с фотографией.

– Ну, если вы так привыкли работать, мы не против…

Значит, подруги были правы! Коля зарабатывает на жизнь картинами. И похоже, пишет он их просто мастерски, раз его семья живет в таких хоромах и в таком доме.

– Если стесняетесь, раздеться можете за ширмой.