Галоша для дальнего плавания - Наталья Александрова

Он не так давно проезжал мимо казино с таким названием и хорошо знал дорогу. Через четверть часа его машина затормозила перед сверкающим всеми цветами радуги фасадом игорного заведения. Парень протянул Куликову две сотенные бумажки, выскочил из машины и бросился к дверям казино, как будто под его ногами горела земля.

Василий Макарович вздохнул, заглушил мотор и тоже выбрался из машины. Василиса просила его проследить за этим парнем, значит, придется идти в казино.

Прежде ему случалось бывать в таких заведениях только раза два, по службе, когда они расследовали драку с поножовщиной. Однако делать нечего. Он подошел к ярко освещенной двери. Она гостеприимно раздвинулась перед ним, приглашая в просторное помещение.

Охранник возле двери скользнул по невзрачной фигуре бывшего милиционера равнодушным взглядом — видно, к ним и не такие приходили.

Дядя Вася вошел, огляделся. Казино было так себе — не то что в кино показывают. Там огромные светлые залы, по которым прогуливаются господа в смокингах и дамы в длинных платьях. Дамы обязательно все в бриллиантах или, на самый крайний случай, в жемчугах. Столы мраморные, крупье сам как король выглядит. Богатеи вокруг столов сидят, а сзади официанты наготове. Если там выпить чего — сразу несут, если закурить — тут тебе спички. Красота!

Здесь помещение было небольшим, довольно неказистым, народец вокруг — так себе, официантов никаких и в помине, а крупье — девица гренадерского роста с лошадиной мордой, а сзади охранник прогуливается. Этот, в случае чего, не шампанского, а по шее дать может, когда деньги кончатся.

Длинноволосый парень стоял перед столом рулетки, следя горящим взглядом за катящимся шариком.

— Шестнадцать, черное! — проговорила девушка-крупье и лопаточкой на длинной ручке отгребла к себе стопку фишек.

— Снова на красное! — хрипло выкрикнул длинноволосый и положил на стол еще несколько цветных кругляшей.

Охранник, прогуливающийся по залу со скучающим видом, остановился и уставился в упор на Василия Макаровича.

«Придется, видно, тоже сыграть, — подумал тот, повернувшись к охраннику неповрежденной стороной лица, — а то выпроводят вон… тем более я между делом двести рублей заработал. Вот на них и сыграю».

Он подошел к кассе и обменял две свои сотни на два красных кружка. Потом направился к столу, встал чуть в стороне от длинноволосого.

— Делайте ваши ставки! — объявила крупье.

Длинноволосый трясущимися руками положил несколько фишек на одно из полей и хрипло проговорил:

— Красное!

— Черное! — в пику ему объявил дядя Вася, бросив обе свои фишки на соседний квадрат.

В следующую секунду он пожалел, что поставил все сразу — сейчас он проиграет, и на этом все кончится… надо было ставить по одной, не торопясь…

Кроме них с длинноволосым около стола стояло еще человек пять. Трое играли — критически бледный мужчина с трехдневной щетиной и красными кроличьими глазами, ярко накрашенная женщина лет сорока в распахнутой песцовой шубке и тетка самого простецкого вида в коротком стеганом пальто с искусственным воротником. Остальные с живейшим интересом наблюдали за игрой.

— Ставки сделаны! — проговорила крупье и запустила колесо.

Блестящий шарик стремительно катился, цветные секторы рулетки слились в один сплошной пестрый круг.

Все — и игроки, и зрители — замерли, следя за тем, как на их глазах совершается жертвоприношение богу судьбы.

Длинноволосый шумно дышал, вцепившись в край стола, женщина в шубке что-то шептала, шевеля губами, — может быть, молилась. Бледный мужчина что-то записывал в маленьком блокноте.

Колесо вращалось все медленнее, медленнее, шарик продолжал катиться, и все взгляды были прикованы к нему.

Наконец все замерло.

— Двенадцать, черное! — объявила девушка и потянулась своей лопаткой к столу с фишками. Она отгребла к себе фишки длинноволосого и женщины в шубе, а дяде Васе придвинула его две и еще две такие же.

— Это что — я выиграл? — удивленно проговорил Василий Макарович.

— Ну да, — неприязненно бросила ему накрашенная женщина.

— Дуракам везет! — негромко проговорил длинноволосый, доставая из кармана еще несколько фишек.

— Делайте ваши ставки! — провозгласила крупье.

— Не может быть, чтобы все время черное! — сам себе сказал длинноволосый, бросая фишки на стол. — Красное!

— Черное! — из чистого упрямства возразил дядя Вася и снова положил все свои фишки на одно поле, на этот раз вполне осознанно.

Бледный мужчина что-то считал, морща лоб. Потом сделал в блокноте очередную запись и торопливо положил на стол несколько фишек.

— Ставки сделаны!

Колесо снова завертелось, сливаясь в сверкающую радугу. Все замолкли, не отводя глаз от этого сияния.

«Да ладно, — думал дядя Вася, следя за рулеткой. — Какая разница, проиграю я или выиграю? Все равно я эти деньги случайно заработал…»

Однако он сам чувствовал собственную неискренность. Сердце его билось от волнения, во рту пересохло.

Колесо вращалось медленнее, медленнее… ша-рик перекатывался с глухим стуком… вот он остановился на красной ячейке, немного задержался, как будто раздумывая, и скатился в соседнюю…

— Двадцать, черное! — провозгласила крупье.

— Это я, что ли, опять выиграл? — неуверенно протянул Василий Макарович.

Рядом с ним раздался глухой стон. Скосив глаза, он перехватил полный ненависти взгляд женщины в шубе. С другой стороны стола ему, наоборот, приветливо подмигнула простецкая тетка.

Крупье пододвинула ему заметно выросшую горку фишек.

— Делайте ваши ставки!

Длинноволосый парень покосился на него, еще больше покривил рот, перекрестил свои фишки и на этот раз тоже поставил на черное. Дядя Вася, увидев это, крякнул и сдвинул всю свою стопку на красное. Бледный мужчина все что-то считал и писал в свой блокнот.

— Ставки сделаны!

И снова вращалось колесо, и теперь Василий Макарович следил за ним с таким же волнением, как остальные.

— Семнадцать, красное! — и крупье придвинула к нему стопку, которая почему-то стала гораздо меньше.

— Я разве не выиграл? — удивленно пробормотал дядя Вася, разглядывая фишки.

— Выиграл, выиграл! — льстиво прошептал выскочивший откуда-то снизу тощий тип с золотыми зубами. — Это другие фишки, дороже! Дай мне одну на счастье!

— Обойдешься! — рявкнул на него Василий Макарович с неожиданной злостью и поставил весь выигрыш на какое-то поле.

Снова закружилась рулетка. Дядя Вася уже ничего не видел, кроме цветного колеса и сверкающего шарика, не отрываясь следил за его стремительным бегом…