Гусары денег не берут - Дарья Калинина

– Ужасно!

Подруги были полностью с ней согласны. Но господина Сазонова Николая Валерьевича вдова, когда подруги ее об этом спросили, не знала.

– Хотя возможно, – подумав, предположила она, – что это кто-то из частных пациентов моего мужа, которые никогда не посещали его кабинет.

– А были и такие?

Оксана с Еленой Яковлевной одновременно кивнули. С их слов подруги узнали, что к некоторым своим самым дорогим, в полном смысле этого слова, пациентам доктор Пешков сам ездил на дом. Леся только присвистнула. Если ее корячило от жадности, когда она заплатила только за первый – самый дешевый сеанс доктора, то сколько же ему должны были отваливать пациенты за выезд светила прямо к ним домой?

Вот уж точно, богатые тоже плачут. Как же их должно было припечь, чтобы они выкладывали за визиты доктора огромные суммы? Наверняка, среди них точно должны были встречаться настоящие сумасшедшие.

– А где хранится список этих людей?

– Хранился, – поправила Лесю вдова.

– И где?

– Он был только в голове у моего мужа.

После этого в приемной наступило молчание.

– И вы думаете, что кто-то из этих пациентов мог рассказать в порыве откровенности вашему мужу нечто такое, о чем впоследствии пожалел? Или передал нечто, что могло изобличить его в будущем?

– И испугавшись, что доктор его сдаст, устранил опасного свидетеля?

– Ах, я могу только предполагать!

Вдова снова всплакнула, а подруги переглянулись. Хорошенькое дело, самый близкий доктору человек и не имеет на примете никого в качестве подозреваемого. А им тогда что делать?

– Я ведь и сама была в кабинете мужа всего за полчаса до его смерти! – поделилась с подругами Елена Яковлевна, и Оксана подтвердила ее слова кивком головы.

– И что ваш муж? Он выглядел как обычно?

– Совершенно! Возмутился, зачем я пришла, когда у него прием. Отругал меня и просил, чтобы я ушла.

Оксана только губы поджала. Видимо, тон, каким разговаривал доктор со своей супругой, был далек от дружеского или даже супружеского.

– И теперь милиция подозревает, что это вы отравили мужа?

– В том числе и меня. А еще Оксану и двух или трех пациентов, которые приходили к мужу в этот промежуток времени.

– Двух или трех?

Вопрос был адресован к Оксане.

– Двух, не считая вас, – ответила секретарша, кивнув головой на Лесю.

– И кто они?

– Вам дать их адреса?

– А также имена и фамилии. Надеемся, это не тайна?

– Какая уж тут теперь тайна, – вздохнула Оксана и полезла в свой компьютер. – Буду только рада, если вы найдете убийцу доктора.

При этих словах Елена Яковлевна снова жутко побледнела. Но в обморок больше падать не стала. И вообще уверила, что приступ прошел.

Через минуту Оксана протянула подругам распечатку.

– Вот, берите. Вдруг вам в самом деле повезет и вы сумеете узнать у них больше, чем узнала милиция.

Подругам показалось, что вдова в этот момент снова побледнела. Но, с другой стороны, она еще явно не оправилась от своего приступа. И ее бледность могла быть вызвана чисто физическим недомоганием. Выйдя на улицу, Леся первым делом высказала Кире свои претензии.

– И незачем было так больно колотить меня по лодыжке! Хотя у меня и явилось искушение все рассказать вдове, вернуть ей деньги и забыть об этой истории.

– Ага, вдова бы тебя сердечно так поблагодарила, деньги припрятала, а потом прихватила бы Оксану в качестве свидетельницы и помчалась бы в милицию сдавать тебя с потрохами. Дескать, вот она – убийца. Деньги украла, мужа убила, а потом совесть ее замучила, каяться пришла.

– Да, такое могло быть. Хотя мне вдова показалась славной и очень разумной женщиной.

– Мы ее совсем не знаем. Первое впечатление бывает обманчивым.

– Мое первое впечатление от доктора Пешкова было таким, что мне захотелось уйти.

– Но ты же не ушла?

– Не ушла, но ты видишь, что меня мое первое впечатление не обмануло!

Кира спорить не стала. Ее настораживала одна вещь. Верней, много было этих вещей, которые не давали ей покоя. Но одна сейчас особенно допекала.

– Как ты думаешь, почему эти личности, которым ты обещала отдать деньги, не звонят тебе?

– Может быть, они уже нашли то, что искали, и успокоились? А если им вовсе и не деньги были нужны?

И в этот же момент раздался звонок телефона. Подруги замерли. Высветившийся на экране Лесиного телефона номер был им незнаком.

– Кто это? – почему-то шепотом произнесла Леся.

– Не знаю, не бери.

Но Леся уже поднесла телефон к уху.

– Мы вам уже звонили сегодня, – произнес голос. – Вы можете встретиться с нами через час?

– Где?

– Мы подъедем к вашему дому.

От этой фразы Лесе стало по-настоящему плохо. Они уже знают, где она живет! Хотя чего она ожидала? Если они знают, где и с кем живет ее мама в Финляндии, то уж про саму Лесю они знают и подавно. Но, собрав последние силы в кулак, она пропищала:

– Послушайте, мне кажется, что произошло недоразумение.

– Какое?

– У меня нет той вещи, которая вам нужна, хотя я и не знаю, что это такое.

Некоторое время собеседник молчал, осмысливая услышанное.

– А что у вас есть?

– Только деньги, – призналась Леся. – Но их я вам отдать не могу. Они не мои.

– Разберемся. Через час возле вашего парадного.

– Я буду не одна!

– А с кем?

– С подругой.

Голос внезапно развеселился.

– Тогда я тоже прихвачу с собой друга, – заявил он и, как показалось Лесе, весело хохотнул, вешая трубку.

– Ну что? – теребила ее Кира. – Что он сказал? Господи, Леся, да что с тобой? Почему ты молчишь? Ты меня пугаешь! Леся, мне кажется, я умираю от волнения!

– Не умирай. Они совсем даже не злые ребята.

– Кто? Бандиты?

– И может быть, вовсе они не бандиты!

– Но это же они угрожали жизни твоей мамы и отчима! Ты же сама мне так сказала!

– Ну, мало ли чего я говорю, – пробормотала Леся. – Нельзя же всему верить. И потом, они не впрямую угрожали, а так только… намекали.

Кира лишь выразительно покрутила пальцем у виска, намекая, что подруга в самом деле свихнулась.