Рыцарь чужой мечты - Галина Владимировна Романова

– А что тут непонятного, Светлана Ивановна, кажется? – Ирина по ее примеру сомкнула пальцы на своих коленях. – Вы крутите интрижку с женатым мужчиной. Тот вас вроде бы и любит, но из семьи уходить не желает. Почему? Да потому, что обожает своего маленького сынишку. И тогда вы решаетесь на очень смелый и бесчеловечный поступок…

– Что вы несете??? – не своим голосом заверещала блондинка и как-то неестественно и очень некрасиво обмякла в своем кресле. – Об этом подумать даже страшно, а вы произносите это вслух!

– Значит, вы не отрицаете, что думали об этом, хотя вам и было страшно? – Ирина, сама себя не узнавая, превратилась в совершенную стерву. – А почему нет, Светлана? Почему нет?! Не станет препятствия, Гена ваш! А поскольку единственным препятствием для вашего счастливого воссоединения являлся его сын, то это препятствие следовало незамедлительно устранить. Вы долго обдумывали, как удачнее все это дело обстряпать, и тут случай представился сам собой. Степка заболел!

– Не-еет!!! Нет, это невозможно!!! – Достаточно крупная грудь Моховой несколько раз интенсивно колыхнулась, и следом тишину комнаты разорвали ее судорожные рыдания. – Вы все чудовища-аа!!! Как можно дума-аать та-аак??? Как?! Чтобы я из-за Гены!.. Ребенка!.. А вы знаете!..

Она неожиданно подалась вперед, почти касаясь своими коленками Ирининых. Ухватила ее за руки и больно сжала пальцы, впиваясь крепкими ногтями в ее кожу. Чуть склонила голову сначала влево, потом вправо, будто прицеливалась, уставившись на Ирину голубыми глазищами, в которых еще плескались слезы. А потом выдохнула ей прямо в лицо со странным, гортанным каким-то смешком:

– А ведь вы тоже могли быть ее сообщницей.

– Чьей? – неожиданно шепотом спросила Ирина.

С дамой в самом деле надо было вести себя поосторожнее. Состояние глубокого стресса налицо, еще сотворит чего-нибудь, расцарапает лицо, к примеру. Тут, как на грех, домой вдруг захотелось жутко. К себе домой, в тихую уютную гавань. И пускай даже там Стаса снова не окажется. Пускай даже на кухне царит полный кавардак, а мусор снова сыплется на пол из ведра. Пусть все будет так, лишь бы она снова оказалась дома. И лишь бы подальше от этих полубезумных заплаканных глаз, бр-рр!

Да, эта Светлана способна на многое, и с чего это она сумела с первого взгляда так ей понравиться? Генка, видимо, спалился так же, утонув в ее бездонных глазах, а потом уж думать было некогда – завяз.

– Вы могли быть ее сообщницей! – снова, как заклинание, повторила Мохова Светлана Ивановна, принявшись легонько подрагивать.

– Да чьей же, чьей?

Ирина попыталась высвободить свои ладони из цепких пальцев хозяйки, не тут-то было. Доберман, а не баба, держала намертво!

– Сообщницей своей подруги. Супруга Гены была одержима местью. Она несколько раз подстерегала меня на лестнице, когда я возвращалась поздно. Могла выпрыгнуть из темноты и начать орать такое… И угрозы страшного возмездия она оглашала на три этажа. Соседи подтвердят, если что.

– А если что – это что? Что вы имеете в виду?

Руки, хвала небесам, она все же высвободила, и Ирина на всякий случай натянула рукава траурного костюма пониже. Надо было немедленно встать и удирать отсюда, пока эта красотка не додумалась еще до чего-нибудь. Но странным образом Ирина продолжила сидеть в мягком кресле и слушать страшный вздор, который Мохова выплевывала из себя с сатанинским наслаждением.

– Она орала, что непременно отомстит нам: и мне, и Гене! Орала, что возмездие не за горами, и вот… Гены нет! Он умер!

– Вот именно – он умер, – попробовала осадить ее немного Ирина. – Умер естественной смертью. От сердечного приступа.

– Черта с два! – фыркнула Светлана, брызнув слюной, и до того в этот момент она показалась Ирине отвратительной, что та не ко времени и не к месту попеняла Генке за раннюю смерть. Посмотрел бы на свою красавицу, полюбовался. – У него было совершенно здоровое сердце. Я врач! Я знаю, о чем говорю!

– Но заключение экспертизы свидетельствует как раз об обратном, – возразила Ирина.

– Заключение! Это мы еще посмотрим, каким будет заключение! Можно и фальсифицировать факты…

– Как это сделали вы в случае со Степаном, их сыном? – быстро нашлась Ира, перебивая хозяйку.

– Почему? – Мохова отпрянула, снова вжимаясь в кресло. – Почему вы об этом вспомнили?

– Я об этом и не забывала, – холодно заметила Ирина, поднимаясь со своего места. – Никогда не забывала. А что касается фальсификации фактов экспертного заключения… Мне бы лично никогда это даже в голову не пришло. А у вас, я смотрю, богатый опыт.

Не дожидаясь ее реакции, Ирина повернулась и пошла в прихожую, искренне надеясь, что Мохова так и останется сидеть, прячась за высокими подлокотниками. Но не тут-то было. Та догнала ее у самой двери, ухватила за локоть и, развернув на себя, снова пристала:

– Но ведь вы были там!

– Где?

– У Гены на работе! Вы обе были там: и Наташа, и вы! Почему я не могу вас подозревать в том…

– В чем? – Ей пришлось снова нацепить на нос очки, чтобы спрятать свое замешательство за темными непроницаемыми стеклами. – В чем нас можно подозревать? В том, что мы пришли к Генке на работу, чтобы поговорить с ним?

– Зачем было туда ходить вообще?!

– Чтобы поговорить, – снова с нажимом повторила Ирина, принявшись крутить головку дверного замка.

– Можно подумать, что поговорить с ним больше негде! – возмутилась та, подпирая дверь спиной, отрезая путь к бегству.

– Где? – Ирина усмехнулась. – Вы же стерегли его, оберегали от общения с его прошлым, как утверждаете. Вот и приходилось общаться с ним в его кабинете.

– Ага! И вам приспичило, и ей, да! Будто сговорились все посетить его именно в тот день!

– И вам ведь тоже приспичило, Светлана. Вы ведь… – Ирина чуть отодвинула очки с глаз, стрельнув по хозяйке неприязненным взглядом. – Вы ведь тоже были там. Зачем?

– Я?!

То, как неожиданно она переполошилась, Ирину не на шутку озадачило. С чего бы ей так пугаться?

– Да вы. Вы тоже были там. Зачем вы приходили, если могли увидеться вечером? Он переехал к вам, и необходимости пасти его на работе не было. Так зачем вы приходили к нему, Светлана?

Мохова насупленно молчала минуты три. Потом оттолкнулась от двери, резким движением крутанула головку замка и совершенно нелюбезно буркнула:

– Уходите!

– Вы не ответили, – упорствовала Ирина, стоя на пороге.

– Не собираюсь я вам ничего объяснять. Соскучилась, вот и пришла. Вам-то что!

– А это не вы так ухитрились расстроить его, что довели до сердечного приступа, нет?

– Уходите же! – закричала Мохова, сжимая кулаки. – Уходите и не смейте меня допрашивать!