Месть ей к лицу - Марина Серова

– А может быть, оставишь на память? Сама же говорила, что у тебя копия есть?

– Есть, – согласилась я.

– Тогда разговор окончен. Можешь идти откуда пришла, – отрезал он.

Я поднялась.

– Вы не думаете, что пожалеете об этом? – спросила я напоследок.

Он пожал плечами:

– Я тебе уже сказал, цыпа, что этот материал не представляет для меня никакого интереса.

– Что ж, поглядим, что будет завтра! – не сдавалась я.

Он усмехнулся, но ничего не ответил. Я посмотрела прямо ему в глаза. Интересно, о чем он сейчас думает. И кажется, я это прочитала в его взгляде. «Завтра» для меня уже не будет. Господи, он посмотрел на меня так, словно меня уже нет в живых.

Я быстрым шагом прошла через зал ресторана, вышла на улицу и осмотрелась по сторонам. Ничего подозрительного не заметила: все те же одиноко стоящие машины на стоянке перед рестораном, среди которых, надо отметить, я не увидела вчерашнего внедорожника. Издалека я заметила зеленый огонек такси, мелькнувший на повороте, и подняла руку. Машина затормозила, и, прежде чем сесть в нее, я посмотрела на номера – такси было то же, на котором я приехала сюда, а за рулем сидел один из бойцов-омоновцев, напоминающий, скорее, мечтательного поэта-романтика. Следовательно, опасаться пока было особо нечего.

Мы ехали медленно, я молчала. Честно говоря, я уже начала сомневаться в том, что мой план сработает – настолько спокойной была реакция Баклана. Кто знает, может, он и в самом деле не стал воспринимать сложившуюся ситуацию всерьез и думать обо мне забыл, едва я скрылась за дверью ресторана? По крайней мере, с виду так оно и было. Но что у него в голове, неизвестно.

Сосредоточившись, я снова мысленно прокрутила ситуацию, в которой мне, возможно, предстояло оказаться спустя буквально минут десять-пятнадцать. Кажется, я все прекрасно помнила, а быстрота реакции меня еще никогда не подводила.

И тут я вдруг поняла, что мой мозг вот уже несколько минут фиксирует одну деталь, которая показалась бы мне подозрительной при любых других обстоятельствах. Следом за нами на расстоянии примерно около ста метров, не приближаясь и не отдаляясь, ехала машина.

– Остановите на минутку, – попросила я водителя.

Он притормозил, и я тут же увидела, как белая «десятка», преследовавшая нас, моргнула фарами и приткнулась к обочине дороги.

– Все понятно, за нами хвост, – резюмировала я и, достав из сумки сотовый, набрала номер съемной квартиры. – Стас, за нами едет белая «десятка»!

– Не волнуйся, Татьяна, мы об этом знаем, – успокоил он меня. – Все будет в порядке!

Услышав его голос, я и в самом деле успокоилась.

Итак, я под прицелом. Это ясно как белый день, поэтому расслабляться не стоит. Страха я уже не ощущала, появившееся чувство уверенности так меня и не покинуло с того времени, как я перешагнула порог своей временной квартиры и отправилась в неизвестность. Единственное чувство, которое не давало мне покоя с той самой минуты, как мы приступили к разработке плана операции, я не могла никак идентифицировать. Что-то было не так, но что именно, я не понимала.

Когда до «моего» дома оставалась всего пара поворотов, я начала замечать, как следовавшая за нами «десятка» постепенно набирает скорость. А на последнем перекрестке она обогнала нас и теперь уже ехала впереди, отрываясь все больше и больше. Я не сумела рассмотреть водителя преследовавшей нас машины: стекла были слишком тонированы, и это выглядело уже более чем подозрительно. Однако номера зафиксировать я успела. Спустя несколько минут машина скрылась за поворотом – тем самым, который вел прямиком к «моему» дому.

Теперь вероятность нападения была стопроцентной, и от развязки всей этой истории меня разделяли считаные минуты. Снова мысленно прикинув ситуацию и все возможные варианты того, каким образом будут разворачиваться события, я внутренне собралась и приготовилась к дальнейшим действиям.

Такси остановилось неподалеку от моего подъезда, я вздохнула и мельком глянула на рядом сидевшего человека. Он только слегка улыбнулся мне краешками губ, но мне этого хватило, чтобы почувствовать поддержку. Я вышла из машины и осмотрелась по сторонам. Вокруг ни единой живой души, тусклый свет фонарей освещает только пустое пространство. А это значит, что убийца, скорее всего, выбрал в качестве места для засады пару металлических гаражей, одиноко стоящих возле дороги напротив соседнего подъезда. Больше в округе не имелось ни одного места, в котором возможно было поставить машину так, чтобы она осталась незамеченной. Однако этот вариант был нами предусмотрен. Теперь мне оставалось пройти несколько метров по направлению к подъезду и повернуться к киллеру спиной…

Что я и сделала.

Господи, а вдруг именно сегодня он решит изменить своей привычке, своему принципу убивать – стрелять в сердце, а потом в голову. Вдруг он выстрелит сначала в голову…

Звука выстрела я не услышала – видимо, пистолет был с глушителем. Однако удар пули в спину, как раз в то место, где и располагалось сердце, оказался настолько ощутимым, что сбил меня с ног. На секунду мне показалось, что бронежилет не выдержал, но это было не так, мой металлический наряд защитил мое сердце от пули. Однако я едва не потеряла сознание от болевого шока. Упав на спину, я тут же перевернулась на живот и инстинктивно закрыла голову руками. Но в следующее мгновение я поняла, что второго выстрела не будет. Я не видела, каким образом все происходило – лишь слышала голоса и звуки борьбы, затем раздалась пара выстрелов. А потом все стихло, словно и не было никакой потасовки.

Я приподняла голову – правда, мне строго-настрого запрещали это делать до тех пор, пока я не получу на столь геройский поступок официального разрешения, но природное, может быть, даже женское любопытство оказалось сильнее страха. Я увидела стоящих невдалеке от меня знакомых ребят. Они что-то обсуждали, слов я не слышала, однако смогла рассмотреть среди них знакомый силуэт Станислава. Ко мне никто не подбежал, не справился о моем состоянии и не помог подняться на ноги. Кажется, обо мне они все забыли. Меня это немного задело, и я, с трудом приподнявшись, негромко позвала:

– Стас!

Никакой реакции. Они продолжали разговаривать, и мне пришлось встать на ноги. Голова кружилась, однако я всегда отличалась силой воли и упорством, поэтому, собрав все силы, медленно двинулась по направлению к ним. Пройдя несколько шагов, прислонилась к столбу. Голова снова закружилась, а в глазах потемнело. Сделав несколько глубоких вдохов-выдохов, я привела себя в более-менее нормальное состояние.

Отойдя от столба и пройдя еще немного вперед, я услышала голоса, которые стали ближе, и я сумела достаточно четко расслышать все то, о чем они говорили.

– Стас, отдай пистолет, слышишь! Я ведь вылечу с работы, если обо всем этом узнает мое начальство. Ты же мне обещал, что не будешь его убивать. Черт возьми, ты и так ему чуть голову не прострелил, отдай пистолет!