Там, где смерть и кровь, не бывает красоты - Лариса Соболева

– Я еще не все довел до вашего сведения, – ослушался его Артем. – Налицо мы имеем вот что: спланированные заранее кем-то убийства, в которых оба подозреваемых скорее являются свидетелями. Но один такой свидетель погиб, экспертизой не установлено, сам ли он выпрыгнул или ему помогли. А вот Алина мне рассказала, будто она убежала, испугавшись чего-то…

– Смерти, – закончил Маркел Кузьмич. – Своей смерти!

– Да, наверное… Поэтому я предполагаю, что и парень убегал от смерти, в панике он не соображал, куда идет, а также не рассчитал расстояние до земли и погиб.

– Я согласен с Артемом, – подал голос Валентин.

– Значит, – принялся подводить итоги Ким Денисович, – по твоей версии выходит, что в обеих квартирах побывал один и тот же убийца?

– Точно, – согласно кивнул Артем. – Мне кажется, он был не один: их как минимум двое.

– А как же они оставили в живых свидетельницу? Алину эту?

– Не знаю, – развел руками опер. – В том-то и дело, что Алина и парень должны были по всем показателям стать в глазах следствия неоспоримыми убийцами. У меня такое ощущение, будто их к этому и готовили… Но получилось все так грубо… и нелепо. Только идиоту не придет в голову, что оба эти убийства – одних рук дело! У меня все.

– У нас свидетельница и подозреваемая в одном лице, – вздохнул Денисович. – Но у нее поехала крыша.

– Если бы я с такой же уверенностью мог поставить диагноз. – Это было чистосердечное признание, что сей знаток психов далеко не все о них знает. – Дело в том, что Алина вполне могла совершить первое убийство.

У Софии непроизвольно вырвалось в защиту девочки:

– Она выглядит слишком беспомощной для убийцы, к тому же с памятью у нее проблемы, она патологически всех боится…

Не привлекая к себе внимания, Артем взял ее за кисть и крепко сжал. София вспомнила, что она дала обет молчания, и опустила голову, слушая Маркела Кузьмича.

– Повторяю: Алина могла совершить убийство, находясь при этом в сумеречном состоянии сознания, для этого состояния характерны расстройство сознания – при сохранении возможности действовать – и последующее выпадение из памяти человека чего-либо, им совершенного. При этом восприятие внешнего мира затруднено и происходит обрывочно, неясно, как бы в сумерках. Больной не ориентируется в окружающем, случается, у него возникают обрывочные, бредовые, неясные для него самого идеи, галлюцинации и двигательное возбуждение. Иногда эти симптомы отсутствуют, зато на первый план выступают заторможенность, растерянность, неупорядоченные бессмысленные действия, которые также в дальнейшем выпадают из памяти больного. Должен обратить ваше внимание и вот на что: психогенные сумеречные состояния возникают в результате сильных психических потрясений. Похоже это на ваш случай?

– Один к одному, – согласился Артем и посмотрел на Софию, проверяя ее реакцию. Она поджала губы, что означало несогласие с версией врача. Артем махнул рукой – мол, ты безнадежна – и задал вопрос Маркелу Кузьмичу:

– А причиной этого психического потрясения не могло стать первое наше убийство, совершенное при ней?

– Могло, – не стал отрицать тот. – Еще реже встречается в практике судебно-психиатрической экспертизы патологическое просоночное состояние больного. Это своеобразное расстройство в форме крайне трудного, замедленного, то есть растянутого во времени, пробуждения после глубокого сна. Пробуждение происходит неравномерно, оно носит частичный характер, захватывает в первую очередь низшие функции, например, моторно-двигательные, в то же время высшие функции, я имею в виду психические, остаются не полностью пробужденными. Патологически замедленный переход от сна к бодрствованию сопровождается у человека расстройством сознания, искаженным восприятием окружающего мира, переплетающимся со сновидениями, иллюзорными и даже бредовыми переживаниями с кратковременными галлюцинациями. Представляете, что способен сотворить человек в подобном состоянии? Но самое любопытное, что он ничего не будет помнить!

– Я так и не понял, который вариант – наш? – спросил Денисович, ему слушать всю эту лабуду было неинтересно, он был сторонником конкретностей, простоты и ясности.

– Так ведь и я не понял, – усмехнулся Маркел Кузьмич. – Нужно время, необходимо провести полное обследование Алины, это не делается быстро.

– А под воздействием гипноза она не могла бы совершить убийство? – вдруг осенило Валентина.

– Сложнейший вопрос, на который я затрудняюсь ответить, потому что, чем глубже я изучаю человеческую психику, тем больше понимаю: ни черта мы о себе сами не знаем, – вторично признался Маркел Кузьмич. Однако он уже крепко сел на своего конька и с воодушевлением продолжал: – Но случай исключительный, поэтому давайте разбираться вместе, раз уж мы затронули и гипнотический транс. У человека есть в мозге два полушария – левое и правое. В мозге выделяют кору головного мозга толщиной примерно около четырех миллиметров, и подкорковые (сублиминальные) глубинные структуры. Поверхность самой коры и эти глубинные структуры разбиты на участки, управляющие различными функциями организма. Кора головного мозга обеспечивает физиологию сознательной жизни (то есть осознавание реальной действительности), а подкорковые, сублиминальные, слои мозга – бессознательную деятельность…

«М-да, пару часов послушаешь этого интеллигентного дядечку – и прямиком в психушку поедешь, на лечение, если успеешь сообразить, что тебе срочно требуется подлечиться». София решила так: если ей понадобится консультация, она поедет к Маркелу и душу из него вытрясет, но слушать сейчас весь этот бред… увольте! На чем там она в своем романе остановилась? Ах да: Зыбин надумал ночью раскопать могилу…

ПРОДОЛЖЕНИЕ, КОТОРОЕ ОНА НАКАТАЕТ ПОЗЖЕ

«Дом затих. В связи с последними событиями, когда мертвая Элиза якобы пришла сюда и забрала деньги, этот дом по ночам теперь казался зловещим. Но именно сейчас, слушая тишину, Марго пришла в голову великолепная идея. Она взяла подсвечник и босиком, чтобы никто не услышал ее шагов, выскользнула в коридор. Однако тишина вокруг стояла какая-то адская, страшная, заставлявшая тревожно постукивать ее сердце. А Марго, если уж что-то надумала, не в состоянии была остановиться.

На цыпочках она добежала до комнаты Элизы, взялась за ручку двери и замерла. Вдруг она сейчас войдет в комнату умершей девушки, а там… Элиза! Справится ли с собой Марго, не дрогнет ли она? Разумеется, она дрогнет, у нее уже заранее холодные мурашки стайкой разбежались по всему телу – ведь не с живым же человеком она встретится!

Некоторое время она боролась с искушением войти в комнату и с ужасом перед непонятным явлением. А если ей вначале просто слегка приоткрыть дверь и, не заходя, одним глазком заглянуть внутрь? Если она Элизу… увидит – поднимет шум на весь дом, домашние сбегутся и поймают этого призрака… Правда, еще никому не удавалось сцапать призрака, а вот объяснений самой Марго впоследствии не избежать. Зачем она ночью пошла в комнату мертвой девушки, что ей здесь понадобилось? И что ей отвечать?