Зеркальный лабиринт мести - Антон Леонтьев

Егор взял рацию и до того, как ответить, сказал Лизе:

— Вам лучше сейчас уйти. Мы вас найдем. Только прошу, пока не говорите никому о том, что произошло!

— Спасибо! — произнесла Лиза и выскользнула прочь. Спустя минуту она присоединилась к Денису, который находился в атриуме. На сцене заканчивал выступление известный эстрадный исполнитель.

— Все в порядке? — спросил Денис. Он был неотразим в смокинге. И в этот момент появился Айман, также в смокинге, несущий два мартини. Один бокал он протянул Лизе, другой оставил себе. С усмешкой взглянув на Дениса, он произнес:

— А вот тебе, старина, не хватило. Уж извини! В жизни всегда так: кому-то вершки, кому-то корешки!

Ну, начинается! Ее ухажеры принялись за старое. У Лизы от этого аж зубы свело. После инцидента в туалете их петушиные бои казались такими глупыми и мелкими!

— Мальчики, девочки, кому мартини? Налетай! — провозгласил Леонард, появляясь с двумя бокалами. Он, как обычно, был в чем-то экстравагантном, однако небывало стильном.

Денис буквально вырвал у него один бокал и процедил:

— Ну и где ты так долго шлялся?

— Кажется, у кого-то очень плохое настроение? — заметил Айман, отпивая из своего бокала. — Гм, что это?

Лиза заметила, как сразу несколько мужчин в черных костюмах, коллег Егора, вдруг снялись с места и заспешили в коридор.

— О, наверняка что-то непредвиденное! — заявил Леонард, тряся платиновыми кудрями. — Обожаю непредвиденное и сенсационное! А вы, мальчики?

Певца на сцене сменил конферансье, и пока он пел дифирамбы Олегу Петровичу Ирдышину, рядом появилась массивная фигура, затянутая в некое подобие шелковой бурки.

— Ого, кажется, начинается классный фильм! — захлопал в ладоши Леонард. — Это же Белла! Лизонька, ведь ее твой папик недавно изуродовал?

Ну конечно, на сцене возникла примадонна Белла, сопровождаемая своей свитой. Один из сопровождающих держал в руках небольшую обезьянку, любимицу Беллы.

— Позвольте и мне сказать несколько ласковых слов в адрес Олега Петровича! — раздался властный голос примадонны. Ее тон не обещал ничего хорошего. — Я ведь тоже раньше верила ему, более того, считала самым классным хирургом Москвы, да что там, всей России и всего мира! Обращалась к нему регулярно, он обещал, что поможет мне вернуть молодость. И посмотрите, во что он меня превратил!

Она откинула капюшон своего платья, и все увидели нелепо-уродливое лицо женщины неопределенного возраста, которая явно не знала меры в пластических операциях.

— Белла Игоревна, Белла Игоревна! — взревело сразу несколько голосов. Конферансье попытался загородить разбушевавшуюся примадонну, но тут заверещала обезьянка, до этого смирно сидевшая на руках у одного из участников свиты Беллы.

Кто-то из охраны попытался стянуть плевавшуюся нецензурными словами и обвинениями примадонну со сцены, что явно не понравилось обезьянке. Вырвавшись из рук державшего ее человека, она по головам собравшихся побежала по направлению к хозяйке.

Конферансье, на чьей прическе приземлилась обезьяна, дико завизжал, обезьяна завизжала еще громче и перепрыгнула на свисавший сверху провод. Не забыв прихватить с собой парик, которым была увенчана лысая, как коленка, голова конферансье.

Публика захохотала. Лиза отыскала глазами отца — тот, казалось, был доволен неожиданным поворотом событий — пусть уж смеются и думают, что это часть большого шоу.

Конферансье заорал, чем спугнул обезьянку. Она выронила из лап парик и, цепляясь за провода и цветочные гирлянды, словно за лианы, побежала по диагонали через весь зал. Публика хохотала, рукоплескала и получала явное удовольствие.

Под шумок бившуюся в припадке примадонну вывели прочь, а рация стоявшего поодаль Егора завибрировала. Он вышел в коридор.

Там ему пришлось рассказать Дмитрию Алексеевичу о случившемся в дамской уборной. Тот, вышагивая по мраморному полу закрытого для публики туалета, задавал вопросы и размышлял вслух.

— Значит, голос Папанова из «Бриллиантовой руки» произнес: «Идиёт»? И больше ничего?

— Нет, ничего, кроме этого слова, — подтвердил Егор, на что шеф сверкнул глазами:

— Думаешь, ты самый крутой, Шубин? Как бы не так! Ты что, не понимаешь, что подвергал нас всех смертельной опасности? Почему не вызвал подкрепление, а стал копошиться сам? А если бы бомба была настоящая?

В этот момент один из экспертов, осматривавших муляж, что-то нажал, и из устройства вновь донесся зычный бас Лелика: «Идиёт». Причем что-то заклинило, и это слово стало повторяться с необыкновенной скоростью.

— Отключи ты эту хрень, идиот!

— Идиёт! — подтвердил Лелик и, хрюкнув, смолк.

Егор пожал плечами и произнес:

— Понимаю, Дмитрий Алексеевич, действовал не по инструкции, однако времени на размышления не оставалось. Потому что просил Восемнадцатого о помощи, но он не слышал. А поскольку был не один, не мог допустить возникновения паники и ретироваться…

— Не один? — насупился Дмитрий Алексеевич. — Кто был свидетелем инцидента?

— Дочь нашего клиента, Елизавета Олеговна Ирдышина, — ответил Егор. — Я, конечно, сразу же ее узнал, потому что внимательно изучал досье. Но дело в том…

Он замялся, посмотрел по сторонам и добавил:

— Я патрулировал свой квадрат, и вдруг мне показалось, что я заметил человека, выходящего из женского туалета…

— Какая, надо сказать, невидаль! — буркнул шеф, а Егор продолжил:

— Но это был мужчина… И был он в комбинезоне. Но не как все рабочие, в темно-красном, а в темно-синем. Это меня и насторожило. Я бросился за ним, пытался преследовать, но ему удалось уйти. Так как прием уже шел, поднимать панику я счел нецелесообразным. А потом решил вернуться к тому месту, где его увидел, то есть к дамскому туалету, и посмотреть, что же он там мог делать. Зашел — и наткнулся на Елизавету Ирдышину, которая как раз случайно обнаружила в стенной нише эту милую штучку…

Дмитрий Алексеевич осмотрел поданную ему фальшивую бомбу, поцокал языком и произнес:

— Гм, а ведь могла быть и настоящая!

А потом, налившись кровью, заорал (что случалось с ним редко):

— Это ведь черная метка, понимаете, остолопы?! Тот тип нам показывает: мог бы всех к чертовой бабушке отправить, а он такой добрый, что подложил просто игрушку. Но ему ничего не стоило подложить настоящее взрывное устройство. И никто из вас это не предотвратил! Никто!

Он сурово взглянул на Егора и отчеканил уже более спокойным тоном:

— И в первую очередь ты не предотвратил, Шубин! Потому что квадрат был твой, а ты прозевал! И не пытайся заикнуться о том, какой ты герой, раз с этой бомбой повозился. Была бы настоящая, сколько бы проводков ни резал, все равно рвануло бы.