Легкое дыхание лжи - Татьяна Гармаш-Роффе

– Да. Я искал Милу. Я же тебе сказал: заглядывал в шкафы. В одном увидел распахнутый сейф… Нет, не увидел. Я все делал на ощупь, в темноте. Я об дверцу ударился кистью, а потом потрогал, чтобы понять, что это такое.

– Сейчас только это важно. Кто был в маске – не узнать, фоторобот не составить. Зато отпечатки есть, твои. Полиция обожает отпечатки.

– Но если тот мужик был в лыжной шапочке, то как он мог удариться лбом? То есть он мог, но не оставил бы кровавый след на спинке кровати!

– Дни жаркие. Бандит – то есть предположительно ты – мог, нейтрализовав охранников, избавиться от теплой шапочки… Против тебя есть и другие улики. Во дворе дома Андрея нашли обрывок чека на телескопическую лестницу. Ты не заметил, как обронил…

– Ну и что? Преступник-то в дверь вошел.

– Полиция считает, что ты использовал ее в предыдущие дни, чтобы пробираться на соседний участок и изучать обстановку. А когда изучил, то напал.

– Да там все окна ставнями закрыты, как я мог «изучать обстановку»? Чушь! И камеры там повсюду… Они, кстати, пишут? Мужика в маске можно на записи рассмотреть?

– Нет, камеры не записывают, только наблюдают. Пилипкин систему видеонаблюдения поставил еще в девяностые, когда дом начал обустраивать, а тогда цифровых технологий не было, на пленку все писалось. Менять оборудование он не стал: то ли решил, что слишком хлопотно, то ли что дорого… Ром, неважно, что и как думают в полиции. Нам надо не критиковать их версию, а найти новую. Правильную.

– Да я сам понимаю… А что ты все-таки думаешь насчет Милы? Она жива?

Ну разумеется, все мысли парня только о девушке. Ему грозит арест, суд – а его интересует лишь то, что случилось с ней! И это – несмотря на ее гнусную ложь!

Ох, когда же сын научится понимать – раз человек тебе лжет (неважно, по каким причинам) – значит, не стоит с ним связываться!..

Да, конечно, ложь бывает разная. Если, к примеру, у девушки месячные и болит живот, она может соврать, что просто устала, не выспалась. Потому что называть настоящую причину стесняется. Это неправда, но и не ложь. Потому что такая мелкая неправда есть всего лишь вежливость. Или деликатность, или стыдливость… Но когда девица врет, сочиняет целую историю, чтобы заставить тебя помочь ее тайным планам – это уже не вранье. Это попытка манипулировать. И от такой бежать надо со скоростью ветра!

А этот болван, его сын, влюблен. И ничего не видит, не понимает. Несмотря на все, что рассказал ему Алексей!

– Не знаю, Ром.

– Что, совсем никаких догадок? Ты же у нас великий специалист по логике!

Сын тоже сердился. Он хотел, чтобы «великий специалист по логике» дал ему надежду.

Но Алексей поводов для нее, надежды, что-то не видел.

– Ладно, давай рассуждать вместе. Итак, в дом залез, скорее всего, вор, а не убийца.

– Уже неплохо, – буркнул Роман. – Я тоже так думаю, потому что он оставил дверцу сейфа открытой. Хозяин закрыл бы.

– Согласен. Он пришел за тем, что хранилось в сейфе. А попал на девушку. Он ее ударил, потому что она испугалась и начала кричать. Или попыталась ему помешать. Возможно, сильно ее толкнул, и она упала, разбив себе голову. Или пырнул ножом. Раз есть кровь на полу – значит, есть рана…

– Но у него же был электрошокер! Почему он им не воспользовался?!

– Не знаю, Ром. Возможно, аппарат разрядился. Или Мила, сопротивляясь, сумела выбить шокер из его руки. Поэтому он воспользовался кулаком или ножом… Нам пока остается только гадать… Важнее другое: почему он уволок девушку? Возможно, правильнее было бы считать, что в дом пришел человек, цель которого…

– Гнида, а не человек!

– Ладно, гнида. Пришла гнида как раз за Милой. Убить ее или похитить. А деньги взял заодно.

– Ну, ты утешил…

– Ромка, это безнадежная затея. Чтобы хоть как-то вычислить события, нужна информация. Нужны зацепки, которые помогут понять логику и поведение преступника. Иначе – гадание на кофейной гуще. Допустим, ты умный, а бандит кретин. Разве ты можешь понять мотивы кретина? Или, наоборот, ты глуповат, а бандит хитер. Как глупцу встать на место хитреца?

– Да вот так, очень просто! Потому что и у кретина, и у хитреца есть главное – инстинкт самосохранения! И он руководит его поступками! Интеллект тут ни при чем!

– Ох ты ешкин кот, да ты у нас гений! Ну давай тогда, рассуждай, профайлер!

– А вот и рассужу! В дом пришел вор. Он, тут я согласен с тобой, не ожидал наткнуться на Милу. И ее ударил. Почему утащил с собой? Потому что испугался! Что ему пришьют не только ограбление, но и убийство… Ты сам сколько раз говорил: с точки зрения полиции, пока нет тела – нет и убийства! А это значит, что он Милу ранил серьезно! И теперь она истекает где-то кровью! Где-то в тайном месте, куда он ее спрятал, – потому что в больницах ее нет! А мы тут болтаем про мои отпечатки!

– Что предлагаешь ты?

– Искать ее!

– И как же, по-твоему? Говори, гений, я последую твоему совету!

Роман молчал. Он не знал как.

И Алексей не знал. Он вынужден скрываться и никаких обычных шагов – осмотр места происшествия, опрос свидетелей – предпринять не может. Но, в отличие от влюбленного Романа, желавшего спасти девушку, он хотел спасти его, сына. Уберечь от тюрьмы. Доказать его невиновность раньше, чем полиция придет к противоположному выводу! Да только как же к делу подступиться?

Принесли еду. Алексей сходил вымыть руки, потом погнал сына – в своей автослесарной мастерской он навыкам гигиены не обучился, и приходилось их постоянно втолковывать.

Они принялись за телячьи вырезки с грибами.

– Вкусно, – без выражения произнес Роман, жуя. – Я даже не ожидал.

– Вкусно, – согласился Кис.

– Ты уверен, что Громов позвонит тебе, если будут новости?

– Разумеется.

– Просто я подумал, что у Пилипкина могли попросить выкуп, раз уж вор похитил его дочь…

– Вор уже разжился огромной суммой из сейфа. Не думаю, что стал бы так рисковать. Самое разумное для него – залечь на дно.

– Цитирую тебя: вдруг он кретин?

– Так у него ж инстинкт самосохранения работает! – подначил сына Кис.

И они снова умолкли.

Поехать бы сейчас на место преступления – самому все осмотреть, с охранниками и кухаркой поговорить. Да рискованно: Алексея там полиция может взять за жабры. Он ведь как бы на Урал уехал… Объявят его сообщником преступника, задержат. А там и генетический материал получат для сравнения – тогда все, пиши пропало, Романа арестуют, рано или поздно…

И Серега мало что сможет сделать: происшествием занимается областная полиция, и у него нет оснований забрать дело к себе, не вызвав подозрения. Был бы Кис, как раньше, опером с Петровки, – тогда да, Громов сумел бы: наш сотрудник, мы и будем расследовать! Но Алексей давно занимается частной практикой. Которая к тому же многим как бельмо на глазу: он для полиции буржуй. Такая у них психология: самим взятки брать не зазорно, а чужие честно заработанные деньги – поперек горла…