Контракт с плейбоем - Марина Серова

Я указала на пакет, что висел на спинке стула:

— Все там.

Идея клиента насчет придания огласке содержимого диска показалась мне вполне здравой. Ведь если об этом узнает общественность, то не будет смысла устранять нас из-за диска. Главное — правильно донести информацию до масс.

Я посмотрела на Уварова, который как ребенок радовался привезенным мною косметическим средствам. Давать ему диск с собой в полет опасно. Лучше доставить его в Москву иным способом. Даже письмо по Интернету могут перехватить. Противник-то знает, что ему искать. Вынув из компьютера диск, я сунула его в бокс от сборника попсы, а сам попсовый диск положила в пустой пластиковый файл, а файл сунула в женский роман, который оставила в комнате одна из моих прошлых клиенток.

— Вот здесь диск, — сказала я, протягивая Уварову книгу. — Только обращайтесь с ним аккуратно.

— Нет проблем, — пообещал Андрей, сияя от счастья. — Выберусь отсюда, и мы их прищучим, кто бы это ни был.

— Да, прищучим, — кивнула я и стянула с рук прозрачную пленку из засохшего силиконового клея. Все доказательства того, что я сегодня стреляла — пороховые следы, — были мгновенно уничтожены вместе с ней. По комнате расползся резкий неприятный запах, напоминающий запах горелой резины. Глядя на коптящее пламя догоравшего в пепельнице силикона, я быстро разобрала револьвер, подготавливая его к чистке.

— Обязательно было устраивать эту вонь? — раздраженно спросил Уваров.

— Потерпи немного, мы же скоро съедем отсюда, — ответила я спокойно.

Клиент прихорашивался перед зеркалом. Я подошла, встала рядом и, подтянувшись на носочках, заглянула в зеркало через плечо Андрея. Уваров вздрогнул:

— Ну ты меня и напугала! Смени лицо! Уж больно неприятная у тебя сейчас наружность.

— Это лицо сделано с реального человека, а не просто выдуманный образ, — пояснила я. — Но перегримироваться действительно не помешает. Заканчивай быстрее свои извращения и освобождай место.

Уваров сердито фыркнул. Пока он возился у зеркала, я подготовила гримировальные принадлежности и через полчаса превратилась из невзрачной дамочки предпенсионного возраста в жгучую брюнетку восточной наружности. Переоделась. Уваров был уже готов к путешествию, надушен, причесан и намазан различными кремами, бальзамами и пенками, короче, всем, чем только можно. Я взглянула на гору грязной посуды в раковине и спросила у него:

— Из еды что-нибудь осталось?

— Я был очень голоден, — оправдываясь, начал Уваров, — подумал, что ты перекусишь где-нибудь по дороге…

— Понятно, значит, все сожрал, — уточнила я, сузив глаза.

— Да, — честно признался Андрей.

— Ладно, пошли. — Толкнув дверь, я шагнула в пустой коридор.

Уваров послушно проследовал за мной. Я заперла комнату и повела Андрея к лестнице, одновременно следя по КПК за камерами видеонаблюдения. Везде путь был свободен. Нас до сих пор не вычислили. Лучше бы, конечно, оставаться здесь до завершения расследования, но у клиента были другие планы. Он хотел вернуться домой. А поскольку мои попытки отговорить его от этой затеи не увенчались успехом, я решила — пусть учится на своих ошибках. По идее, сразу убивать его не станут, попытаются захватить живьем и выяснить, где диск. А я тем временем нанесу удар.

— В твоей конуре я успел отвыкнуть от дневного света, — сообщил мне Уваров, когда мы оказались на улице. Он, щурясь, смотрел на меня и ждал, когда я открою машину.

— В аэропорт поедешь на такси, — сообщила я Андрею, набирая номер телефона городского такси. — Нас не должны видеть вместе, но не переживай, я поеду следом и буду все время рядом. Так надо.

— Что-то мне это не нравится, — пролепетал Уваров с задумчивым видом. — Мне кажется, нам надо ехать вместе.

— Кажется — крестись, — отрезала я и прикурила сигарету. — Все будет нормально, не потей. В аэропорту будешь делать вид, что не знаешь меня. Если что-то случится и тебя схватят, не сопротивляйся, а главное, не озирайся, чтоб они не догадались, что ты не один. Я тебя вытащу в любом случае.

— Чего ты меня пугаешь? — недовольно поинтересовался Уваров. — Почему на меня обязательно должны напасть? Я вот думаю, что они не решатся. Там ведь много людей. Как они сделают это при свидетелях?

— Я бы назвала тебе десяток способов, как это можно устроить, но сейчас нет времени, — ответила я и кивнула на белую «десятку» с шашечками. — Вон твое такси. Иди!

— Ладно, пошел, — вздохнул Уваров.

Я посмотрела ему вслед и села в «Фольксваген». Сквозь стекло видела, как клиент сел в такси. Стоп-сигналы погасли. «Десятка» тронулась, развернулась и выехала со двора. Я завела двигатель и поехала за Уваровым. Такси мелькало впереди в транспортном потоке. Постепенно увеличивая скорость, оно проталкивалось между машинами. Я тоже прибавила газу. На экране спутникового навигатора, установленного в «Фольксвагене», по карте города двигалась светящаяся точка — это маячок, который я подсадила в одежду клиента. Кроме маячка, на одежде Андрея был еще скрытый микрофон. Поэтому я через приемник и наушник-горошину могла слышать все, что происходит в «десятке». Хотя там, собственно, ничего и не происходило.

Дорога до аэропорта заняла тридцать пять минут. Такси притормозило прямо перед зданием, а я загнала свой «Фольксваген» на стоянку, поставила его на сигнализацию и пошла к главному зданию. Уваров топтался перед дверями аэропорта и не решался войти. Через минуту он окончательно перетрусил и пошел назад. От толпы людей с разных сторон отделились трое, взяли Уварова под руки и запихали в фургон. Как было слышно в наушнике, парни представились моему клиенту операми. Я кинулась обратно к своей машине. Уварова повезли в сторону, противоположную от аэропорта. В машине парни, похитившие Андрея, орали и требовали диск. Очень хорошо, что у него не было настоящего диска. Держался Уваров секунд десять, потом захныкал и признался, что диск в книге, а книга в его сумке. Один из похитителей, перерывавший сумку Андрея, завопил так, что я чуть не оглохла:

— Есть! Диск здесь!

— Проверь его, и, если это то, что мы ищем, кончаем лоха и валим к Море, получать бабло.

— Нет, не надо, — заныл Уваров. — Я известный человек, у вас будут проблемы.

— Какой известный, лошара, мы тебя в упор не видели. Не гони.

Эфир заполнила песня Кати Лель «Муси-пуси» и звериные вопли раздосадованных бандитов.

— Ты че, сука рваная, решил нас прокатить?! Да мы тебя на лоскутки порвем!

Я вдавила в пол педаль газа. Срезала угол, обошла фургон по параллельной улице и вылетела через проулок на проезжую часть. Водитель фургона попытался уйти от столкновения. Отчаянно завизжали тормоза. Фургон протащило вперед. Останавливаясь, он ткнулся в «Фольксваген», помяв моей машине крыло. Сбоку в фургон въехало маршрутное такси.

— Что за хрен! — раздалось у меня в наушнике. — Хомяк, выйди, разберись с этой телкой, дай ей бабла и водиле из такси. Только ментов тут еще не хватало.