Голая и жестокая - Владимир Колычев

У каждого своя методика подготовки и особая цель. Кто-то учится драться, желая усовершенствовать свое тело и дух, а кому-то без такой науки просто не выжить.

Жан готовил себя к бою с реальным противником, как, например, те бараны, с которыми он схлестнулся в зоне, защищая Антипа. Хорошая драка тогда была – с заточками, арматуринами. Он потом почти месяц валялся в больничке с черепно-мозговой травмой и ножевой дыркой в боку. Ничего, оклемался, с Антипом крепко сдружился и сейчас у него на особом счету.

Тренировка закончена, можно ехать домой. Но нет желания торчать в квартире, где хозяина ждет только холодная постель. Вот если ли бы Ксюха поехала с ним, но она не хочет. В клуб, в ресторан или даже просто в кино – пожалуйста, а домой – нет. На секс ее черта с два раскрутишь. Вроде бы цену себе не набивает, просто натура такая.

Жан принял душ, оделся, сел в джип, вставил ключ в замок зажигания. Телефон зазвонил в тот момент, когда завелся двигатель, на дисплее высветилось имя Варвары.

– Привет, – сухо поздоровался он.

– И все? – с едкой усмешкой возмутилась она. – А где «любимая»?

– А если не любимая?

– С чего это вдруг?

– А ты не знаешь?

Жан избегал встреч с Варварой и в «Кафешантан» к ней больше не ездил. Она не дура, все понимала, потому в ее голосе и звучала досада.

Он охладел к Варваре после знакомства с Ксенией. Но и сама Варвара не больно-то рвалась к нему. Возможно, загуляла. Не исключено, что с Антипом, который положил на нее глаз.

– Знаю. Мой медведь к зимней спячке готовится. Не звонит, не появляется. Может, мне самой приехать к нему в берлогу?

– Не надо.

Жан собирался встретиться с Ксенией. Мало ли, вдруг сегодня она захочет поехать к нему домой? Девочка практически созрела для этого.

– Сам будешь там лапу сосать? Или у тебя кто-то есть?

– Кто-то есть.

– А как же я? Куда подевалась наша любовь? – Варвара даже не пыталась придать драматизма своему голосу.

– А она была, эта любовь?

– С моей стороны – да!

– Не ври. Тебе что-то нужно?

– Помнишь, ты говорил, что можешь решить любую проблему.

– Серьезная проблема?

– Достаточно. – Голос Варвары вдруг затвердел, как бетонная смесь на воздухе.

– Серьезная проблема – серьезный разговор.

– Я понимаю. Встретимся – поговорим.

– В четверг.

– В какой?

– В первый после зимней спячки. Как лапу изо рта выну, так жди.

– Ты что, обиделся? Ну, извини!

– Я не обижаюсь. Просто и без тебя серьезных проблем хватает.

Последние несколько дней Жан бездельничал, а до этого бегал по Москве и области с высунутым языком. То с одним должником разобраться, то с другим. А еще партию травы принимать пришлось. Товар некачественный оказался, а продавец хотел получить полную цену. Пришлось доходчиво объяснять ему, что так дела не делаются. Чуть не перестреляли друг друга.

Жану надоела вся эта суета. Раньше ему нравилось жить под напряжением, адреналин будоражил кровь, а сейчас хотелось тишины и спокойствия.

Да и Антип тянется к тому же. Тем более что у него с ворами напряги обозначились, менты поджимают. Вилла у Антипа за кордоном, солидный счет в банке. Пожалуй, Жан не удивится и не обидится, если босс встанет на лыжи. Он еще и обрадуется, если на прощание получит отступные в сумме с пятью нолями.

– Значит, не поможешь? – Только сейчас в голосе Варвары прорезалось искреннее возмущение.

Жан ее бросил, это плохо, но терпимо. Куда хуже, что он не хочет помочь ей решить серьезную и, судя по всему, связанную с криминалом проблему.

– Извини.

– Я подумаю. Возможно, ты получишь прощение. Или нет.

Варвара положила трубку, и Жан услышал короткие гудки, навевающие чувство облегчения. Давно уже пора было порвать с Варварой. Пусть теперь сколько угодно трясет сиськами перед толпой, он в претензии не будет.

…Нигде так не вспоминается ранняя молодость, как на заднем ряду кинотеатра. Одна рука у девушки на груди, другой обнимаешь ее за плечи, и целуешь, целуешь.

Жан и не помнил, о чем был фильм, когда вышел из кинотеатра. Он обнимал Ксению за талию, как это делал во времена своей сопливой юности. Она млела от удовольствия, с затаенной улыбкой глядя в сторону от него. Но ей всего девятнадцать, она действительно еще совсем юная.

Он открыл дверцу, помог ей сесть в машину.

– Покатаемся или домой? – спросил Жан, запуская двигатель.

– Домой.

– К кому?

– А ты хочешь, чтобы мы поехали к тебе? – Она вдруг смело посмотрела ему в глаза.

– Хочу!

– Я даже не стану спрашивать, что мы будем там делать.

– Нужно не спрашивать, а делать.

– Но я спрошу, что будет потом.

– Ты останешься со мной. Навсегда.

– Навсегда?

– Если ты захочешь.

– Захочу. Как только ты станешь моим мужчиной, я влюблюсь в тебя намертво.

– Намертво?

– Да, мертвой хваткой.

– А это как?

– Вот видишь, тебе уже страшно. Да и мне тоже. Может, ты лучше отвезешь меня домой, да и все?

– Что «все»?

– Поверь, я легко перенесу расставание. Особенно, если оно произойдет прямо сейчас.

– Я хочу, чтобы ты влюбилась в меня мертвой хваткой. – Жан улыбнулся.

– А потом ты захочешь разжать эту хватку. – Ксения с опаской глянула на него. – И сделаешь мне больно. Я умру.

– Не сделаю. Потому что я тебя не брошу. – Она хотела сказать что-то еще, но махнула рукой.

Как будто на себя.

Жан стронул машину с места, выехал на дорогу и остановился только возле своего дома. Ксения молчала. Он помог ей выйти из машины, провел в подъезд, а затем и в квартиру. Она и слова ему не сказала.

Жан повернулся к ней. Девчонка закрыла глаза и обвила руками его шею.

– Это совсем не похоже на мертвую хватку, – сказал он, подхватил ее на руки и понес в комнату.

– Не отпускай меня, – прошептала она.

– Еще как отпустит! – послышался вдруг из темноты женский голос.

Жан опустил Ксению на диван, включил свет и возмущенно, с угрозой уставился на Варвару, которая сидела в кресле.

– Не понял!

– Можно без эмоций? – Она смотрела на него с усмешкой брошенной стервы.

Варвара выглядела очень эффектно – распущенные волосы, кричащий макияж, короткое платье с декольте, едва закрывающим соски. Эта вульгарная красота была оружием против бешенства, которое могло охватить Жана из-за незваного визита.