Уйти, не оставив следов - Марина Серова

Алексу довелось стрелять первым.

– Для начала неплохо, – похвалила я.

– Я попал всего один раз, в шестерку, – расстроился мальчишка, – а ты в центре мишени сделала сердечко из дырок!

– В стрельбе важно тренироваться как можно чаще.

– Обязательно буду! Мама, а ты постреляешь? – предложил ребенок.

– Даже не знаю.

– Давай, ты же отлично стреляла по мишеням в Ворошиловке.

Оля попросила зарядить ей несколько винтовок, быстро отстрелялась. На принесенной смотрителем мишени красовался цветочек в центре.

– Ух ты! – Ликованию Алекса не было предела.

– Миссис Ландри, нам уже пора возвращаться, – Нэнси глянула на часы, – пообедать, окончить сборы в дорогу.

– Да, конечно.

– Колись! – прошептала я, обходя подругу и беря обоих детей за руки.

– Каждый день! – тихо ответила Оля. – Не хотела форму терять.

Значит, в душе миссис Ландри не было спокойствия никогда, если она тренировалась в стрельбе, не желая терять форму, думала я, прыгая с малышами по дорожке под звуки детского стишка, который читали Алекс с Аникой по очереди.

Немного позже, дома, я улучила момент, когда рядом никто не вертелся, чтобы спросить у Ольги:

– Если ты регулярно тренировалась, значит и оружие в доме имеется?

– Да. В сейфе.

– А…

– В зимнем саду наверху. Я сама все там планировала и обустраивала, так что о сейфе никто из домашних не знает.

– И…

– Кроме револьвера там только банковские бумаги, «не санкционированные мужем», пластиковые карты, немного наличности. И все вещи лежат в том же порядке, что я оставила, недавно проверяла, – предупредила Оля мои вопросы.

– Хорошо, – улыбнулась я в ответ.

Оставшееся до отъезда в аэропорт время Оля отдавала распоряжения по дому. Месье Жиль отпросился в отпуск к родне на срок отсутствия хозяев. А миссис Редсон осталась присматривать за коттеджем.

* * *

Всю дорогу до Тарасова Ольга, расстроенная прощанием с детьми и мужем, молчала или отвечала односложно на мои вопросы. Я оставила ее в покое и решила немного проанализировать ситуацию. Пока ни в Саутгемптоне, ни в Лондоне, ни в аэропорту я не заметила слежки. Это, в общем-то, неплохо, Майк с детьми действительно будут в безопасности некоторое время, раз заинтересованные лица не могли наблюдать за их отъездом. С другой стороны, я переживала, не была ли слежка плодом воображения моей подруги. Или недавние трагические события в доме Ландри действительно спугнули соглядатаев? Что ж, это вполне возможно, значит, они обязательно проявят себя позже.

Если рассуждать здраво, вероятность найти сокровища Олиного предка очень невелика. Мы имеем всего одну зацепку – старинную брошь. И больше никаких сведений о кладе, кроме информации, что он был спрятан где-то в Питере. Этого ничтожно мало. Можно попробовать расследовать давнюю историю гибели родителей Оли. Любой оперативник вам скажет, что лучше всего вести розыск по горячим следам, а чем больше времени проходит, тем меньше шансов докопаться до истины. Но попробовать стоит, вдруг повезет и мы получим выход на заказчиков аварии.

Еще нужно собрать все возможные сведения о купце Иване, его детях и жене. Как погибли, при каких обстоятельствах? Мог ли кто-то остаться в живых? Как, кстати, его фамилия? Я напрягла память, вспоминая Олин рассказ. Нет, она точно не называла. Скосила глаза на подружку. Немного склонив голову набок, она дремала, пушистые ресницы оттеняли глубокие синяки под глазами и подчеркивали общую изможденность, бледность ее лица. Не стану будить, пусть отдыхает. Время уточнить еще будет.

* * *

Ранним утром наш самолет приземлился в аэропорту города Тарасова. Ночь из-за разницы во времени пролетела слишком быстро. Несмотря на то, что оставляла свой верный «фольк» на охраняемой стоянке, я внимательно проверила машину. Технический прогресс не стоит на месте, вовсе не обязательно лично следить за интересующим объектом: прикрепил маячок и смотри за передвижениями по карте. Оля, не задавая лишних вопросов, молча наблюдала за моими манипуляциями. Короткий, прерывистый сон в кресле самолета не сказался на внешности подружки, она выглядела отдохнувшей и посвежевшей, лучше, чем за всю последнюю неделю.

– Смотрю, к тебе обычный цвет лица возвращается. Как дышится? Отвыкла от воздуха отечества? – хихикнула я, запихивая в сумочку прибор для обнаружения «жучков».

– Ты шутишь, а мне кажется, что он совсем другой: чистый, легкий, даже какой-то сладкий, – грустно улыбнулась подруга.

– И нет такого смога, как в Лондоне: ныряешь в него, как в реку, в белой рубашке, выныриваешь в серой.

– В Саутгемптоне воздух достаточно чистый, но все равно не тот, что здесь. Я по нему скучала. Эти меры безопасности обязательны? – кивнула Оля в сторону прибора. – Испытываешь опасения?

– Я всегда настороже, особенно во время работы.

– Женя, ты же не думаешь, что они могут предупредить наши шаги?

– Из твоего рассказа можно заключить, что «резвые ребятки» всегда были впереди, и даже не на один шаг, а на несколько. Сейчас я просто перестраховалась. Согласись, лучше поискать маячок и не найти, чем обнаружить, что тебя незаметно водят несколько дней.

– Конечно.

– Какие планы? Отдохнем с дороги, приведем себя в порядок? Посетим тайник?

– Да. Именно в этом порядке, – хитро улыбнулась подруга, – но сначала позвоню Майку, узнаю, как они добрались, как дети.

Прогревая мотор «фолька», благодаря мощному динамику телефона я слышала не только как Ольга расспрашивает родных о перелете, самочувствии, настроении детей, но и восторги Майка по поводу отличного номера, чудной погоды, сервиса на любимом курорте.

– Похоже, у них все хорошо.

– Да, слава господу!

– Готова к обзорной экскурсии по улицам родного города? – выруливая со стоянки, подмигнула я подружке.

– Не просто готова, я мечтала о ней годами, – подхватила Оля мой веселый тон.

Мы решили не снимать номер в гостинице, а пока остановиться у тети Милы. Помнится, она была не против приезда моей подруги. По пути домой я сделала несколько петель по центру Тарасова, чтобы дать Оле возможность насладиться видом памятных мест.

– Смотри, смотри, – вертела она головой, – вон то кафе, где мы познакомились с мальчишками на каникулах. Помнишь? Они были братьями, погодками, кажется, а мы сочиняли, что тоже сестры.

– Ага, они заявили, что внешне мы совершенно не похожи: блондинка, хрупкая и нежная, как фарфоровая кукла, и брюнетка, симпатичная девушка с грубыми манерами.

– Точно! Но ты выкрутилась, заверив, что мы кузины. – Оля улыбнулась воспоминаниям. – Все так же, только вывеска сменилась.