Фаберже дороже денег - Наталья Александрова

– Кухня здесь действительно неплохая, но мы встретились не ради этих деликатесов…

– Ух ты, какая торопыга! – умилился мужчина и снова подъехал к ней вместе со стулом. – Ну не бойся, я тебя не обижу, будешь довольна! На меня пока что никто не жаловался…

Лола снова отодвинулась, мужчина придвинулся, и таким манером они в течение минуты объехали вокруг стола.

– Ну, кисуля, я тебя не понимаю, – обиженно проговорил лысый донжуан, – на словах вроде торопишь, а сама прямо как мимоза – так и убегаешь!

– Может быть, мы поедем… на место, – проговорила Лола, аккуратно снимая со своего плеча волосатую руку соседа.

– Поедем, кисуля, поедем, – ухмыльнулся тот, – ух ты, как тебе не терпится! Только жалко такую вкуснятину оставлять, хоть немножко поедим… – и он затолкал в рот рулетик из телятины.

Вдруг глазок на двери брякнул, и надзиратель хрипло проговорил:

– В третью еще один посетитель!

– Как посетитель? Какой посетитель? – мужчина явно забеспокоился, он переводил взгляд с Лолы на дверь камеры и хотел что-то возразить, но дверь уже распахнулась.

На пороге появилась женщина лет тридцати пяти, что называется, в полном соку. То есть она выпирала во все стороны из короткого ярко-красного платья, как тесто из квашни, и дышала жаром, как вулкан перед извержением. Густые черные кудри грозовым облаком окружали ее голову, макияж новой посетительницы напоминал боевую раскраску аборигенов Полинезии, а выпуклые карие глаза метали громы и молнии.

– Это что же такое происходит? – воскликнула незнакомка. – Меня, значит, приглашают, я прихожу, как умная Маша, а место уже занято? Какая-то фря уже расселась и продукты потребляет? Ты что же это, сразу двоим назначил? Я не такая! Я этого разврата не терплю! Главное дело, для самого первого раза! Так приличные мужчины не поступают! Я, конечное дело, Генке волоски повыдеру, однако и тебе, недомерок чертов, мало не покажется! Я в парикмахерской полдня просидела, нарядилась как положено, думаю, проведу время по-человечески, а тут – нате вам!

– Тут какое-то недоразумение, – проговорила Лола, поднимаясь из-за стола, – мы сейчас разберемся…

– Конечно, разберемся! – воскликнула незнакомка, попытавшись ударить Лолу сумочкой. – Конечно, недоразумение! Это ты, блин, и есть самое настоящее недоразумение!

Лола была начеку и отбила удар сумочкой, но неожиданная гостья тут же перешла к ближнему бою и попыталась вцепиться Лоле в волосы. Лола отскочила, так чтобы между ними оказался мужчина, и выкрикнула:

– Да постой ты! Тут путаница какая-то! Тебя как зовут? – эта реплика была адресована мужчине, который подскакивал и крутился, стараясь не попасть под случайный удар.

– Хороша, нечего сказать! – радостно воскликнула чернокудрая красотка. – Сидит с мужчиной наедине, только что не в голом виде, а как зовут, спросить не удосужилась! Нет, ну что же это на свете творится!

Лола, не реагируя на эти словесные выпады и стараясь увернуться от выпадов физических, повторила свой вопрос.

– Вася, – ответил мужчина, ловко присев, чтобы увернуться от очередного удара брюнетки.

– Как Вася? – растерялась Лола. – А это точно третья камера?

– По тебе настоящая камера плачет! – отозвалась находчивая брюнетка и в ловком броске обошла мужичка. Лола резко отпрыгнула, чтобы уберечься от ее малиновых ногтей, и оказалась рядом с дверью. Не сводя глаз со своей темпераментной соперницы, она постучала в дверь, чтобы привлечь внимание надзирателя.

– Шиш тебя выпустят! – выкрикнула брюнетка и снова пошла в атаку, отбросив попавшегося на пути мужчину, как пустую коробку. – Я на дверь нарочно велела повесить табличку «не беспокоить»!

– Да не нужен мне твой лысый Аполлон! – пыталась Лола переубедить соперницу. – Тоже мне, сокровище! Я сюда по ошибке попала, у меня с другим человеком встреча была назначена!

– Ага, а сама с ним обжималась!

Лола отскочила в сторону и очень ловко подставила зловредной брюнетке ножку. Та не удержалась на ногах и с грохотом рухнула на цементный пол. Лола, воспользовавшись минутной передышкой, снова прорвалась к двери камеры и изо всех сил замолотила по ней кулаками. Наконец за дверью послышались неторопливые шаркающие шаги, глазок брякнул, и в нем показался красный глаз надзирателя.

– Чего буяним? – невозмутимо осведомился он. – В карцер желаем? Это запросто можно организовать… по специальному меню.

– Выпустите меня! – жалобно воскликнула Лола. – Тут какая-то сумасшедшая пришла!

Надзиратель пошире открыл окошечко, отыскал взглядом мужчину и хрипло осведомился:

– Удовлетворить прошение гражданки? Или это у вас развлечения такие, предусмотренные программой?

– Нет, нет! – отозвался мужчина, опасливо покосившись на поднимающуюся брюнетку. – Программой это не предусмотрено! Выпусти ее! Тут, понимаешь, путаница какая-то получилась!

– Бывает, – невозмутимо ответил надзиратель и с душераздирающим скрежетом открыл железную дверь.

Лола стремглав вылетела из «Тюряги» и, только оказавшись на улице, перешла на шаг.

Следовало признать, что начало ее самостоятельной деятельности складывалось на редкость неудачно. Встреча с информатором Мюнцера по непонятной причине сорвалась. Конечно, можно еще раз поговорить с немцем и назначить новую встречу с Бурыгиным, но это, конечно, произведет на заказчика не самое благоприятное впечатление. Кроме того, само сегодняшнее непонятное происшествие очень насторожило Лолу. По своему опыту она знала, что в таких серьезных делах случайностей не бывает.

Лола чувствовала настоятельную потребность посоветоваться с Леней, но это было ей недоступно. Ведь она твердо решила провести эту операцию самостоятельно, чтобы доказать Леньке, что вполне может без него обойтись…

Лола села в машину и поехала в неопределенном направлении, раздумывая, как действовать дальше. Однако через некоторое время она опомнилась и решила, что не время сейчас рассусоливать, и что если она хочет провести операцию успешно, то нужно немедленно собраться и мобилизовать все свои скрытые резервы. Если она провалит операцию или откажется прямо сейчас, это обязательно дойдет до Леньки, Мюнцер такой педант, он будет звонить и докапываться до причин, по которым Лола отказалась. Лола представила Ленькино лицо, его ехидный голос, когда он станет Лоле выговаривать. Или еще начнет притворно утешать – не расстраивайся, мол, не всем же непременно быть семи пядей во лбу… Лола заскрипела зубами. Она этого просто не переживет!

Где-то в глубине души противный внутренний голос твердил Лоле, что следует все же забыть о собственных амбициях и обратиться к Маркизу. Ведь Леня твердил ей не раз, что если в процессе операции происходит какая-нибудь путаница, нужно либо отказываться от дела, либо немедленно менять тактику. Для начала надо поговорить с Мюнцером, пускай ответит, что там у них происходит.