Хождение под мухой - Дарья Донцова

– Граждане пассажиры! – заорало радио.

От неожиданности я чуть не свалилась со ступенек. Ну развеможно так пугать народ!

– Московский цирк на Цветном бульваре приглашает провести выходнойдень вместе с его артистами, – бодро вещал женский голос, – вас ждетнезабываемое представление, воздушные гимнасты, акробаты, хищники и обезьяны наконьках! Все это – цирк на Цветном бульваре.

– Обезьяна на коньках – это нечто, – неожиданно вслухсказала я и налетела на мужчину, сходившего с эскалатора впереди меня.

Мужик резко обернулся и схватил меня за плечо.

– Ты поаккуратнее насчет обезьяны на коньках, так и огрестиможно!

– Вы что? – изумилась я.

– Это ты что, – обозлился вконец парень, – зачемобзываешься?

Тут только я заметила, что у него через плечо висят дваботинка с коньками.

– Так я обезьяна на коньках? – наседал мужчина, багровея. –А ну повтори!

– Вы не так поняли, – залепетала я, – ей-богу, я не васимела в виду.

– Кого тогда? – набычился мужик, продолжая крепкими, простожелезными пальцами сжимать мое плечо.

– Ну радио все время говорит, послушайте, просто яповторила. Обезьяна на коньках! Ведь смешно.

– Мне нет, – гаркнул парень.

– Граждане пассажиры, – продолжала дикторша, – лучшее местодля отдыха: солнечный Египет. Теплые воды…

– И где тут про коньки? – поинтересовался мужик, подталкиваяменя к стене. – Ну, ща получишь! Будет еще всякая шмакодявка надо мнойиздеваться. Никому не позволено смеяться над Николаем Гудковым, слышишь, ты,мышь белая.

Он наклонился ко мне совсем близко, и я почувствоваласильный запах алкоголя. Хуже ситуации и не придумать. Мужик был «под мухой», втаком состоянии объяснить что-либо человеку невозможно. Дежурной возле эскалаторанет, милиционеров тоже, что делать?

– Граждане пассажиры, – ожило радио, – Московский цирк наЦветном бульваре…

– Во, – подскочила я, – слушай!

Парень надулся, но, услыхав бодрое «и обезьяны на коньках»,расцепил пальцы и, отпихнув меня, пошел к поездам. Хам даже не извинился. Навсякий случай я подождала, пока поезда унесутся в тоннели, и только тогдапрошла на платформу. Сколько еще сумасшедших бродит по столичной подземке?

Турагентство «Ник-трэвел» находилось в районе метро«Новокузнецкая», в маленьком двухэтажном старомосковском доме. Я вызвонилапочти всю карточку «Би плюс», пока узнала его адрес. Конечно, сотовый телефон –хорошая вещь, но денежки в нем так и тают, не успела оглянуться, а на счетуосталось пятьдесят центов.

Очевидно, «Ник-трэвел» процветающая контора, офис выгляделбезукоризненно. В большом холле, сверкавшем лакированным паркетом, за красивымстолом восседал молодой парень, окруженный техникой: компьютер, принтер, факс,парочка телефонов и еще какие-то незнакомые мне аппараты. Все гудело, мигало извенело. Не обращая внимания на звуки, юноша расплылся в счастливой улыбке.

– Рад, очень рад.

На всякий случай я обернулась, вдруг сзади стоит ещекто-нибудь, кому адресованы приветливые слова. Но нет, оказалось, что служащийсчастлив видеть именно меня.

– У нас сегодня удивительное предложение, – тарахтелпаренек, выхватывая левой рукой бумагу из принтера, а правой – листок,выползающий из факса, – исключительно интересное и выгодное. Кипр! Всего двестисорок долларов!

– Скажите, – попыталась я прервать его, – Марфа Георгиевна увас работает?

– Шевцова?

– Да.

Мальчишка поскучнел:

– Ступайте в пятую комнату, по коридору налево.

В комнате стояли три стола и сидела одна светловолосаяженщина, щелкавшая мышкой.

– Вы Марфа Георгиевна?

Блондинка показала на пустой стол у окна:

– Марфа дома, у нее ребенок заболел.

Интересненько, значит, милая дама замужем и имеет чадо, аможет, и несколько деток!

– Не подскажете, как с ней связаться?

Блондинка насупилась:

– Зачем? Если по вопросу покупки тура, то можно со мнойпобеседовать, мы не даем домашние адреса сотрудников.

– Понимаете, – забормотала я, – я в Москве нахожусьпроездом, завтра улетаю, меня просили передать посылку общие друзья…

– Погодите, – улыбнулась девушка, – сейчас.

Она быстро потыкала пальчиком в кнопки.

– Марфа? Привет, Зина беспокоит. Как там Варька? Ну непереживай, сопли пройдут. Слышь, тут пришла… простите, как вас зовут?

– Евлампия Андреевна, можно просто Лампа.

Зина хихикнула и продолжила:

– Евлампия Андреевна говорит, что готова твою посылочку вИзраиль Павлухе оттащить. Только она завтра уезжает, проездом в Москве.

Трубка бурно запищала.

– Вас Эмма Коган прислала? – спросила у меня Зина.

Я кивнула.

– Хорошо, хорошо, – бросила в телефон Зиночка, – неволнуйся.

Она отсоединилась и велела:

– Пишите. Улица генерала Малофеева, дом шестнадцать,квартира девять. Только не звоните, просто дерните за ручку, дверь будетоткрыта, там ребенок больной спит.

Я вышла на улицу и понеслась к метро. Нет, все-таки у насмного ненормальных. Ну что я сказала этой Зине? Меня просили передать посылкуобщие друзья… честно говоря, я собиралась продолжить, мол, в ящичке сыр,быстропортящийся продукт, хочу отдать привет из Эстонии сегодня. Но Зинаполезла поперек батьки в пекло и сама сделала неправильные выводы. Вроде тогопарня с коньками, услыхавшего про обезьяну. Но мужик был пьян, это его хоть вкакой-то мере извиняет, трезвая же, как стекло, Зина просто не дала мнедоговорить. Отсюда мораль: никогда не перебивайте собеседника, вдруг вследующей фразе он сообщит совсем не ту информацию, которую вы ждали.