Черная полоса - Владимир Колычев

— Шухер! — заорал Утяк.

Его крик оборвала пуля. Он схватился за горло, а Слепень — за живот.

Стреляли через окна, со всех сторон. Приборы бесшумной стрельбы заглушали пальбу, но в ушах все равно грохотало.

Антоха рванул к лестнице, которая вела на чердак. Одна пуля тюкнула его в спину, но прошла вскользь между ребрами. Другая попала в ногу, но кость, похоже, не зацепила.

Страх за свою жизнь гнал его вперед похлеще всякой плетки. Подгнившая лестница скрипела под тяжестью тела, две ступеньки треснули, но все же он поднялся на чердак. Однако это не спасение, нужно было бежать дальше.

Антоха выпрыгнул в окно прямо на человека в черном, упал на него случайно, но удачно, приложил к земле, поднялся и побежал дальше. Ему даже некогда было вырывать у этого типа «Узи» с глушителем. Подтверждением тому послужила пуля, которая ударила его под левую руку. Она зашла глубоко в тело, там и застряла.

Антоха остановился, с трудом втянул в легкие воздух и снова побежал по траве, через какой-то забор. Он падал, поднимался, снова бежал. Силы оставляли его, сознание мутнело.

Антоха даже не понял, в бреду появился Матвей или в реальности.

Он навалился на него, обнял за плечи и сказал:

— Давай за мной!

И Матвей оказался настоящим, и его машина существовала реально.

Он затолкал Антоху на заднее сиденье, сел за руль и ударил по газам. Послышался стук, это пуля ударила в заднее стекло. Преследователи не могли догнать машину, им оставалось только стрелять.

— Аптечка там! — бросил через плечо Матвей.

Антоха пошарил рукой за сиденьем, нащупал футляр из кожзаменителя на молнии. Нужно было его открыть, достать бинт, перевязаться, но Антоха вдруг понял, что не сможет сделать этого. А Матвей занят, ему нужно выходить из-под огня, иначе обоим крышка.

— Кто там на вас наехал? — спросил Матвей.

— А кто Улеева заказал?

— Кто?

— А ты хорошо подумай.

Антоха закрыл глаза и мысленно перенесся на кольцевую автостраду. Сначала он отбивался от мордоворотов, потом они с Матвеем гнали их до самой машины.

Телохранители уехали, но Антоха почему-то продолжал видеть их. Он даже слышал голос корноухого братка, когда тот жаловался на свою судьбу коренастому мужику в дорогом черном костюме.

Этот же мужик вызвал к себе какого-то чахлика. Тот встретился с Чистиком. Это невероятно, но Антоха видел, как они разговаривают в камышах, на берегу реки.

А ведь именно так все оно и было. Компаньон Улеева пробил, с кем имели дело его люди. Возможно, он хотел наказать Антоху и Матвея, но планы его изменились. Почему бы и в самом деле не натравить бандитов на своего компаньона, а затем не зачистить их? Неважно, засветятся они или нет, все равно убрать. Кажется, так оно и вышло.

Квартирка неважная, бизнес так себе. Лилия знавала мужчин, которые построили себя с нуля всего за несколько лет, а один сколотил состояние всего за два года. Да еще какое!

Матвей не такой, он в бизнесе уже третий год, а толку? Несколько ларьков — это не показатель. Он, конечно, со временем мог подняться и выше, но не желал этого. Его вполне устраивала такая жизнь. Съемная квартира, битая машина, не первой невинности девушка.

Что ни говори, а жизнь Лилию потаскала изрядно. То с одним, то с другим, теперь вот с двадцатым, но ей себя упрекнуть не в чем. Она-то хоть к лучшему стремится, а вот Матвей, похоже, остановился в развитии.

Лилия думала об этом, лежа на диване.

Да, Матвей парень что надо. В постели с ним жарко, как в аду. Котлы кипят, черти скачут. Ни с кем она не испытывала такого сумасшествия.

Но Матвея закрыли менты, обвинили его в убийстве. Может, уйти от него прямо сейчас, не дожидаясь суда? Но за квартиру заплачено до сентября, может, не надо торопиться? Тем более что реальных вариантов нет.

Дверь открылась неожиданно. Лилия пугливо спорхнула с дивана. Полы халата разошлись, но она не торопилась их запахивать. Если это вдруг бандиты, то она очарует их своей телесной красотой, и они не будут ее бить. Если изнасилуют, то не больно.

Но в дом зашел Матвей. Большой, стремительный, завораживающе мощный. Ее сознание тут же пустило на него слюну, а тело — соки.

Лилия повисла на его шее, крепко сжала ноги, чтобы не вытечь раньше времени от хотения, подступившего к животу.

— Тебя отпустили?

Он удивленно повел бровью, отстранился от нее и ответил:

— Еще позавчера.

Удерживать его рядом с собой Лилька не стала. Слишком уж тяжелый запах шел от Матвея. Она-то, может, и не брезгливая, но в душ этого парня все же отправит.

— Да?

— Антоху убили.

— Как убили?

— За мной охотятся.

— Как это охотятся?

— А как на уток охотятся? Стреляют в одну, а падает и вторая. Тебя тоже могут зацепить. Никто не приходил, не спрашивал меня?

— Нет.

— Значит, придут. Давай собирайся, к родителям тебя отвезу.

— Не хочу к родителям!

— Куда хочешь, туда и отвезу.

— Есть у меня один мужчина, — сказала Лилия, наклонила голову и исподлобья посмотрела на Матвея.

Но тот даже не захотел ничего понимать.

— Адрес! — потребовал он.

— Адрес?! К мужчине? Ты что, бросаешь меня?

— Бросаю? — Матвей опешил, потрогал пальцем кончик носа.

Мужчины всегда так делают, когда врут. Да и глаза у него забегали.

Впрочем, Лилии не нужно было никаких примет, чтобы уличить Матвея во лжи. Ее в этой жизни столько раз бросали, что можно было полагаться на чутье. Оно ее давно уже не подводило.

— В сокамерника влюбился? — Она едко усмехнулась.

— Не смешно, — сказал Матвей.

— Смешно будет, когда ты к нему вернешься!

— Это ты о чем? — Он с подозрением смотрел на нее.

— А где ты был в ночь на двадцать пятое июля?

— Ну ты и сука! — заявил Матвей и презрительно скривился.

— Да, я такая!

Лилия готовилась объясняться с Матвеем, в уме ее зрела пламенная речь, а он повернулся к ней спиной и открыл дверь.

— А съехать тебе отсюда все равно нужно, — сказал парень на прощание. — За мной и правда могут прийти.

— Да не собиралась я тебя шантажировать! — Лилия протянула руку, чтобы удержать его, но даже не смогла зацепиться.

Ее пальцы скользнули по предплечью Матвея, как по каменной глыбе, твердой и холодной.

— Ты что, шуток не понимаешь? — бросила она ему вслед.