Призрак пера - Аличе Бассо

Что ж, я все-таки это сделала.

Да кого я хочу обмануть. Знала, что этим кончится.

Вот уже месяц как я знаю, что сегодня, сейчас, здесь Риккардо Ранди проведет презентацию, возможно, уже тысячную, своей книги. А знаю я это потому, что получила информационную рассылку от издательства «Эрика», ради такого случая написанную жирным шрифтом и истыканную восклицательными знаками: «Автору можно будет задать вопросы и получить автограф!» А еще потому, что мне сообщил Энрико. Ровно месяц назад. Когда объяснял, что в юбилейном номере «ХХ Поколения», авторитетного женского еженедельника, выходящего в виде приложения к самой уважаемой ежедневной газете Италии, запланирована статья Риккардо Ранди. И что написать ее должна буду я.

– Ты же понимаешь, бедняга уже полгода как в разъездах. Ну подумай, откуда у него время и возможность придумать что-то на семь тысяч знаков на тему его связи с миром женщин или подобной чепухи, – говорит мне Энрико. Причем с деланым безразличием механика, заявляющего, что ремонт машины обойдется вам в бо́льшую сумму, чем она сама.

– Но тут же не нужно… В конце концов, если и есть тема, которую Риккардо Ранди знает как свои пять пальцев, – это женщины! Они постоянно крутятся вокруг него, он же кумир всей женской части населения Италии! И потом, он хорошо прописал персонажи Джун и ее матери, да и женских персонажей своей предыдущей книги… Что ему стоит написать какую-нибудь ерунду о, даже не знаю, о том важном, чему он научился у женщин, которых видит каждый день, о качествах, которые замечает в них…

– Чудесно. Напиши семь тысяч знаков на одну из этих тем – и будет в самый раз.

Не знаю, понял ли Энрико, что мне не по себе. Скорее всего, нет. В конце концов, никаких глупых шуток он от меня не услышал. Отчасти потому, что шутить мне совсем не хочется. Правда в том, что меня беспокоит необходимость снова делать что-то для Риккардо, подкладывая еще больше дров в огонь его популярности, а потом молча наблюдать за всеобщими овациями и так далее. Обычно я всегда говорю: «Если бы это имело значение». Сейчас, когда Энрико снова придумал мне задание для Риккардо, странное ощущение подавленности подсказывает, что, возможно, в этот раз мне как раз не все равно.

– А знаешь, что было бы идеально? Если бы ты пошла и послушала его презентацию, когда он через месяц вернется в город. Как раз освежишь мысли, вспомнишь, как он говорит, как ведет себя, обращаясь к слушателям. И потом, может, во время беседы со своими бесчисленными поклонницами он скажет что-нибудь этакое, что натолкнет тебя на идею для статьи.

О нет, этого только не хватало. И так-то мне неуютно от необходимости снова работать за Ранди, а тут – представьте себе, еще и лично встретиться. Нет уж, Энрико, можешь об этом забыть, на презентацию я не пойду.

Смешно.

– Входите давайте, уже целых пять минут как началось! – шепчет мне в затылок какая-то старушка.

Я неожиданно осознаю, что замерла на пороге, застряв между напирающей сзади толпой опоздавших и неожиданно жарким воздухом книжного.

Вхожу.

Зал забит так, что и втиснуться некуда: те, кому не хватило мест, толпятся у самого входа. Верхнюю одежду никто не снимал, обогреватели работают на всю мощь, и по помещению уже расползается запах пота. Оператор регионального телеканала безуспешно пытается отвоевать собственное место.

Где-то в зале мелькают прически с начесом, лысеющие черепушки интеллектуалов, но больше всего там разноцветных шевелюр дам, пришедших насладиться выступлением очаровательного писателя-профессора. В глубине, уже совсем далеко, замечаю и растрепанную макушку, время от времени появляющуюся в моем весьма ограниченном поле зрения, потому что ее обладатель ходит туда-сюда. Иногда вверх взмывает изящная рука и ерошит волосы, но гораздо реже, чем в нашу первую встречу.

Нахожу свободную полоску стены, как раз у дверей зала, прислоняюсь и всю презентацию просто слушаю усиленный микрофоном голос Ранди, даже не пытаясь больше его увидеть. Он читает отрывки из книги, что-то комментирует, шутит, все смеются. Там есть и модератор встречи, которая каждый раз, обращаясь к нему нежным голоском, либо начинает с комплимента, либо сама фраза его подразумевает. А то и вовсе вопрос является незавуалированной похвалой, на которую он должен ответить, к примеру: «Говорят, в персонаже Арта удивительным образом сочетается беззаботно-саркастичный и упорный идеализм Артуро Бандини, начинающего писателя, главного персонажа книг Джона Фанте, которому вы отдали дань уважения с самого начала, назвав своего героя в его честь, и мятущаяся душа главного героя романа «На дороге». Что вы об этом думаете?»

Я знаю, что это нормально, что именно так на презентациях и бывает, но все равно чувствую, как поднимается уровень инсулина в крови от такого количества патоки.

После пинг-понга реплик официцальной части наступает время вопросов из зала. Их ровно десять: девять от женщин и один от мужчины. На часах уже восемь вечера, когда модератор наконец утихомиривает последнюю поклонницу, которая так размахивала руками в попытке получить слово, будто завтра конец света.

– Ох, как жаль, время вышло, а писатели тоже люди и имеют право отдохнуть и поужинать.

Зал наполняется приглушенным гулом голосов, прощаний, аплодисментов, и собрание наконец объявляется закрытым.

Я отклеиваюсь от стены, пока мимо роятся торопящиеся к выходу зрители, и жду, предоставив им возможность от души потолкаться, потому что сама не имею ни малейшего желания влезать в эту благоухающую давку. Вполне могу подождать, ведь, в конце концов, дома меня никто не ждет. До меня доносятся обрывки разговоров, темы варьируются от «Удивительно, такой молодой, а как солидно выглядит» до «Боже, до чего же он хорош, если б я только могла…». Не очень-то и большое разнообразие, вообще-то. Не могу сдержать горькую улыбку. Если в конечном счете успех Ранди определила именно его собственная привлекательность, хорошая новость в том, что я могу наконец перестать себя мучить, так как написанная мной книга года ничего не значит. Усмехаюсь про себя, представляя экземпляр «Прямее гитарной струны», в котором с тридцатой по шестидесятую страницу идет исключительно копипаст lorem ipsum^[22], а никто из очумевших от прилива прогестерона читательниц этого не замечает, как вдруг слышу:

– Вани.

Поднимаю голову и вдруг вижу перед собой Риккардо.

Ох.

Вот блин.

Или же он подписал все книги быстрее чем планировалось, или я слишком долго ждала.

– И ты здесь, как тесен мир, – вырывается у меня, и тут же голосок в голове четко произносит: «Заткнись, идиотка». Что ж, может, вот он – голос ангелов.

Риккардо тем не менее смеется. Даже нет, усмехается. Ему даже будто весело, и он лишь слегка удивлен нашей встречей. Что так, тоже неловко? Нет. Не неловко – это точно. Я застала его врасплох, вот что. Может, даже слегка вывела из равновесия (он запускает руку в волосы). Но в общем и целом я бы сказала, что выглядит он… довольным.