Мрак под солнцем - Чингиз Абдуллаев

Рассчитывать на союзников больше не приходилось. Тогда вЧехословакию, в шестьдесят восьмом, он не послал румынские войска, нообъединенные силы русских, немцев, даже венгров и болгар вошли в Прагу инаказали чехов и словаков за тщетную попытку вырваться из самой системысоциализма. Пражская весна была потоплена в крови.

Тогда он мудро рассудил, что участие румынских сил можетпридать нездоровый импульс начинавшимся волнениям в армии. Ему нужно былобольше думать об укреплении собственного режима, он еще сидел достаточнонепрочно и очень многие готовы были убрать молодого Генерального секретаря сего поста. Тогда он выстоял, а через шесть лет даже стал Президентом страны.

Он вспомнил свое родное село Скорничешти. Старикирассказывали, что в день его рождения была страшная стужа, сильный снегопад иповитуха, обычно принимавшая в селе роды, даже немного опоздала, явившись в ихдом, когда роды уже начались. Потом было трудное детство. С четырнадцати лет онразносит листовки и помогает молодым коммунистам. Через год он становитсякомсомольцем, а еще через год его избирают в ЦК комсомола. Это были самыетрудные годы в истории Румынии. Повсеместно поднимали голову местные фашисты,была создана ультраправая Национал-христианская партия. Активно действовалавозникшая в тридцать первом году «Железная гвардия», не скрывающая своихфашистских взглядов. В восемнадцать лет Николае становится коммунистом. Как онитогда верили в коммунистические идеалы, какими чистыми и наивными они были.Через три года он уже секретарь комсомольской организации Бухареста. Егонебольшую фигуру узнают повсюду, он встречается с рабочими, идет в первых рядахмитингующих, выступает настоящим вожаком молодежи.

В сентябре сорокового в Румынии происходит фашистскийпереворот. К власти приходит новый король, Михай, а фактическая властьдостается генералу Антонеску, который вместе с «Железной гвардией» превращаетстрану в сателлита Германии. Уже через месяц в Румынию входятнемецко-фашистские войска.

Тогда он не успел уйти. Его арестовали, и долгие четыре годаон проводит в заключении. В Советском Союзе идет самая страшная война, и сотнитысяч румын принимают участие в этой войне на стороне Германии.[7]Заключенные коммунисты жадно ловят каждое сообщение о победе советских войск.После краха под Сталинградом всем становится ясно, что победа будет на сторонеправого дела. Как они тогда верили в Москву, как молились именем Сталина, какжили сводками советского Информбюро.

В сорок четвертом в страну вошли советские войска. КорольМихай вовремя понял, что пора менять тактику, и отрекся от своих прежнихсоюзников. В Москве было подписано соглашение о перемирии, и вскоре румынскиевойска были посланы против своего старого союзника — фашистской Германии.Освобожденный из тюрьмы в сорок четвертом, Николае Чаушеску становитсяпризнанным лидером молодежного движения в ЦК комсомола. После победы онработает на партийной работе, а в начале пятидесятых несколько лет дажепребывает на должности заместителя министра обороны страны, успев обрастинужными связями и друзьями в армии.

Во время работы в правительстве он пользуется неизменнойсимпатией главы правительства Петру Грозы, также отсидевшего при Антонескунесколько лет в тюрьме. В тридцать шесть лет Николае Чаушеску становится самыммолодым секретарем ЦК партии, а через год избирается членом Политбюро. Когдаспустя десять лет умрет Георгиу-Деж, Чаушеску будет самым достойным и самымлучшим кандидатом на должность руководителя партии и государства.

Но это было так давно, в шестьдесят пятом. Уже через девятьлет он становится Президентом, и начинается неуклонный процесс перерождения,обусловленный неограниченной личной властью, неподконтрольностью никакимзаконодательным органам, формальностью выборов и отсутствием демократическойпрессы. Он и сам не замечает, как постепенно превращается в настоящегодиктатора, устанавливая семейный режим власти в стране, при котором в числовысших руководителей государства входят его жена, сын, братья, родственникижены и его друзья. Как и при любой тирании, начинает складываться культ вождя.В центре Бухареста открывается грандиозный Музей личных подарков НиколаеЧаушеску, его огромные портреты заполняют все города и села Румынии. Вдополнение к этим характерным метастазам социалистического государства крайненегативную роль играет его супруга, постоянно вмешивающаяся в кадровые вопросыи превратившаяся в своеобразного «серого кардинала» при дворе Чаушеску. Все встране твердо знают, что ни одно назначение не минует личной канцелярии супругиПрезидента. Процесс разложения государства идет полным ходом. При несменяемомПрезиденте граждане становились циниками и пессимистами. В стране явноусиливалось недовольство, начали появляться диссиденты.

Если бы все можно было вернуть лет на двадцать назад,подумал вдруг Чаушеску. Может, он не сделал бы таких явных ошибок. Впрочем,разве мало пользы он принес своему народу? Разве не он сумел полностью погаситьвесь иностранный долг, сделав Румынию одной из немногих стран в мире сполностью выплаченным национальным внешним долгом? Разве этого одного мало,чтобы потомки поставили ему памятник? Разве мало он заботился о процветаниисобственного народа, о его культуре, науке, здравоохранении?

И такая черная неблагодарность людей. Впрочем, сам ставциником за годы своего правления, он и не ждал особых благодарностей от своегонарода. При взаимном согласии они всего лишь соблюдали баланс интересов другдруга, и этого было вполне достаточно. А теперь вдруг начались эти события вТрансильвании, перекинувшиеся затем на Бухарест.

Раздался еще один звонок. На этот раз звонил помощник.

— В чем дело? — спросил очень недовольным голосомЧаушеску.

— К вам звонит генерал Стэнкулеску, заместительминистра обороны. Товарищ Президент, он просит срочно соединить его с вами.

— Хорошо, — разрешил он. Стэнкулеску был одним изсамых образованных генералов в румынской армии, владел пятью языками, былдостаточно популярен в народе.

— Товарищ Президент, — раздался взволнованныйголос генерала, — в столице начались вооруженные столкновения. Сотрудникиорганов безопасности стреляют в безоружный народ. Люди начинают строитьбаррикады. В таких условиях возможны любые антиправительственные действия.Армия не может брать на себя ответственность за действия сотрудников«секуритаты».

— Что вы предлагаете? — спросил Чаушеску. «Почемуони начали стрелять? — вдруг подумал он. — И микрофоны на митинге такнекстати не работали».

— Вам нужно покинуть Бухарест, — твердо сказалвдруг генерал, — это единственно возможная и вынужденная мера. Другихвариантов я не вижу. Иначе — восставший народ пойдет брать штурмом ваше здание.

«Как он осмелел, — подумал Чаушеску. — ПроклятыйГорбачев, это все его эксперименты». Но он ничего не сказал.