Венец скифского царя - Наталья Александрова

Спрятав трубку, он спросил незнакомцев:

– Вам чего надо, мужики?

– Не чего, а кого, – поправил его бритоголовый, который обычно говорил за обоих.

– И кого же?

– Мы слышали, что ты знаешь, где можно Костика найти. Ты ведь с ним знаком.

– Да я сам его ищу, – промямлил Севыч. – Он мне, между прочим, денег должен.

Тут на сцену вышел рыжеволосый. То есть ни на какую сцену он, конечно, не вышел, за неимением оной, и даже ничего не сказал. Он вытащил из кармана кнопочный нож, выщелкнул из него лезвие, растопырил на столе левую руку и принялся вонзать нож в столешницу аккуратно между своими пальцами.

Нож сверкал, удары звучали все быстрее и быстрее.

Севыч следил за ножом как завороженный. Нож двигался так быстро, что взгляд Севыча не поспевал за ним. И вдруг очередной удар пришелся не между пальцами рыжеволосого, а рядом с лежащей на столе рукой Севыча. Причем так близко, что лезвие скользнуло по его руке и пришпилило к столу манжету его рубашки.

– Ну так как насчет Костика? – напомнил о себе бритоголовый. – Поможешь нам его найти?

– По… по… попробую… – проблеял Севыч, покосившись на лезвие ножа.

Он снова достал свой мобильный телефон, потыкал в него толстым пальцем и протянул:

– Кристинка-а! Узнае-ешь? Не узнаешь? Бога-атым буду! Точно, Севыч! Там рядом с тобой Костика нет? Точно нет? А ты ему кое-что передать можешь? Передай, что я его очень прошу заскочить в «Привал». У меня для него работа есть. Много не заработает, но должок я ему, пожалуй, спишу. Если он успеет за полчаса – его счастье, не успеет – отдам эту работу другому. Да, точно.

Снова убрав телефон, он быстро взглянул на нож в руке рыжего и проговорил:

– Придет. Я его знаю. Вы его подождите тут полчасика, а я пойду, у меня дела.

– Никуда ты не пойдешь, пока Костик не придет, – возразил бритоголовый. – Посиди с нами, можешь выпить чего-нибудь, я, так и быть, угощаю.

– Не хочется что-то…

– Ну не хочешь – как хочешь!

Все трое замолчали и уставились на входную дверь.

Заведение было популярное, в дверь все время кто-то входил и выходил, но Костика среди них не было.

Бритоголовый скосил глаза на часы Севыча и протянул:

– Полчаса прошло… похоже, не очень-то он заинтересовался твоим предложением.

На лбу Севыча выступили мелкие капли пота, однако вытереть их он не решился.

И в это время дверь снова открылась.

На пороге появился белобрысый парень с круглыми совиными глазами и белесыми ресницами. Он оглядел заведение, заметил Севыча и направился к его столу.

– Здравствуй, Севыч! Кристина сказала, что ты меня искал? Что у тебя типа есть для меня работа?

– Искал, – кивнул тот. – И работа есть…

– И что ты мне типа простишь за эту работу весь долг?

– Прощу, прощу! – поморщился Севыч. – Только работа не у меня, а вот у них. – И он кивнул на своих соседей. – Ну что, ребята, я вам, наверное, больше не нужен?

– Не нужен, не нужен, – кивнул бритоголовый, – иди куда хочешь, мы тут сами разберемся.

Севыч с явным облегчением вскочил и припустил к выходу.

– А ты присядь, – приказал бритоголовый Костику.

Тот проводил Севыча удивленным взглядом и опустился на освободившееся место.

У него было какое-то нехорошее предчувствие. Словно он попал из огня в полымя. Потому что, судя по всему, эти двое незнакомцев были куда опаснее, чем Севыч.

– Так что за работа? – спросил все же Костик, переводя взгляд с одного на другого и пытаясь понять, кто из них главнее.

– Работа простая, – ответил бритоголовый. – Это ведь ты Пантелеичу пригнал зеленую «Хонду».

Интонация была не вопросительной, а утвердительной, но Костик заморгал и пролепетал:

– Не знаю никакой «Хонды».

Затем он попытался вскочить, но рыжий напарник повторил свой трюк и пришпилил рукав Костика ножом к столешнице.

– Я тебя пока ни о чем не спрашивал, – процедил бритоголовый. – Я знаю, что «Хонду» пригнал ты.

– Тогда что же вам нужно? – проблеял Костик дрожащим голосом и огляделся по сторонам, прикидывая, как бы сбежать от этих отморозков. Выходило, что никак.

– Если это ваша «Хонда», то я прошу прощения… я же не знал… а только нехорошо машину бросать без присмотра, нехорошо людей вводить в искушение.

– Насчет искушения я с тобой спорить не буду. Бывает, что очень трудно устоять. Ты мне только скажи, где ты эту самую «Хонду» нашел, и мы тебя отпустим.

– Точно отпустите? – недоверчиво переспросил Костик.

– Куда уж точнее! – Бритоголовый усмехнулся одними губами, глаза его оставались холодными и неприязненными.

– Так неподалеку от заправки, – суетливо забормотал Костик. – Метрах в ста от этой заправки.

– От какой заправки? Говори яснее! А лучше вот что – ты нам покажи то место, где эта машина стояла.

– Покажу, покажу, – испуганно лепетал Костик, – почему не показать хорошим людям!

Напарники поднялись из-за стола и двинулись к выходу. Как-то так получилось, что Костик поднялся вместе с ними и к выходу пошел тоже вместе с ними – причем бритоголовый шел впереди Костика, а рыжий – за его спиной, так что Костик, зажатый между ними, при всем желании не мог никуда деться.

На душе у него стало еще хуже, чем прежде.

В «Привале» он хоть был на людях, и вряд ли эти два отморозка что-нибудь с ним там сделали бы на глазах у этих людей, а вот на улице – все возможно.

Однако ничего страшного с Костиком не случилось.

После того как он показал опасной парочке то место, где нашел злополучную «Хонду», громилы переглянулись между собой, и бритоголовый сказал, что он может идти.

Костик перевел дыхание, отошел подальше, достал свой телефон и набрал номер Севыча.

– Привет! – проговорил он жизнерадостным голосом. – Это Константин!

– Здорово, Костик! – ответил Севыч. – Что звонишь? Никак хочешь мне должок вернуть?

– А я тебе его уже и вернул. Я затем тебе и звоню.

– Вернул? Как это вернул?

– А вот так. Ты же сам мне сказал, что спишешь долг, если я для тех двоих бандюганов кое-что сделаю.

– Ну мало ли что я тебе говорил…

– Мало не мало, а только они эти слова подтвердили. И еще они мне сказали, что если ты упираться будешь – они сами с тобой поговорят. Я им, между прочим, очень помог, так что мы с ними теперь, можно сказать, по корешам.

Это было, несомненно, преувеличение, но в данной ситуации вполне простительное.