Расплата за любовь - Евгений Костюченко

— С тобой? Никогда! — отрезала Танька.

Алина, как оказалось, жила у Таврического сада. В обычной ситуации Ян долетел бы минут за двадцать. Но сейчас, когда Алина задремала у него на плече, он катился по городу со скоростью инвалидной коляски, и его обгоняли даже троллейбусы.

Она проснулась, как только он остановился у ее дома. «Чашечку кофе?» — мысленно подсказал ей Ян.

— Как насчет чашечки кофе? — спросила она.

— Вы читаете мои мысли, — сказал он.

— Но предупреждаю, кофе — растворимый.

— Мой любимый сорт. Куда поставить машину?

— Во дворе парковка. Там на асфальте написано: «квартира 4».

За железной кодовой дверью оказалась просторная светлая парадная со сводчатым потолком, консьержкой в аквариуме и витражом на широкой лестнице. Дом, как видно, был заселен после ремонта совсем недавно, потому что сильно пахло свежей побелкой, краской, замазкой — в общем, стоял тот же самый строительный запах, который уже надоел Стрельнику в бассейне.

На мраморных лестницах блестели латунные колечки. Ян знал, что это крепления для ковровых дорожек, которыми в прежние времена устилали парадные лестницы. Он подивился тому, что крепления уцелели за годы разрухи. Но потом пригляделся и понял, что их ввинтили в ступени совсем недавно. Значит, новые жильцы рассчитывают со временем ходить по коврам.

Снаружи этот дом ничем особенным не выделялся, разве что стены его были почище, да стекла сияли зеркальным блеском. Обычный доходный дом времен Ф.М. Достоевского. Ян невольно усмехнулся, сравнив это здание с «Вольво» Корша — там тоже под непритязательной внешностью таилась изысканная начинка.

Алина провела его в просторную кухню и показала:

— Вот кофе, вот чайник, вот посуда. Тебе с сахаром? Вот сахар. Приступай, а мне надо почту посмотреть.

Он обрадовался переходу на «ты» и спросил первое, что пришло в голову:

— Послушай, это твоя квартира?

— Служебная. Точнее, гостевая. А что?

— Дорогая, наверно?

— Какая разница? Ты больше ничего не хочешь у меня спросить?

— Хочу.

— Тогда приготовь кофе, — она улыбнулась.

Он остался на кухне один. В ванной зашумела вода, в комнате заговорил автоответчик.

«Сбросить платье и туфли, — продолжал подсказывать телепат и экстрасенс Ян Стрельник. — Накинуть на плечи легкий пеньюар. Включить музыку…»

Из комнаты тотчас же послышалась музыка — но это был не магнитофон с дежурной кассетой «Sax & Sex», а всего лишь телевизор, он забубнил про защиту от кариеса, что никак не могло создать подходящую интимную атмосферу.

Стрельник знал: женщины ведут себя раскованнее, находясь в собственном гнезде, поэтому и не сопротивлялся, когда они заманивали его к себе. Он понимал, что им очень важно искупаться в собственной ванне, и лечь в собственную постель, и превратить мужчину в свою собственность — пусть и на время — и после всего остаться дома. А мужчина пусть отправляется в свою берлогу, и не мешает спать, и не видит ее утром, когда она и сама не рада себя видеть…

Помешивая кофе, Ян бесшумно вышел из кухни и оглядел прихожую. На вешалках висели только женские вещи, и женский зонтик стоял в углу, и домашние тапочки были только маленьких размеров. Здесь не ступала нога мужчины. Значит, можно было не опасаться внезапного прихода мужа — даже если он был.

Так зачем же терять время? Он заглянул в комнату. Алина сидела перед компьютером и читала свою электронную почту. Свободной рукой она, не глядя, палила по телевизору из дистанционного пультика, переключая каналы, но на всех каналах шла реклама. Увы. Никакого пеньюара. Она даже не скинула туфли, а когда заговорила по телефону, Ян понял, что сегодня у него ничего не получится. Деловая женщина просто перешла из одного офиса в другой, по дороге посетив массажистку и выспавшись на плече бесплатного таксиста.

— … Я успокоюсь, только когда увижу, что все работники кафе надели нашу униформу, — говорила она. — Постарайся понять. Да, по принципу маркиза Карабаса, ну и что? Им что, трудно? Такая симпатичная униформочка. Извини, меня ждут.

Она повернулась к нему, и Ян улыбнулся, но ее ответная улыбка была скорее прощальной.

— Все нашел? Извини, куча дел. Алло, Валерия Валентиновна? Алина. У меня все движется. Да, конечно, Корш согласен. Нет, с ним у меня намечен контакт на послезавтра. Да, новый устав уже согласован, осталось две подписи…

«Хозяйка за работой, а ты тут под ногами путаешься», — с болезненной ясностью прозвучал где-то в мозжечке укоризненный голос Петровича. Да, она — хозяйка, а ты кто? Никто. Ян понял, что оказался на самом дне социальной пропасти, так и не сумев ее перепрыгнуть.

— Я пошел, — сказал он. — Спасибо за кофе.

— Подожди минутку.

За эту минутку он успел выпить свой кофейный напиток «Вялость», а она четыре раза попыталась найти кого-то по телефону. Ян не сразу понял, что Алина ищет Корша.

— Ты торопишься? — спросила она, набирая очередной номер. — Алло? Можно Илью Исаевича? А когда он будет? А как его найти?

Тут у Алины зазвонил мобильник, и она взяла его, положив другую трубку на стол.

— Да. Где я? Дома, конечно. Когда? Прямо сейчас?

Она повернулась к Яну:

— Мои планы опять меняются. Очень важная встреча. Надо ехать в баню. Хочешь со мной?

— В качестве персонального банщика?

— Ну, почему. Скажу, что ты — мой водитель. Разве не так? — она сообщила в мобильник: — Я буду с водителем.

Похоже, собеседник ее возражал.

Ян поднял руки:

— Всё понятно. Тебя отвезут туда и обратно.

— Да, — сказала она виновато. — Они ждут меня внизу. Как-то нескладно все получается.

— Наоборот, очень даже складно.

Они спустились во двор, где стояла «Тойота» с ярко горящими фарами.

— Не забудь, завтра у тебя занятия с девочками, — напомнила Алина.

Он молча кивнул.

«Тойота» фыркнула и плавно выкатилась со двора. Ян остался один.

— Очень мило, — сказал он. — Хозяйка поехала в баню. А ты занимайся с девочками. Все правильно. Каждому свое.

Он пошел домой. Пешком, потому что в карманах не было ни копейки.

Дома он долго стоял у окна, глядя на сад, окутанный синими сумерками. Внизу играла музыка в ночном кафе под шатром. Можно было бы посидеть там за кружкой пива и вернуться к себе с какой-нибудь любительницей ночных прогулок. Он поступал так каждый раз, когда накатывало одиночество. А таким одиноким, как сегодня, Ян Стрельник еще никогда не был.

Но он никуда не ушел. Почему-то вспомнилась странная беседа с этим следователем, Магницким. «Кто у них пропал?» — глупый вопрос. И тут Ян хлопнул себя по лбу: ей ведь так и не удалось нигде отыскать Корша! Может, он-то и пропал?!.