Любовь-морковь и третий лишний - Дарья Донцова

– Усе, – подвела итог бабаЛена, – севодни тихо тута, никово и нетуть. Репетиции не будет, толькоспектакль, в восемнадцать, напоминаю вам.

– Спасибо, – прошипела я, изображаяЩепкину.

– Нема за що, – незлобиво ответилабаба Лена и отсоединилась.

Я схватила куртку, ключи от машины и выбежалаво двор. Оказывается, Жанна живет совсем недалеко от нас.

* * *

Дома Кулаковой не оказалось, я тщетно жала назвонок, никто не спешил крикнуть из квартиры: «Кто там?» Простояв бесцельно поддверью около четверти часа, я попыталась соединиться с Жанной по телефону иуслышала равнодушно-вежливое: «Абонент временно недоступен».

Жанна дала номер мобильного телефона. Решив несдаваться, я толкнулась к соседям, хотела поинтересоваться у них, не видели лиони Жанну, но в квартирах справа и слева никого не было, да и понятно почему,нормальные москвичи в десять утра уже тоскуют на службе. Есть, конечно,отдельные счастливые категории граждан, спокойно спящих сейчас под теплыми одеяльцами,но соседи Кулаковой оказались из разряда несчастных работяг.

В подъезде пятиэтажки не было консьержки,плохая погода прогнала с лавочки у дверей местных сплетниц, и никто из молодыхматерей не гулял с коляской. Посплетничать о Жанне было решительно не с кем!

Признав свое сокрушительное поражение, явернулась домой, выпила три чашки кофе и решила собрать информацию в театре.Баба Лена сообщила, что репетиции сегодня нет, а спектакль начнется в шестьвечера. Значит, явлюсь в «Лео» около четырех, благо, повод имеется, Батуринвчера предложил мне место гримера, и осторожно порасспрашиваю народ. Кстати!

Вдруг Жанна заявится на работу, и проблемарешится сама собой!

С пола донесся мерный стук, несчастная Ирискапродолжала чесаться. Я взяла собачку, завернула ее в шерстяной платок исказала:

– Ладно, есть время свозить тебя кветеринару, пусть пропишет лекарство.

Сунув постоянно вздрагивающую Ириску запазуху, я вышла на улицу, посмотрела на бешено несущийся снег, сугробы, наеле-еле двигающиеся машины и решила ехать на метро.

* * *

В ветеринарной клинике не было очереди, и ясразу попала на прием. Толстый добродушный ветеринар, чей халат был украшенбеджиком «Самойлов Олег», спросил:

– На что жалуетесь?

– Блохи нас съели, – ответилая, – странно, откуда они в мороз.

– Ничего непонятного, – отреагировалОлег, – блохи зимуют спокойно у вас в квартире, в ковре кайфуют, надиване, надо дезинфекцию сделать. Сажайте крошку на стол. Так-так.., дас-с..,это не блохи!

– А кто?

– Похоже на чесотку, – протянулдоктор, – надо сделать соскоб и анализ крови. У нас компьютер, результатвыдаст сразу.

– Классно, – обрадовалась я, –начинайте.

Спустя четверть часа Самойлов снова позвал насв кабинет.

– Чесотка, стопроцентно.

– Это лечится?

– Жить будет, а летать нет.

– Вы о чем?

Олег улыбнулся:

– Извините, дурацкая шутка. Естественно,лечится.

– Вот здорово, – обрадоваласья, – а то у нас дома другие собаки есть, я боялась, что они блох подцепят.

Самойлов почесал затылок.

– Чесотка очень заразна.

– Да?

– Кто у вас еще живет?

– Четыре мопса, стаф и двортерьер.

– Всех следует обработать препаратом«Брике» [3],купите в аптеке. Людям надо…

– А мы тут при чем?

Олег снова почесался, на этот раз в районегруди.

– Чесотка крайне легко переходит начеловека.

– Ой!

– Достаточно разок погладить больноеживотное.

– Мама!

Доктор поскребся под подбородком, у меня вдругзазудело за ушами.

– Вот видите, – резюмировалОлег, – кажется, уже подцепили!

Ириска затрясла левой задней лапой, потомправой, затем свалилась на бок и принялась орудовать всеми четырьмяконечностями.

– Давно у вас собака? – осведомилсяСамойлов, яростно роясь пальцами в волосах.

– Вчера появилась, – ответила я,ощущая немыслимый зуд в спине.

– Попадаются недобросовестныезаводчики, – поежился ветеринар, – готовы больное животное всучить,лишь бы денег срубить. Вот вам рецепты, я тут все написал: пледы, подушки,ковры обработать.

Кстати, в отношении игрушек, у ваших животныхони есть?

– Да штук тридцать по всей квартирерасшвыряны.

– Понимаете, – загудел Олег, непереставая раздирать ногтями кожу на шее, – вещи следует обрабатывать так:сложить каждый предмет в мешок для мусора, напшикать из баллончика лекарство,быстро завязать горловину и выставить на мороз, через полчаса паразиты –возбудители чесотки погибнут. С игрушками сложнее.

– Их тоже свалить в пакет?

– Нет, нельзя, – покачал головойврач, – в игрушках много всяких выпуклостей и швов, где прячутся клещи.Вообще говоря, следует поступить иначе. Вы, простите, про презервативы слышали?

– Да, – слегка покраснела я, –естественно.

– Приобретите в аптекесуперпрочные, – спокойно пояснил ветеринар, – всуньте игрушки внутрь,обработайте спреем – и на балкон. Резина очень плотно облегает всякие таммячики, косточки и фигурки. Понятно?

– Ага, – кивнула я, взяладергающуюся Ириску и порысила к метро.

Пока мы с собачкой добрались до аптеки, япочти потеряла сознание от зуда, чесалось все, безостановочно.

Как назло, у прилавка змеилась очередь, япристроилась в хвост, прижалась спиной к витрине и стала осторожно елозить постеклу. Товар отпускала медлительная девица, двигавшаяся от шкафчика к шкафчикусо скоростью беременного ленивца. Я пыталась прекратить почесываться, но этооказалось выше моих сил.

– Мамочка, – звонким голоскомсказала девочка, стоявшая около меня, – смотри, какая собачка.