Вы считаете это игрой? - Борис Бабкин

— Сука, — осторожно поднимаясь, пробормотал небритый, — как током треснуло. Вот гад! — Он отряхнул брюки. — Значит, столичные прикатили. Вы, мужички, можете и не уехать.

— Погоди, — удивился Федот, — а кто такие-то?

— Да хрен их разберет, — ответил седобородый мужчина на «Урале». — Я с пасеки ехал, на заправке слышал, как четверо на джипе с московскими номерами про вас спрашивают. Точнее, вначале про Женьку, внучку вашу, вопрос задали — где она есть? А потом в бумажку глянул один такой здоровый азиат и про вас поинтересовался. Мол, Ипатовы Федот Савельевич и Мария Ивановна. Я тут же покатил, чтоб вас предупредить. Уж больно морды у них бандитские.

— Спасибо, Федор, — кивнул Ипатов. — Какого хрена надобно этим молодцам?

— Я так понял, что им Евгения надобна. Ежели что, ты сигнал дай, Федот, позвони али свет уличный включи. Мне от дома видно фонарь ваш. Я с мужиками подойду.

— Спасибо.

— Я ж помню, как ты мою пасеку спас. — Федор завел мотоцикл.

— Вот, значит, как, — пробормотал Ипатов. — Женька кому-то понадобилась. Нате-ка, — он хлопнул ладонью по согнутому локтю, — выкусите! Я вам все скажу!

— Может, ее мужик ищет? — предположила Мария Ивановна. — Все ж ребенок его…

— Зачем тогда с бандой приехал? Нет, Марийка, что-то тут не так. В общем, вот что — грубить, понятное дело, не надо, но о Женьке ни словечка. Спросят коли, отвечай: да, мол, была, как забеременела, а более не виделись. Мы ее срамить начали — как же так, без мужа законного рожать собираешься, ну, она уехала, и с тех пор мы о ней ничего не знаем. Поняла, как говорить?

— Так и будем, — согласилась жена. — Но если ее мужик…

— Печенкой чую, не по доброму делу приехали эти. И у Федора глаз на бандюков наметан.

— Резать будут по-живому, ни словечка про Женю не скажу.

— Так и дал я им тебя резать. Пойду-ка свою двустволку заряжу и патронташ рядом положу. Картечь и волка бьет. Жакан-то посерьезнее будет, но глаз не тот стал, промахнусь. А дробь — дело верное.

— Вон тот дом, — сказал мужчина с удочками, — с красной крышей, кирпичный.

— Ништяк. Покатили. — Басмач кивнул водителю.

— Кажется, эти москвичи заявились. — Федор увидел проезжавший джип. — Сашка, скажи отцу, пусть с Антоном выйдет.

— Значит, говоришь, джип с московскими номерами? — Плотный капитан милиции завел уазик.

— Ну да, — кивнул небритый, — меня слегка товарнули, спрашивали про Ипатовых, я их на хрен послал. Ну, они втроем меня и отоварили. Я, конечно, им тоже навешал.

Уазик тронулся.

— Я вам, суки московские, устрою веселую жизнь, — усмехнулся небритый.

— Кажись, заявились, — пробормотал Ипатов, увидев остановившийся у калитки джип. Взял двустволку и взвел курки.

— Хозяева! — К калитке подошел Басмач. — Выйдите! Разговор есть! Хозяева!

— Чево надо? — испуганно спросила Мария Ивановна.

Федот Савельевич был в соседней комнате.

— Разговор есть, бабуля, — проговорил Басмач, — нам вашу внучку надо. Мы ей привет привезли от…

— Нету ее тут, — перебила его женщина. — И давно не было. Не знаем мы, где она есть, и знать не желаем!

— Хорош песни петь, бабулька, — усмехнулся Басмач. — Я тебе пару тысчонок подкину, если скажешь, где Женька. Ведь один хрен, узнаем, так что давай лучше по-хорошему…

— Слышь, ты, — послышался голос Федота Савельевича, — вот что я тебе скажу: убирайся подобру-поздорову, а то свинцом накормлю!

— Слышь, Басмач, — сказал лысый, — стволы двустволки торчат. Пальнет старый, и мало не покажется.

— Не пальнет, — усмехнулся Басмач. — Здесь люди закон соблюдают.

— Чего вам нужно? — строго спросил один из подошедших пятерых мужчин.

— Опачки! — усмехнулся Басмач. — А тут, оказывается, все не так просто. Может, этот дед за козырного у них? — Он снова усмехнулся.

Из дома вышел Ипатов с ружьем.

— Сваливаем, Басмач, — проговорил водитель, — а то, блин, положат тут и трупы в болото сунут.

— Менты катят, — сказал лысый, увидев уазик.

— Спокойно, — остановил его Басмач, — не дергайтесь, здесь не наша территория. С ментом я попробую добазариться. Мы от отца Женькиного ребенка.

Рядом с джипом остановился уазик. Из машины вышел капитан милиции и направился к Басмачу.

— Участковый, капитан Ухин, — представился он. — Ваши документы.

— Извините, товарищ капитан, — улыбнулся Басмач, — почему вы требуете…

— Потому что вы из Москвы, — перебил участковый, — и я хочу знать, кто вы и зачем приехали. Оружие, наркотики есть? Я могу обыскать вас.

— Это почему? — засмеялся Басмач. — Мы что, в розыске?

— Почему и нет? — усмехнулся капитан.

— У них наверняка оружие имеется. — Ипатов подошел к калитке. — Ты поищи, Ухин, а мы подстрахуем. — Он взглянул на подошедших пятерых.

— Конечно, — кивнул лысый мужчина с топориком.

— Во попали! — засмеялся Басмач. — Прямо Дикий Запад. Ладно, обыскивай. Подходите по одному. — Он повернулся к машине. — А потом пусть машину обыщут. Мы приехали от парня, который вашей внучке ребенка сделал, — сказал он Ипатову. — И денег привезли. Не думали…

— А как зовут отца Денискиного? — перебил Ипатов.

Басмач, кашлянув, тряхнул головой.

— Нам он назвался Игорем, — ответил он.

— Так. — Ипатов направил на него ствол. — Говори, зачем явился, на кой тебе Женька нужна — или ухлопаю на хрен!

— И ты, капитан, дашь ему меня пристрелить? — насмешливо посмотрел на участкового Басмач.

— Да я напишу, что при попытке убийства он тебя пристрелил. Хотя нет, поедем в райотдел и там выясним, кто вы и зачем приехали. Сейчас вызову…

— Не смеши людей, капитан, — сказал Басмач, — мы и так поедем. Ты впереди, мы за тобой. И ты поймешь в райотделе, что сильно ошибся.

— Ну хорошо, — посмотрев на Ипатова, кивнул капитан, — поедем. Один ко мне в машину. Ты и сядешь. Документы у меня будут. Надеюсь, доверяете? — насмешливо спросил он.

— Конечно, — кивнул Басмач. — Поедете за ним, — сказал он остальным. — И не отставать. Поедем побыстрее, — он шагнул к уазику, — нам еще возвращаться вместе с вами, капитан.

«Наглый какой, — думал Ипатов. — А может, действительно от Денискиного отца приехали? Хотя морда у него бандитская».

— Ну что, Федот Савельевич? — подошел к нему Федор.

— Да вот размышляю. Может, действительно от отца Денискиного приехали? Хотя имя спросил, он ляпнул, что…