Программа защиты любовниц - Галина Владимировна Романова

— И его не искали?

— Кто? Ваши?

— Ну почему же наши? Его!

— Может, и искали, а толку? Его ведь похоронили как будто. Он нигде не показывался. Не поддерживал прошлых знакомств. Общался, и то очень редко, лишь с родителями. Его не было, понимаете! Кто станет его искать? Кто станет связывать какие-то происшествия с покойником?! И в покойниках ему удалось, как видите, прожить вполне сносно. Однако, видимо, все же кто-то нашел его!

— Каким образом? Поймите меня правильно, Владимир Сергеевич! Мне интересно же! Никто ни сном ни духом не слыхивал про человека, давно уже схоронил его. И тут вдруг находят. Мало того, убивают! Как?

— Я не знаю! — вспылил Черных. — Откуда мне знать, чем он занимался, пока я отсутствовал?! Может, мать его проболталась?!

Мать могла, но мало кто ее слова воспринимал всерьез. Даже бывшая соседка Голубева считала ее слова чистым бредом выжившей из ума старухи. С другой стороны, их она быстро направила по нужному адресу.

Получается что? Получается, что Ивана могли найти на щелчок пальцев. Если бы… Если бы хотели! В его поисках не было нужды. Он никому не был нужен ни живой, ни мертвый, вот что!

Кто тогда убил его?!

— Кого вы держали в той комнате, Владимир Сергеевич? — после паузы спросил Володин, нервно поигрывая карандашом, зажатым между пальцев.

— С чего вы взяли?! — красная шея Черных стремительно полезла из батистового воротника. — Это просто кладовая!

— Кладовая? Так там же было пусто!

— И что? Там просто ничего не хранили!

— Если там ничего не хранили, зачем он туда пошел?

— Об этом уместнее спросить бы у него, да… — Черных с ложной обескураженностью развел руками. — Я улетел отдохнуть, встряхнуться, отвлечься! Ивана оставил в доме, горничной тоже дал выходные.

— Как кстати! — ехидно ввернул Володин.

— Она часто отдыхает, — беспечно отмахнулся Черных. — У меня нет семьи, нет детей. В ее постоянном присутствии нет особой нужды.

— Понятно… — Володин прищурился на кончик карандаша. Потом со злостью швырнул его на стол. — Стало быть, подведем итоги… Вы вашу невесту так и не нашли, оставили заявление, улетели утешаться, а пока вас утешали, вашего водителя убили. Вы написали заявление?

— Какое??? — подпрыгнул Черных. — Какое заявление???

— Ну, как же, уважаемый? В ваш дом кто-то проник, возможно, грабитель. Возможно, ваш водитель его заметил, и это стоило ему жизни. Ничего не пропало, не проверяли?

— Каким образом? — Черных завозился на стуле, как на жаровне. — Вы же меня прямо с аэропорта и сюда!

— Ах, да! Простите, запамятовал. Но проверить вам все же стоит, вдруг ограбление?

— Проверю, — покивал Черных.

— Заодно и автопарк проверьте, все ли автомобили целы. У вас ведь шикарный автопарк, не так ли. Особенно хотелось бы отметить тот самый вишневый «Ситроен», на котором вы забирали свою невесту от дома ее бывшего жениха, и что характерно, в тот самый вечер, когда она пропала! Совпадение? Думаю, нет! Что скажете?

Володин торжествовал. Его последний козырь, который он держал в рукаве, покрыл все! Черных обмяк, побелел, руки затряслись, взгляд истошно заметался.<

> — Владимир Сергеевич, вы ведь отвезли Ольгу к себе, так? — Володин выбрался из-за стола и заходил по кабинету, проложив маршрут таким образом, чтобы все время находиться у Черных за спиной.

— Что?!

— Вы забрали Ольгу от дома ее бывшего жениха, потому что она позвонила вам. Так?

— Да, да, она позвонила. — Он судорожно глотнул, замотал головой, проговорил со всхлипом. — Она позвонила, плакала, попросила ее забрать. Я… Мои машины… Иван уехал на ТО, в гараже стоял лишь его «Ситроен», я взял его. И поехал за ней.

— И вы привезли ее к себе, — тихо проговорил Володин прямо ему в самое ухо.

— Да… — Черных уронил голову на грудь. — Да, я привез ее к себе, запер в кладовке.

— Почему?

— Она кричала, нервничала, она так кричала…

— Она отказалась выходить за вас замуж? Она сказала вам, что все еще любит Мельникова?

— Что?!

Черных дернулся, отпрянул, едва не соскочив со стула. Лицо его дернулось брезгливой судорогой. Губы его беззвучно шевельнулись. Потом он вдруг вскочил, сжал кулаки и заорал на Володина не своим голосом.

— Хватит! Я не стану с вами больше говорить! Без адвоката… Все, хватит…

С Мельниковым Володин встретился уже ближе к ночи, он не просто устал, он был измучен, выпотрошен, у него не было сил даже закурить сигарету. Взгляд его был устремлен на друга, который только что подкатил на своей машине к заброшенной стоянке дальнобойщиков. Они всегда тут встречались, когда надо было тайно, когда надо было покричать, побуйствовать, если что, или что-то спрятать, тут место было для всего.

Он смотрел на Мельникова, как тот глушит машину, как выбирается из нее, потягивается сильным гибким телом, потом шумно выдыхает и медленно идет к нему, поддергивая ремень на джинсах. Он знал, что его взгляд не понравится другу.

Володин оказался прав, Мельников, увидев его, сразу насторожился, остановился метрах в трех, подбоченился.

— Ну! Что еще?!

— Здарова, брат!

Володин выкинул растопыренную левую пятерню, ухватился за руку Мельникова и, напружинившись, выбрался из своей машины и вдруг полез к другу обниматься.

— Ты чего, Санек?! — Мельников опешил, а потом перепугался. — Что?! Что-то с Олей???

— Я не знаю, — честно признался тот. — Но точно знаю, что эта падла держала ее в своем доме взаперти, все то время, что он тут ножками *censored*л и невесту разыскивал, он ее держал взаперти! Пытался образумить. Кстати, заявление о ее пропаже он забрал.

— Что-оо??? Что-оо??? — заорал не своим голосом Мельников и попятился, сбрасывая с себя Володина. — Что ты сказал??? Эта… Убью!!! Где эта мразь??? Убью!!!

Он не мог ничего поделать, оставалось стоять и смотреть, как Валера беснуется. Как молотит воздух кулаками, подпрыгивая, как орет и матерится. Остановить он его решился, когда тот начал пинать переднее левое колесо его автомобиля. Там и так латка, хорош!

— Ну! Все? — Володин крепко держал Мельникова за плечи. — Остыл? Давай, поговорим.

— Давай. — Тот тяжело дышал, поводя по сторонам налитыми кровью глазами. — Где Олька? Говори!

— Я не знаю, наверное, удрала.

— Удрала?! Каким образом?

— Убила охранника и удрала, — чуть не плача проговорил Володин.

Он выговорил, наконец, то, что переворачивало ему душу.

Когда он догадался, ему сделалось невозможно дышать, чтобы это представить, он даже думать об этом не желал, а пришлось вот высказать вслух.