Лама-детектив знает твой мотив - Эрин Маккарти

– Но он не поклонник Фрэнка Ходжкинса, да?

– Просто соперники по бизнесу. Не думаю, что они заклятые враги, – уклончиво сказала Карли, бросая взгляд в сторону камина, где она оставила какие-то вещи. – Мне правда не стоило ничего говорить. Я мало что знаю об этом и не хочу лезть не в свое дело.

– Интересно, были ли знакомы ваш отец и мой дед, – задумчиво сказала я, скорее обращаясь к себе, чем к ней.

Она пожала плечами, и ее хвост махнул из стороны в сторону.

– Я никогда не слышала, чтобы папа упоминал кого-то, кроме Фрэнка. Ладно, очень рада познакомиться. Может быть, увидимся завтра вечером. На викторине! – Она потрясла кулаком в воздухе.

Ага, вот наконец характерный жест чирлидерши, который я так ждала.

Она засобиралась уходить, но тут увидела на принтере еще какие-то бумаги.

– О, не забудьте… – Ее бойкость мгновенно исчезла, и я могла поклясться, что увидела сердитый огонек в ее глазах, скользнувших по статье.

Затем она словно переключилась и, снова улыбаясь, протянула мне бумаги:

– Не забудьте.

Я взяла распечатки и некоторое время смотрела на нее, удивленная быстрыми переменами в настроении. За долю секунды оживление сменилось злостью.

– Хорошего вечера, – улыбнулась Карли, хотя на этот раз мне показалось, что она неискренна. Она заторопилась к камину, собрала свои вещи и вышла из комнаты, помахав мне на прощание.

Какое-то время я сидела и пыталась осознать, что случилось. Я посмотрела на статью, за которую она зацепилась взглядом. «Пропавшую девушку считают беглянкой». Почему Карли так резко поменялась? Откуда она вообще знала о Мэнди? Девушка пропала задолго до ее рождения. Я нахмурилась и положила статью к остальным распечаткам.

Вернувшись к компьютеру, я снова сосредоточилась на поисках информации о дедушке. Нашла и распечатала насколько статей о несчастном случае. Чтобы прочитать их, мне понадобится бокал вина, а может быть, и разговор с Оливером.

Я переключилась на Фрэнка Ходжкинса.

Мне подвернулись несколько малоинтересных статей о «Хороших временах», а потом я наткнулась на кое-что любопытное в журнале недвижимости. Эта статья была датирована октябрем тысяча девятьсот восемьдесят пятого года.

Я прочитала статью, потом еще раз.

Маргарет Лафлер совершила сделку. Моя бабушка обменяла долю в турфирме и принадлежащую ей и дедушке ферму на дом и паб в городе. Которые принадлежали не кому иному, как Фрэнклину Ходжкинсу.

Я откинулась на сиденье, изучая монитор. Любопытно. Нажала «печать».

Собрала распечатки и направилась к главному выходу из библиотеки. Бекки сканировала возвраты в библиотеку и складывала книги в тележку, чтобы потом расставить на полках.

– Нашли, что искали? – поинтересовалась она.

– Неплохое начало, – я подняла распечатки.

Она тепло улыбнулась.

– Надеюсь, это поможет.

Я улыбнулась в ответ. Бекки искренняя и открытая, я это ценю. Но что-то в эпизоде с Карли Колдуэлл продолжало меня беспокоить.

Я пожелала Бекки хорошего вечера и отправилась домой разгадывать дело «Кто обвинил мою бабушку в убийстве», как я это назвала.

Тем не менее, судя по всему, против Санни не было выдвинуто никаких обвинений, то есть улик, подтверждавших, что она убила мужа, не было. Или даже что это вообще было убийство.

Отчего мне захотелось переименовать дело в «Кто завидовал Санни».

Гиды? Конкурирующая турфирма? Фрэнк Ходжкинс?

Или женщина, влюбленная в Нила.

Деньги, секс, месть. Три главных мотива.

Вопрос в том, какой из них мог стать причиной убийства?

Что касается Мэнди, к сожалению, скорее всего это было убийство на сексуальной почве – любовник, или бывший любовник, или даже случайный напавший.

Дедушка?

Любой мотив из большой тройки.

Просто надо понять какой и танцевать оттуда.