Хроника смертельной весны - Юлия Терехова

— Из-за Франсуа, — прошептала Анна. — Иной причины я не вижу.

— Это ваш жених? — спросил Виктор. — Но…

— Послушайте, — нахмурилась Жики. — Откуда вы все это знаете?

— Мне об этом сообщили.

— Кто?..

— Тот человек, который меня сюда направил.

— Эвелина? Но она никогда здесь не была.

— Нет. Она дала мне адрес в Берси.

— О господи…

— Но я туда не попал. Меня остановили…

Примерно за час до этого, Париж, Берси

…Виктор не очень представлял себе, какого черта он идет по тому адресу. Даже если там и есть кто-то из так называемых «рыцарей», то с ним все равно никто разговаривать не станет. Визит в местное отделение криминальной полиции не дал никаких результатов: дежурный, лениво приоткрыл веки: «Je comprends pas»^[463] и продолжил дремать. Майор зашел на набережную Орфевр, благо, его снабдили письмом к начальнику отдела убийств, но того не оказалось на месте — monsieur commissaire^[464] уехал заседать куда-то на Лазурный берег. «Везде одно и то же», — Виктор плюнул и ушел, решив отправиться по адресу, который выдала ему Эвелина. В конце концов, это последняя надежда. Вот улица Шароле, вот и тот дом, который ему нужен. Он обратил внимание на японский фургон в нескольких шагах от подъезда — окно водителя было разнесено вдребезги. «Однако, — ухмыльнулся про себя Виктор, — автомобильное ворье здесь чувствует себя весьма вольготно». Он сделал еще несколько шагов, и тут задняя дверь одной из припаркованных машин открылась, и оттуда раздался негромкий хрипловатый голос: «Позвольте подвезти вас, господин полицай». Сказанная по-русски фраза прозвучала так странно и неожиданно, что майор невольно остановился. Он был готов заглянуть вглубь автомобиля, но рука его инстинктивно полезла под куртку — ах ты, черт! Он же здесь не при исполнении и табельное оружие ему не полагается! Но все же он пригнулся и заглянул в салон.

В глубине сгорбился человек с надвинутым глубоко на лицо капюшоном — майор словно получил хук в солнечное сплетение — он сразу узнал своего кровного врага. Рыков поднял голову — Виктору явилась правая сторона его лица, обезображенная шрамом. — Привет, полицай, — услышал он. — Садись, подвезу.

— Не думаю, что нам по дороге, красавец.

Как, однако, некстати эта встреча. Хотя, с другой стороны — может ли она быть простым совпадением? Это вряд ли.

— Какого хрена ты здесь делаешь?

— Вот и поговорим заодно. Садись. Нечего здесь отсвечивать — это небезопасно.

Повинуясь шальному внутреннему импульсу, Виктор опустился рядом с убийцей, и, не успел он захлопнуть дверь, как раздался щелчок блокиратора, и машина сорвалась с места.

— Эй! — крикнул он. — Какого дьявола?

Но водитель — майор еле успел его разглядеть — светловолосый короткостриженый парень, почти мальчик, даже ухом не повел. — Эй, — снова крикнул Виктор и схватил того а плечо. Тот высвободился резким движением и ругнулся по-немецки: — Sakra! Lass mich los!^[465]

— Ты его лучше не трогай, — посоветовал Виктору Рыков. — А то врежется еще куда-нибудь. Нервный, психический. Так какого черта ты опять сюда приперся, майор? Я что тебе говорил? Не попадайся на моем пути. А ты снова здесь. Жить надоело?

— Я тебе уже говорил, что не собираюсь перед тобой, урод, отчитываться, — сведенными от злости губами, процедил майор. — Высади меня.

— Позже. Сначала ответь на мой вопрос.

— Я ищу убийцу Александра Гаврилова и его жены Ясмин, а также Марии Грушиной.

— Припоминаю. Это та, которая вышла замуж за вора, закупившего устаревшее оборудование для химического завода?

— Какая память… — процедил Виктор.

— Но разве ты еще не понял, майор?

— Я все понял. Но у меня не хватает доказательств.

— И что ж ты понял?

— Отчитаться перед тобой? — прорычал Глинский.

— Угу, — кивнул Рыков. — Любопытно было бы послушать. Вдруг чем помогу.

— Мария Топильская решила отомстить Вадиму Грушину за родителей и за сестру. Она стала искать способы его убить. Но ее остановили.

— Кто — знаешь?

— Думаю, это был Саша Гаврилов, и произошло это чуть позже неудавшейся казни в Серебряном бору.

— Это какая казнь? — лениво, чуть насмешливо поинтересовался Рыков.

— Да вот, хотели одного подонка наказать, — и Рыков вновь наклонил голову:

— Ах да, припоминаю.

— Чтобы наказать вора и взяточника Грушина, Саша Гаврилов запросил санкцию у некой организации под названием Паллада.

Услышав эти слова, Рыков выпрямился, поднял голову и медленно стянул капюшон, словно, чтоб лучше разглядеть майора. Водитель же, услыхав последнее слово, тоже вывернул шею. Рыков что-то приказал ему по-английски и тот снова стал смотреть на дорогу.

— Как ты сказал?..

— Послушай, куда мы едем? — несмотря на то, что это был его третий визит в Париж, Виктор города не знал совсем и поэтому, не различал, куда они едут. За окном мелькали улицы, площади, дома, церкви — но он не мог даже разобрать названия на изящных синих табличках. Наконец ему удалось выхватить направление на дорожном указателе «La Défense». Дефанс? Что это и где? И зачем они туда едут?

— Глинский, ты меня вообще слышишь? Что ты сейчас сказал?

— Паллада, — повторил майор и в голубых глазах его врага зажегся несомненный интерес.

— Что ты знаешь о Палладе? — спросил Рыков.

— А ты?

— Давай закончим с Грушиным, — усмехнулся Рыков. — Потом поговорим про других. Итак, Сашка запросил санкцию.

— И этим подписал себе смертный приговор. А это значит, кому-то была невыгодна смерть Грушина. Вора хотели защитить. И отдали приказ Горскому.

— Это еще кто?

— Серийный убийца, твой коллега.

— Душка, должно быть, — хмыкнул Рыков.

— Не сомневайся. За пару месяцев до убийства Гавриловых, он замуровал в кладбищенском склепе родную мать.

— Значит, тот серийный убийца состоял на службе в Палладе?

— Именно.

— Старая ворона будет удивлена, — пробормотал Рыков. Он вытер влажный лоб рукавом куртки.

— Старая ворона? Это ты о ком?

— О мадам Перейра. Если не ошибаюсь, ты с ней знаком.

— Имел удовольствие. Так при чем тут она?