Черная башня - Наталья Павлищева

— Козимо, почему мой брат был так зол, прочитав твое послание? Что ты написал?

— Что все его расписки, выданные тайно, у меня. И что если он не прекратит позорить имя Медичи, я предъявлю их вашему отцу к оплате.

— Откуда у тебя его расписки?

— Выкупил у менялы. Не лезь ты в это дело, просто знай, что на всякий язык есть свой нож.

Ринальдо Альбицци уехал из Пизы в тот же день.

Когда через неделю в Пизу прибыл Джованни де Медичи, Козимо серьезно забеспокоился. Неужели Альбицци придумал свою месть и отец приехал поэтому?

Но все оказалось проще, Джованни де Медичи назначили губернатором от Флоренции в вассальный город Пистойю. Он решил сначала проведать сына. Лоренцо, который увязался с отцом, рассказывал Козимо, что Ринальдо вернулся тихим, словно ягненок, и ни слова против Медичи за это время не сказал.

Джованни, уже слышавший о постоянных стычках между сыном и Ринальдо Альбицци, что-то заподозрил и потребовал рассказать все начистоту. Пришлось выложить расписки Ринальдо.

Это была немалая сумма, но Козимо жил в Пизе экономно и вполне мог позволить себе такие траты. И все же…

Изучив расписки и услышав подробный рассказ сына о том, как они получены и зачем были вообще нужны, Джованни несколько мгновений молчал, словно собираясь с мыслями. Козимо ожидал услышать настоящий разнос, а услышал:

— Ты понял главное, чему я тебя учил, — воевать нужно умом и золотом, а не оружием. А еще хитростью. Ты превзошел меня, Козимо. Как твой учитель в этих делах я должен быть счастлив, ибо нет большей радости для учителя, чем превзошедший его ученик. Запомни еще одно. Чем ты сильней, тем сильней будут твои враги и соперники. Давить их нужно безжалостно, но главное при этом — не потерять самого себя. Если когда-нибудь перед тобой встанет выбор — потерять душу или деньги, смело жертвуй деньгами. Золото можно заработать, испачканную душу не отмоешь.

Рослый мужчина в красной кардинальской мантии подошел к нему на улице. Все в этом человеке подчиняло собеседника с первых минут — темные, широко расставленные глаза с цепким взглядом, манера держаться властно, голос…

— Мне нужна встреча с вашим отцом, юноша. Вы ведь сын Джованни де Медичи?

— Да, — удивленно ответил Козимо.

Он знал, кто такой этот кардинал де Косса, кто же не знает фактического правителя курии? При папе Урбане Бальтазар Косса был его правой рукой, у следующих двух — помощником, а уж при нынешнем Александре непонятно, кто из них папа, а кто всего лишь кардинал. Говорили, что Косса не просто руководит всеми действиями папы Александра или придумывает за того новые буллы или налоги, но и содержит щедрого к своим племянникам и незаконнорожденным детям понтифика. Козимо помнил, что сам кардинал Косса держит деньги в банке Медичи. Возможно, потому ему нужна встреча с Джованни?

— Отец уехал по делам, но завтра вернется. Я скажу, что вы искали с ним встречи.

— Это то, что нужно! — Косса хлопнул Козимо по спине в знак согласия, да так, что тот едва удержался на ногах. Да уж, силы и задора ближайшему помощнику папы не занимать. — Только чтобы знали вы, он и я. Ясно? Медичи умеют держать язык за зубами, не так ли?

Сегодня Джованни де Медичи не вышел к посетителям, предоставив право принимать их двум толковым помощникам. У него новый, весьма необычный клиент — кардинал Косса. Вернее, клиентом Бальтазар Косса стал несколько лет назад, сразу как надел кардинальскую шапку, клиентом римского отделения и оставался, но тут вдруг пожелал побеседовать с Медичи вне конторы. Внимательные люди из числа соперников Медичи это заметили, но, как показало время, оценить по достоинству новость не сумели. А стоило бы…

Вообще-то, ничего удивительного в том, что клиент банка хочет поговорить с владельцем. Странность только в том, что к беседе не привлекли двух других партнеров, в том числе Бенедетто Барди. Это означало, что дело касается не вкладов или кредита кардинала, а каких-то личных дел — его и Медичи.

Джованни ди Биччи велел позвать старшего из сыновей, пусть послушает. Догадывался ли старший Медичи, о чем пойдет речь? Вероятно, да.

Козимо двадцать один год, он разумен, проницателен и скор в принятии решений. А его увлечение рисунком и архитектурой — лишь увлечение. Пусть лучше рисует и пачкает руки углем, чем задирает подолы девкам и чужим женам с риском обрюхатить какую-нибудь или пострадать от руки ревнивого супруга.

Мысли Козимо де Медичи были далеко от кардинала Бальтазара Коссы и от папских дел тоже, под благословение подошел скорее по привычке. Кардинал посмотрел на Козимо внимательно, чему-то усмехнулся и кивнул сам себе. Это не укрылось от внимательного взора Медичи-старшего.

Конечно, речь пошла о деньгах, о чем же еще говорят в доме банкира его клиенты не из числа друзей? Но не о кредите или проценте по вкладу, нет — Косса честно признался Джованни ди Биччи, что… пришла его очередь стать папой римским.

Козимо с изумлением уставился на шумного, энергичного кардинала, с трудом удержавшись от нелепого вопроса:

— Кем?!

Если в мире и существовал человек, еще меньше подходивший для роли главы Церкви, то он был Медичи неизвестен. Козимо не столь наивен, чтобы верить в непогрешимость пап, сколько бы их ни было, как, впрочем, и кардиналов, но само намерение Бальтазара Коссы, бывшего пирата, растлителя и казнокрада, стать образцом для подражания верующим вызывало внутренний протест.

Вероятно, Бальтазар понял сомнения младшего Медичи, он усмехнулся, словно отвечая на не высказанное сомнение:

— Поверьте, юноша, остальные еще хуже, а я могу исправиться, к вящей радости Создателя, подав пример другим.

Это демагогическое обещание произвело впечатление на Козимо, он вопросительно взглянул на отца, но Джованни мало волновали благие намерения Коссы, он прикидывал в уме шансы на исполнение главной мечты — стать папским банкиром, то есть главным банкиром Италии. Эти шансы напрямую связаны с тем, станет ли Бальтазар Косса папой. Вернее, прикидывал Джованни, не рано ли Бальтазар затеял свое избрание.

И заботило Медичи только то, сколько денег потребуется кардиналу для подкупа своих сотоварищей. А также под какой процент давать явно немалую сумму.

— И для того, чтобы занять престол Святого Петра, мне нужны средства. Сами понимаете на что. Вы должны мне помочь добиться этого, а уж потом за мной дело не станет.

Косса произнес это почти весело. Его ничуть не смущала необходимость симонии — практически покупки папской тиары.

Козимо даже не успел осознать, что именно не так в этой фразе, а два взгляда — кардинала и банкира — уже схлестнулись. Нет, они не были противниками, но Бальтазар словно бросал вызов Медичи, а тот оценивал выгоду от вложения. В отличие от сына, Джованни де Медичи сразу понял, что Косса не просит кредит или в долг, он просто предлагает банкиру купить папский престол, обещая выгоду в будущем. Рискованно? Безусловно, можно потратить уйму денег и ничего не получить. Никаких гарантий, что подкупленные кардиналы проголосуют именно за Бальтазара Коссу. В этом мире вообще нет ничего надежного, но…