Упраздненный ритуал - Чингиз Абдуллаев

— Я не имел в виду никого конкретно, — торопливопроговорил генерал, — не нужно ловить меня на каждой неточности, — ондостал носовой платок и вытер лицо, — я обязан поставить вас визвестность, что наша служба просит вас не заниматься расследованием этогодела.

— Какого дела? — спросил Дронго. — Насколькоя понял, здесь три дела. Одно о происшествии в горах и два об убийствах в городе.Или вы успели объединить их в одно дело? В таком случае вы со мной согласны? Яслышал, что прокурор Керимов предоставил каждому из своих бывших одноклассниковличную охрану.

— Хватит, — ударил по столу заместительминистра, — я вас официально предупреждаю. Никаких расследований. Никакихабсолютно. У нас договоренность с российской стороной. Мы не имеем праваподставлять ее сотрудников.

— Значит, Габышев сотрудник российской разведки? —уточнил Дронго.

Генерал посмотрел на сидевшего в кабинете незнакомца.Очевидно, тот представлял разведывательное управление. Незнакомец усмехнулся.Ему было приятно видеть, как Дронго расправляется с его начальством. Однако онобратился к Дронго, чтобы спасти «честь мундира» и помочь генералу.

— Габышев всегда работал на Москву, — вкрадчивосообщил он, — мы об этом давно знаем. Но после того случая в горах, когдасотрудники прокуратуры допрашивали Габышева, к нам официально обратилосьроссийское посольство. Потом были сообщения и по нашей линии. Мы ведь союзники,и у нас принято обязательство не вести разведывательную работу друг противдруга. Поэтому мы пошли навстречу Москве. Или вы считаете, что было бы лучше,если бы мы арестовали Габышева и потом выдворили его из нашей республики? Мыпроверяли. Он действительно приезжает в родной город, чтобы встретиться сдрузьями и родственниками. Кстати, сегодня мы его вызвали, чтобы попросить невстречаться завтра в школе с бывшими одноклассниками.

— Вы все-таки боитесь?

— Нет. Но у нас есть некоторые опасения. Кстати, чтобывас успокоить, могу сообщить, что он хочет завтра прийти в эту школу. Мы,конечно, поставим своих людей и постараемся, чтобы ничего не случилось.

— В таком случае, почему вы так нервничаете из-за моегоприезда?

Говоривший посмотрел на генерала, и тот кивнул в знаксогласия. В кабинет принесли чай, сахар, конфеты.

— Габышев работал несколько лет в военнойразведке, — пояснил незнакомец, — он был нелегалом в Венгрии,Франции, США. У него и сейчас там есть некоторые интересы. Было бы нежелательноего подставлять. В общем, вы должны понимать наши мотивы.

— А если он убийца? — вдруг спросил Дронго. —Понимаете, какую ответственность вы на себя берете? Вы по существу покрываетеманьяка. Он ведь прошел специальную подготовку. Вполне вероятно, что он был«ликвидатором». Это вы не проверяли? Может, его отозвали и он теперь в резерве?Ведь это он поссорился с Рауфом. Вам не кажется, что его нужно хотя быпроверить на детекторе?

— Все, — сказал генерал, — мы больше ничегоне обсуждаем и вам не сообщаем. Завтра вы улетите, и мы пожелаем вамсчастливого пути. А с убийцей или с убийцами мы сами разберемся.

— У меня в школе завтра тоже день выпускников, —напомнил Дронго, — но мой самолет только через два дня. В ночь спонедельника на вторник. Вы же знаете, что рейсы «Люфтганзы» только три раза внеделю.

— А какую школу вы заканчивали? — спросил генерал.

— По случайному совпадению как раз ту самую, гдепроизошли все эти события. Я надеюсь, вы не собираетесь запретить мне завтраучаствовать в традиционной встрече выпускников школы?

Генерал снова посмотрел на своих офицеров и громковыругался. Потом вдруг рассмеялся.

— Меня ведь предупреждали, что с этим Дронго нужнодоговариваться. Давить на него не имеет смысла, все равно ничего не выйдет.Ладно, выпейте хотя бы чаю. И давайте договоримся, что о нашем разговоре никтоне узнает. Ни один человек.

— Это я могу обещать. Кстати, почему вы не проверилисамого Керимова и Аббасова?

— Керимов — начальник отдела прокуратуры, —пояснил генерал, — чтобы проверять такого человека мы должны получитьсанкцию либо прокурора города, либо прокурора республики. И тогда нам придетсямногое объяснять. Аббасова мы специально не трогали. Я думал, вы поймете,почему.

— Чтобы создать алиби Габышеву? — мгновенно понялДронго.

— Вот именно, — сказал генерал, — мы сделаливсе как нужно, а тут появляетесь вы и пытаетесь все испортить. Я не верю вманьяка, но если он существует, то завтра мы его возьмем. Обязательно возьмем.Больше никаких убийств не будет. Никакого дурацкого ритуала. Хотят встречатьсявыпускники — пусть встречаются. Но убийства мы отменим. Упраздним этот ритуал.Завтрашний день пройдет спокойно, это я вам обещаю.

— Надеюсь, — кивнул Дронго, пододвигая к себестакан с чаем. — А где сейчас находится Габышев? Дома его не было, у васего тоже нет.

Заместитель министра посмотрел на Ахмедова, разрешая емусообщить, где находится Габышев.

— В отеле, на берегу моря. На Шихово, — доложилмайор, — наши двое сотрудников следят за ним. Он сидел до двенадцати вресторане «Дикий Запад» с какой-то красивой женщиной, а потом они пошли вномер, который он снял. Сейчас они в номере. Наши ребята, конечно, неподслушивают, но догадаться, чем занимаются мужчина и женщина ночью вгостиничном номере, я думаю, можно без труда.

— Кто это женщина? — спросил Дронго.

— Красивая женщина, — ответил Ахмедов, — мнетак доложили. Габышев тоже красивый парень. Когда он у нас был, все девушки вобморок падали. Очень симпатичный. Я даже думаю, что с такой внешностью егоспециально взяли на работу в разведку. Легче входить в контакты, соблазнятьженщин.

— Интересно, — сказал Дронго. — У меняпоследний вопрос. Вы запугали Аббасова и сообщили в Москву, чтобы егоприпугнули и там? Верно?

— Мы на такие вопросы не отвечаем, — быстросориентировался Ахмедов, взглянув на генерала. Тот согласно кивнул.

— Понятно. Чай у вас хороший. Спасибо. Уже два часаночи. Может, нас довезут до отеля? Если это, конечно, возможно.

— Возможно, — кивнул хозяин кабинета, —только договоримся напоследок. Ничего не предпринимать без нас, никакихрасследований. Это моя личная просьба. Всего один день потерпите, а потомделайте, что хотите.

— У меня осталось только последнеепредположение, — улыбнувшись сказал Дронго, — конечно, онофантастическое, но весьма правдоподобное. Вдруг эти убийства осуществляетроссийская разведка? Они вам не доверяют и решили взять дело в свои руки.Убирают всех, кто знал Габышева. Создают «выжженную зону» для разведчика. Еслиэто так, то тогда все убийства объяснимы. Как вы думаете?

Ответа он так и не услышал. Когда они сели в машину, Вейдеманис,давясь от смеха, спросил:

— Надеюсь, ты не станешь настаивать на своей последнейверсии?