Селфи киллера - Марина Серова

— Но почему же «неизвестно куда», тетушка? Я ведь сказала тебе, что отправляюсь на авиабазу. Здесь прекрасные условия, очень комфортное проживание, — беззастенчиво врала я. — К тому же здесь очень много мужчин. Как знать, может, сама судьба привела меня сюда, чтобы я встретила свою судьбу? А ты возмущаешься.

Ключевой аргумент, как всегда, подействовал безотказно. Тетушка сразу сбавила обороты и, успокоившись, заговорила совсем другим тоном.

— Да? Хм! Но ты могла бы хотя бы позвонить, предупредить. Не могу же я постоянно находиться в информационном вакууме!

— Да, это, конечно, мой недосмотр. Прости меня, пожалуйста! Отвлеклась, упустила из виду. Впредь постараюсь быть внимательнее.

— Уж постарайся, — вспомнив учительский тон, проговорила тетушка. — И кстати, что это за «комфортное проживание»? Где ты остановилась? Там хоть горячая вода есть?

— Конечно, тетушка! Что за странный вопрос?! Я живу в отличной трехкомнатной квартире у знакомых своих знакомых. Здесь, кроме меня, только две женщины, мать и дочь, так что мы вполне свободно разместились и прекрасно уживаемся.

— Что-то как-то много их у тебя развелось в последнее время, этих знакомых! Ладно, сейчас уже поздно, пора отдыхать. Надеюсь, в этот раз ты, по крайней мере, не будешь мыкаться хотя бы по ночам?

— Нет, тетушка, что ты! Ни в коем случае, — стараясь придать интонации максимальную достоверность, уверяла я. — Я ведь говорила тебе — дело несложное. Семейное, можно сказать.

— Семейное. Знаю я эти твои дела, — недовольно бурчала недоверчивая тетя Мила. — Ладно, иди отдыхай, работница. Главное — не забывай звонить.

Клятвенно заверив, что теперь уж не позабуду ни в коем случае, я распрощалась с любимой тетей.

Войдя в подъезд, я стала подниматься на второй этаж, каждую минуту ожидая еще какой-нибудь новости и как-то уже не веря, что вторично попаду в гости к Вале еще сегодня.

Но мрачные предчувствия не сбылись. На пути вверх меня ничто не задержало, и вскоре я уже нажимала кнопку звонка.

— Как вы поздно! — говорила Нина Петровна, отпирая дверь. — Мы уже начали беспокоиться.

— Непредвиденные обстоятельства, — мило улыбнувшись, отделалась я дежурной фразой. — Кстати, ко мне можно обращаться на «ты». Так проще.

— Да, мамочка, Женя очень коммуникабельный и доброжелательный человек, — включилась в нашу беседу Валя. — С ней можно без церемоний.

На этой оптимистичной ноте все мы разошлись по своим комнатам, завершив, наконец, этот длинный день.

Утром, встав как обычно в шесть и проделав для разминки несколько упражнений, я, стараясь не шуметь, вышла из своей комнаты. Но выяснилось, что осторожность была излишней. Нина Петровна уже стояла у плиты.

Аппетитный запах свежих блинчиков разносился по комнате, и мне невольно вспомнилась заботливая тетя Мила, частенько вот так же встречавшая меня по утрам горячим и вкусным завтраком.

— Доброе утро, Женя! — приветствовала меня хозяйка. — Не думала, что ты так рано встанешь.

— Я на работе, — сама не зная почему, чуть виновато улыбнулась я.

— А-а, вот оно что! А у Валентины сегодня выходной. Пускай поспит. Она у меня сова, ужасная соня. Может проспать хоть до обеда. Это я жаворонок — вскакиваю ни свет ни заря. Или возраст уже. Не хочется тратить время на сон. Присаживайся, позавтракай. Как раз горяченькие застала, — говорила она, кивая на обеденный стол, где на широкой тарелке постепенно росла стопка поджаристых ароматных блинчиков.

— Да, конечно, с удовольствием, — отвечала я. — Сейчас только приму душ.

Через полчаса, бодрая и свежая, чувствуя себя прекрасно отдохнувшей и приятно сытой, я направлялась к дому, где жил Зорин. Целью моей было исполнить свои вчерашние намерения и «проводить» его до работы.

Поскольку самого клиента ставить в известность об этом я не хотела, то и подходить к дому старалась по возможности незаметно.

Жилой массив, застроенный еще в советские времена преимущественно трехэтажками, по-видимому, приблизительно в то же время был засажен деревьями. Сейчас они разрослись и образовывали во дворах и аллеях довольно густые живописные кущи, что было мне очень на руку. Скрываясь в зарослях, я без труда могла оставаться незаметной и соблюдать инкогнито.

Приблизившись к дому, я несколько минут наблюдала за подъездом, из которого, судя по времени, вот-вот должен был появиться Зорин-старший. Вскоре я действительно увидела его, одетого уже не в «гражданское», а в специальную форму. Озабоченно и деловито спеша, он не смотрел по сторонам, полностью погруженный в какие-то свои, глубоко личные, никому не ведомые думы.

Такая сосредоточенность клиента на самом себе чрезвычайно облегчала мою задачу. Наблюдать за ним, оставаясь незамеченной, мне почти не стоило труда.

По тому, как уверенно двигался Зорин, можно было сделать вывод, что маршрут известен ему до мельчайших деталей, и клиент давно уже следует по нему, как говорится, на автомате.

В отличие от клиента, сама я проходила этой дорогой впервые. Поэтому, кроме наблюдения за Зориным, старалась фиксировать и прочие нюансы обстановки, отмечать разные характерные мелочи, попадавшиеся на глаза.

Так, например, я заметила, что значительная часть повседневного маршрута моего подопечного проходит по безлюдной, густо поросшей деревьями местности. В таких местах очень удобно устраивать засады и прочие сюрпризы. Если изо дня в день Зорин ходит здесь один, вполне вероятно, что Свиридов попытается воспользоваться этой возможностью и подложить ему какую-нибудь свинью.

Проанализировав эти обстоятельства, я приняла версию, как рабочую, и положила себе с этого момента ежедневно сопровождать Зорина-старшего с работы и на работу.

Могла ли я подумать, что нехорошие предчувствия, которым я отводила место в некоей призрачной, отдаленной перспективе, сбудутся буквально через несколько минут?!

Выполняя задачу по изучению особенностей маршрута, я то и дело поглядывала по сторонам и вдруг заметила, что в группе сопровождения прибыло и что из древесных зарослей за Зориным наблюдаю не только я.

Чтобы оставаться невидимой для своего подопечного, я двигалась в некотором отдалении с правой стороны тенистой аллеи, по которой шел Зорин. Деревья здесь росли в изобилии, и укрываться за стволами и ветвями было очень удобно.

По левую сторону аллеи пейзаж повторялся практически с зеркальной точностью. Кто-то, по-видимому, не менее догадливый, чем я сама, точно так же прячась за деревьями, следовал в том же направлении, что и Зорин, не догоняя его, но и не отставая далеко. Сам этот человек был практически не виден, но характерные движения веток тихим безветренным утром красноречиво указывали на присутствие в зарослях тайного «наблюдателя».

Заподозрив неладное, я еще немного поотстала, чтобы, пропустив незнакомца вперед, перебраться на противоположную сторону. Необходимо было уточнить, с какой целью в столь ранний час прогуливается здесь этот человек. Но когда я уже собиралась выйти из укрытия и пересечь аллею, он вдруг остановился и замер на месте.