Компромат на суженого - Наталья Александрова

– Да не знаю я о нем ничего, я сам его с пятницы не видел!

– Так, запираетесь. Надежда, проверь утюг, согрелся он?

Надежда послюнила палец и попробовала утюг, он зашипел.

– На хлопок поставь, – зловеще сказала Алка. – Черт, надо ему рожу скотчем залепить, чтобы не орал, – она полезла в ящик кухонного стола.

Мужик в отчаянии взглянул на Надежду, та мотнула головой – говорила ведь, что Алка не шутит! Алка подошла к нему со скотчем.

– Ну ладно, – решился мужик, – я сам с его работы, мужа вашего, работаю в той же фирме. Он вчера на работу не вышел, шеф забеспокоился, работа у вашего мужа важная, заключительный этап. Целый день к вам сюда звонили, а вечером вы сказали, что муж ваш пропал. Шеф и вовсе приуныл, думал, конкуренты как-нибудь нам подгадили. Послал шеф нас с Эдиком проверить, как и что, шум поднимать не велел, поговорите спокойно, говорит.

– А вы вместо этого стали меня за руки хватать и вообще…

– Мы боялись, что вы шум поднимете…

– Так и вышло. А почему это ваш шеф так полиции боится, у вас там что, криминал есть?

– Да не то чтобы криминал, но заказ этот очень важный, совсем новый материал мы изобрели, солидные люди заинтересованы, они на виду, и если узнают конкуренты, что главный разработчик пропал, то такое дело раздуют, в общем, нам огласка ни к чему.

– Да, – протянула Надежда, – тяжелый случай. А что, шеф ваш никого больше не нашел поумнее, кроме вас?

Мужик обиделся и замолчал.

– Неужели ты ему веришь? – Алка пылала от негодования. – Он же все врет!

– Ничего я не вру, можете сами шефу позвонить, все равно мне попадет, так что чего уж теперь скрывать.

Но тут телефон зазвонил сам.

– Добрый вечер, – это был вчерашний голос, – я вам вчера звонил, а Петр Николаевич не давал о себе знать?

– Про Петра Николаевича ничего не известно, а ваш сотрудник сидит тут к креслу привязанный, – радостно сообщила Алка, – и если через десять минут вы мне все не объясните, я вызываю полицию.

– Полицию вызывать не в ваших интересах, – начал было шеф, но Надежда его перебила:

– А почему это? Мы женщины честные, преступлений никаких не совершали, обязаны заявить, раз человек пропал. Пусть ищут его по всем правилам.

– Послушайте, мы тоже не виноваты в исчезновении вашего мужа, я сам его хочу найти, он мне срочно необходим как специалист.

– В прокуратуре разберутся!

– Вы разрешите сейчас к вам приехать?

– А может, вы бандит и приедете сюда с оружием и десятью отморозками? И чтобы я сама вас в квартиру впустила?

– Ну, честное слово, я вам документы покажу!

– Ну ладно, ждем двадцать минут.

Алка набрала номер соседки:

– Феоктиста Ивановна, вы сейчас дома будете? Значит, если я через двадцать минут вам в стенку стукну, сразу звоните 02 и вызывайте ко мне полицию, скажите, бандитский налет на квартиру.

Через двадцать минут раздался звонок в дверь. Вошел приличный мужчина средних лет. Надежда заперла за ним дверь и прочитала его документы, Алка в это время стояла на кухне у стены, смежной с соседской, с молотком в руках. Мужчина прошел на кухню, увидел привязанного там пленника и нахмурился.

– Вы извините, это они перестарались, превысили, так сказать, свои полномочия.

«По-моему, это мы перестарались», – подумала Надежда, но Алка глядела молодцом.

– Давайте сядем в комнате, я вам все объясню, – сказал мужчина, выходя из кухни.

– А как же я? – привязанный шевельнулся в кресле.

– Сидеть! – Алка взмахнула молотком.

– Посидите уж еще немного, пока у нее настроение улучшится, – шепнула Надежда привязанному, проходя мимо.

Вид у него без очков был жалкий, а тут еще кошка Марфа, возмущенная тем, что кто-то занял ее кресло, вскочила к нему на колени, принялась топтаться и смазала пару раз его хвостом по носу. Мужик чихнул.

– У меня на кошек аллергия! – жалобно заныл он.

Шеф посмотрел на него с ненавистью и вышел.

Они уселись в гостиной на диване, шеф откашлялся и начал:

– Понимаете, фирма у нас небольшая. Были кое-какие заказы, так, перебивались помаленьку, а потом нашли спонсоров и стали работать над сверхпрочным материалом для бронежилетов. Как раз ваш муж к нам перешел, а у него голова – я вам скажу! Сразу дело пошло, и вот сейчас заключительный этап, а его нет. Я вас очень прошу, скажите, что случилось. Мне надо знать правду, потому что заказчики торопят, а если конкуренты украдут технологию, то все пропало.

– А он, Петр Николаевич, знал все досконально, по памяти, вашим конкурентам была бы от него польза?

– Польза, конечно, от него была бы большая, но без документации и компьютерных файлов вряд ли он может что-то быстро сделать. Опытный материал там очень большой.

– А у вас на работе ничего не пропало?

– Нет, мы сразу проверили, да и потом у нас охрана, сигнализация.

При слове «охрана» Надежда с Алкой переглянулись, а шеф помрачнел.

– И давно у вас Петр Николаевич работает?

– Месяцев пять, очень мы были им довольны, умнейший человек, в своем деле – специалист! Без него я как без рук, сейчас, если все удачно сложится, производство будем открывать, расширяться, деньги пойдут хорошие, а этап у нас заканчивается через две недели, заказчики приедут. Петр Николаевич хотел после этого в отпуск пойти.

– Говорил он что-нибудь про отпуск?

– Вроде бы он собирался с женой, с вами, простите, в Эстонию поехать.

«Вот и Илья Семенович тоже про Эстонию говорил», – подумала Надежда.

Ну, она, Надежда, вправит Алке мозги! Можно ли так с мужем обращаться? Чужим людям все рассказывает и про работу, и про отпуск, потому что жена слушать не хочет.

– Ну так что, можете вы мне прояснить обстановку про Петра Николаевича? – спросил шеф.

– Понимаете, – осторожно начала Надежда, – нам кажется, что его похитили.

Она рассказала вкратце про записку, про выходной костюм и собачьи кроссовки, про оставленные доллары и смерть бедного Гаврика, про кепочку на пустыре, про обысканную квартиру, когда Алка в субботу ночевала у знакомых. Про пожар на даче они решили пока никому не рассказывать.

– Да, странные события, – задумчиво проговорил шеф. – Простите, вы все-таки собираетесь вашего мужа искать через полицию?

– Мы бы хотели попробовать сначала сами.

Шеф сразу повеселел, сказал, чтобы рассчитывали на него, он, по мере сил, окажет им всяческую поддержку, а теперь нельзя ли отпустить их сотрудника, потому что время позднее, он бы его забрал сейчас, и дело с концом. Надежда спохватилась и побежала на кухню. Там Марфа удовлетворенно взирала на дело лап своих. Привязанный мужчина был весь в ее шерсти, чихать он уже перестал – нос заложило намертво. Надежда отогнала эту нахальную личность, приструнила попугая, который отпускал ехидные замечания из клетки, и стала развязывать пленника. Из комнаты доносился Алкин голос: