Преступление в двух сериях - Марина Серова

Черт, мне придется объехать шестерых таксистов, чтобы узнать «траекторию» полета лишь троих из тех, кто покинул квартиру Шолонского воскресной ночью. Меня интересовали больше всего Маслова и Гурьянов. Ну и, на всякий случай, Ручин. Что-то в этом, безусловно, обаятельном человеке не давало мне покоя.

А может, по телефону удастся что-нибудь выяснить? Так не хочется мотаться по всем адресам. Не могли гости Шолонского взять одну машину на всех… Ну две, на худой конец. А, кстати, почему для каждого из гостей вызвали индивидуальное такси? Да ладно, мелочь, блажь босса.

Я настучала на сотовом номер телефона одного из водителей, которого звали Павлом Ярцевым, и, услышав низкий сонный голос, выдохнула:

— Простите, могу я поговорить с Ярцевым?

— Слушаю, — водитель был возмущен звонком, голос его звучал подобно рыку разъяренного животного.

— Простите, если я не вовремя, — вежливо извинилась я. — Не могли бы вы мне помочь?

— А вы кто? — Рык стал чуть тише. Правильно, вежливость даже на диких зверей действует умиротворяюще.

— Я из следственного отдела, меня зовут Татьяна, — мило представилась я.

Ну вот, сигарета кончилась, а курить все равно хочется! Я выбросила окурок за окно и тут же закурила следующую сигарету. Что-то очень много курю сегодня… А, понятно — ведь с самого утра не пила кофе. А кофе и сигареты — не что иное, как две составляющие, необходимые для качественной работы моего ума.

— И что вам нужно? — поинтересовался в ответ Павел, становясь почти вежливым.

— Вы возили пассажира с улицы Космонавтов… — с полуутвердительной интонацией произнесла я.

— Когда? — мрачно спросил таксист.

Я помедлила с ответом, плавно обходя ползущую по дороге старенькую «Волгу», после чего уточнила:

— В воскресенье поздним вечером, точнее — в ночь на понедельник. Приблизительно с двенадцати до часу ночи.

— Это… Ну, возил, — без особой радости высказался Павел Ярцев. — А что?

— А не могли сказать, кого вы везли?

— Мужика, пьяного в зюзю, — лаконично ответил Павел.

Из дальнейшей беседы, страшно муторной, потому что лаконизм таксиста чуть не довел меня до бешенства — каждый ответ из него буквально приходилось выжимать, — все же мне удалось выяснить бездну полезной информации. Блондинку, «кошку ободранную», как выразился Ярцев, увез Вадим Сурков, приятель Павла. Так нелицеприятно таксисты обозвали Людмилу Маслову. Ох, что бы было, если бы она услышала подобную характеристику… «Нескладного, дико серьезного типа», то есть описанного мной Гурьянова, вез Анатолий Моисеев. А Ручина доставил до дому до хаты некий Иван Петренко.

Я совершенно искренне поблагодарила оказавшегося мне столь полезным Ярцева и, распрощавшись с ним, поехала к Суркову. Все же из троих подозреваемых меня больше всего интересовала именно Людмила. Как ни крути, она скорее всего та «связка», через которую будут продаваться чертежи Шолонского.

— Вот и отлично, что не придется разыскивать всех водителей, вот и замечательно… — бурчала я себе под нос, все больше страдая от нехватки кофе. — Нужно поговорить лишь с тремя. И будет хорошо, если я что-то узнаю. Ведь разговоры могут оказаться совершенно бестолковыми, разве не так?

Я оставила машину у подъезда дома, в котором обитал Сурков, и вошла в подъезд. Впечатление не из приятных. Ободранные потолки и стены, грязно-серая штукатурка, покрытая надписями… Торкнувшись к лифту, я поняла, что данное достижение технического прогресса не работает и даже не собирается этого делать — сожженная кнопка провалом чернела на бывшей когда-то синей стене.

Я взобралась на десятый этаж, осторожно ступая по засыпанной мусором лестнице, и позвонила в дверь, моля всех богов, чтобы мне открыли и это восхождение не было напрасным. Дверь распахнулась, и на меня, удивленно хлопая карими глазами, уставился молодой человек, как мне показалось, почти мальчишка. Его чубчик еле заметно вился, напоминая прическу деревенских парней из старых советских фильмов.

— Вы ко мне? — изумленно спросил мальчишка, восторженно впившись глазами в мое лицо.

— Мне нужен Вадим Сурков, — послала ответную улыбку я.

— Это я, — откликнулся таксист. — А вы кто?

Голос парня звучал уверенно, и я, присмотревшись внимательнее, поняла, что сильно ошиблась с определением его возраста. При ближайшем рассмотрении я заметила тончайшие морщинки вокруг глаз, да и пробивающаяся сквозь бледную гладкую кожу темная щетина смотрелась не по-детски. Вадим Сурков был чуть ли не моих лет.

— Меня зовут Татьяна, и я хотела бы задать вам несколько вопросов.

— Очень приятно с вами познакомиться, Татьяна, но я не понимаю, с какой стати мне отвечать на ваши вопросы, — спокойно улыбнулся Сурков.

Я равнодушно процедила:

— Я из следственного отдела, — и моя рука скользнула в сумку за удостоверением.

Меня несколько раздражало то, что минутное дело — пара вопросов и столько же ответов — грозило разрастись до подробной и основательной беседы.

— Не нужно документов, я вам верю. — Видимо, Вадим заметил, что выражение моего лица становится несколько кровожадным, и попытался разрядить обстановку. — Может быть, вы зайдете в квартиру?

— Нет, спасибо. Я не задержу вас надолго, Вадим.

Я глубоко вздохнула, приводя в норму внутреннее состояние, — раздражение грозило вырваться наружу. Время таяло совершенно незаметно, а дел предстояло немало. Ведь с каждой минутой повышался риск не найти документов никогда — кто бы ни похитил чертежи, злоумышленник (он или она) мог успеть перепродать их и получить деньги. А тогда — все. Доказывай потом!

— Что ж, я вас внимательно слушаю. — Таксист прислонился обтянутым синей джинсовой тканью бедром к косяку двери, руки его повисли, а носок коричневой пушистой тапочки скромно уткнулся в коврик.

— В ночь с воскресенья на понедельник вы подвозили куда-то женщину, блондинку с пышными формами. Куда вы ее доставили?

— Ха, блондинку! — прыснул Вадим и добавил: — Эту выдру крашеную! — Но, поймав мой чуть угрожающий взгляд, он стушевался и ответил четко и спокойно: — Я довез ее до загородного дома по Приходскому шоссе. Знаете, там коттеджики для среднего класса? Дамочка расплатилась и отправилась в дом. Если вам интересно, это третий дом слева в поселке. Найти его проще простого — ярко-розовые кирпичи бросались в глаза даже при свете фар.

Я уже собралась было уйти, но медлила — мне вдруг показалось, что у парня есть что рассказать дополнительно, без моего вопроса.

— Что-то еще? — с очаровательной улыбкой осведомилась я.

— А потом… — протянул было таинственно и улыбнулся Сурков, но интриговать меня не стал, а сразу начал рассказывать. — Так получилось, что у меня сломалась машина. Нет, не так. Дорогу страшно развезло, не знаю, как я до коттеджа-то доехал нормально. На обратном пути меня занесло в кусты у самой трассы. Когда я в канаве уродовался с цепями, я снова увидел эту блондинку…