Окончен бал, погасли свечи - Марина Серова

— Вот и он! — снова поднял палец Костя. — На ловца и зверь бежит.

— Чего? — хмуро откликнулся Витян.

— А то, что по твою душу девушка!

— Девушка? — довольно равнодушно переспросил Витян и посмотрел на меня.

— Здравствуйте, — сказала я, переведя взгляд на Витяна. — Дело в том, что я разыскиваю Павла Усольцева.

— А… — так же равнодушно протянул Витян. — Ну а я тут при чем?

— Его вообще-то дома ждут, проблемы там обнаружились, поэтому я и приехала.

Витян положил папку с какими-то бумажками на стол Михаила, выдержал паузу и проговорил:

— Где он сейчас, я не знаю. Но прошлой ночью он был у меня.

Краем глаза я заметила, как удивленно выгнулись брови Кости Казакова, а я, в свою очередь, облегченно вздохнула — таинственное исчезновение оказывалось банальщиной.

— Так он запил, что ли? — запросто спросила я.

Хмурый Витян неожиданно изменился в лице, повернулся ко мне и обезоруживающе улыбнулся.

— Запил, собака такая, запил! — почти весело воскликнул он. — Я уже решил, что если завтра он не одумается, то выгоню его. Надоел…

— А запчасти он забирать будет? — спросил Михаил.

— А хрен его знает. Сегодня спросим у него, вместе с барышней…

— Татьяной, — представилась я.

— Эх, жаль, что я не Евгений и не Онегин, — вздохнул Костя Казаков.

— К этому стоит добавить, что и я не Ларина, — усмехнулась я.

Казаков вздохнул и хотел было продолжить мое «охмурение», но тут Витян посмотрел на часы.

— Е-мое, а поздно, однако… Пора ехать. Вы со мной?

— Конечно, — ответила я.

На этом мое пребывание в стенах фирмы «Картекс» закончилось. Витян пригласил меня в свою машину, но я молча указала на свою. Витян кивнул в знак понимания.

Три дешевенькие забегаловки в округе оказались бесперспективными. Табачный дым до потолка, морды алкашей и пьяниц, напоминающие мерзлые картофелины, крикливые женщины из обслуживающего персонала — все как везде. Трудовой народ культурно проводил свой досуг.

— Куда же он мог забраться? — почесал голову Витян, когда и в четвертом по счету кабаке господин Усольцев обнаружен не был.

Я, естественно, ничего не ответила. Откуда мне было знать здешние злачные места?

— А вы давно знаете Павла? — спросила я.

Витян улыбнулся, отчего его круглое лицо расплылось наподобие солнышка с детского рисунка.

— Ну года два он к нам ездит.

— И что, постоянно вот так бухает здесь?

— Нет, — тут же ответил Витян. — Бывает, конечно, выпьем… Собственно, с этого у нас и пошла… дружба. Но чтобы так — первый раз. А что — случилось что-то у вас?

— Ну не знаю, говорил Павел вам или нет — он на вечеринке был, где баню подожгли. Люди сгорели.

— А, это, что ли? — неопределенно махнул рукой Витян. — Ну говорил… Но там кто-то левый сгорел…

— В каком смысле левый?

— Ну не мать, не отец, не жена, — объяснил Витян. — Пашка-то тут при чем?

— Да, в общем, ни при чем, — согласилась я.

Витян посмотрел на часы и встрепенулся. Оказалось, что ему пора заехать в детский сад за сыном. Вернее, пора было уже пятнадцать минут назад. Естественно, мы изменили курс и заехали в детсад. Спустя полчаса я уже входила к Витяну домой.

— Может, он уже сюда явился? — высказал тот предположение.

Однако дома у Витяна нас встретили только две женщины — жена и теща Витяна. В дальней комнате плакал еще один ребенок — видимо, совсем маленький.

Жена Витяна оказалась невысокого роста женщиной с каким-то крысиным личиком. Увидев меня рядом со своим мужем, она сразу же насторожилась. И вообще, она показалась мне чересчур нервозной особой. Мне она процедила «здрасьте» и тут же увела Витяна в комнату, откуда потом стали раздаваться приглушенные голоса, причем жена наступала, а Витян отбивался. Впрочем, диспозиция была понятна — если этот Паша Усольцев ночевал в этой семье несколько ночей подряд, а теперь еще явилась и незнакомая особа, то немудрено было выставить за это мужу счет.

Прямо передо мной, на кухне у стола, стояла пожилая женщина и раздраженно гремела посудой. Движения ее тоже показались мне нервозными. Это была теща, и ее раздражение также было предсказуемо.

Вставив мужу хороших «дюнделей», крысиная мордочка снова появилась в прихожей. Не посмотрев на меня, она удалилась в кухню.

Появившийся вслед за женой Витян смущенно пригласил меня пройти в комнату.

— А Пашка-то где? — спросила я.

— Да хрен его знает, — махнул рукой Витян. — Подождем его здесь.

Ну подождем так подождем. Я особой стеснительностью не страдаю — поэтому приглашение приняла. Хотя и подозревала, что от моего присутствия женская часть семьи явно не в восторге.

— Сейчас перекусим и пойдем его искать, — резюмировал Витян.

— Да я вообще-то не голодна.

Витян остановил меня решительным жестом, характерным для хлебосольных хозяев, — мол, хочешь не хочешь, а запихнем. Немного погодя в комнате появилась Наташа — именно так звали крысиную мордочку. Она поставила две тарелки макарон с сосисками и бутылку кетчупа.

— А вы разве не будете? — невинно осведомилась я.

— Я потом, — буркнула Наташа и вышла вон из комнаты.

Витян принялся за еду, я последовала его примеру. Затем Наташа принесла чай и поставила сахарницу. Когда с «перекусом» было покончено, я направилась в туалет и услышала из кухни сакраментальные фразы, которые не оставили сомнения, в какую семью я попала.

— Вот мозгов совсем нет! — разорялась Наташа, обращаясь к своей матери. — Нисколечко мозгов нет! Сначала алкаша притащил, теперь вот девицу эту. Кто такая, зачем — черт ее знает!

— А кто эта девица-то все же, а, Наташ? — спросила мать шепотом.

— Черт ее знает, может, подцепил где-то… Говорит, Пашку приехала искать из Тарасова.

К этому времени я уже сделала все свои дела в туалете и вышла. Витян стоял в прихожей, готовый к выходу.

Я быстро оделась и была счастлива, что покидаю семейную гавань Витяна, которую тихой назвать никак не поворачивался язык.

Паша был найден в первом же кабаке, который мы обследовали во второй этап нашей «экспедиции». Он сидел за столиком в компании с какой-то девицей. Крашеная блондинка, преисполненная незамысловатой провинциальной красоты, отклячив сильно накрашенную губу, сидела и томно поводила глазами. Она была пьяна. Примерно в таком же состоянии пребывал и ее кавалер, правильный пацан и не столь примерный семьянин, как его друг Витян, — Паша Усольцев.