Миром правит случай - Марина Серова

— Все понятно, это очередной развод! — усмехнулась я.

— Ты думаешь?

— Уверена.

— Ладно, поищу что-нибудь другое.

Поговорив с Алинкой, я позвонила деду и спросила, что купить к ужину.

— Вообще-то я и от обеда бы не отказался, — ответила Ариша на фоне громкой музыки.

— Прости, к обеду я не вернусь, дела. Так что ты сам что-нибудь сообрази.

— Ладно, отварю пельмени, — без особого энтузиазма сказал дед. — А на ужин можно было бы курочку зажарить.

— Хорошо, заказ принят. Целую! — Я отключила связь.

«Наружка» наверняка передала Бочарову, что я болтала с кем-то по телефону. После двух звонков по трубке, в которой стоял «жучок», можно было не беспокоиться, что мой заказчик догадается, что я звонила еще и по другому аппарату. Внешне они похожи, издалека не отличишь. Однако мне надо было возвращаться к Селезневу.

Когда я приблизилась к его даче, то увидела, что Николай Александрович возобновил строительные работы. Я повертелась неподалеку, сделала для видимости несколько снимков и даже поговорила с соседями. Пусть тот, кто за мной следит (я спиной чувствовала «хвост»), думает, что я навожу справки о Селезневе! На самом деле я спрашивала, не сдает ли кто дачу. Под конец дачного сезона подобных предложений здесь уже не было.

Вернувшись к своей машине, я постояла около нее, потом зашла в магазин и увидела в окно проехавшую мимо «Мазду СХ5» черного цвета. Конечно, машин такой марки и модели было много, но что-то мне подсказывало — это была та самая тачка, на которой меня везли с мешком на голове.

Купив гамбургер и бутылку минералки, я села в «Мини-Купер» и немного подкрепилась. Затем взяла с заднего сиденья пакет с вещами и стала менять свою внешность. Вместо джинсовой жилетки я надела болеро цвета лайма, а вместо бейсболки — шляпу. В таком несколько измененном виде я снова направилась к даче Селезнева. Николай Александрович с женой сидели за столом под яблоней, обедали. Причем объект моего наблюдения был обращен лицом к забору, так что долго маячить у него перед глазами было рискованно. Пройдясь дважды мимо обедающих дачников туда и обратно, я вернулась к своей машине. Откровенно говоря, что делать здесь дальше, я не знала. Для меня было важно, что сообщит Курбатов. Но если я сейчас отправлюсь домой, то Бочаров, чего доброго, решит, что я халтурю. Интересно, как там Люся с Васей?

Задумавшись о том, как бы поскорее вызволить из плена бомжей, я не сразу заметила, что прямо на меня идет Селезнев. Обойдя мой «Мини-Купер» справа, он зашел в магазин. Я вылезла из машины и пошла следом за ним. Когда я уже потянулась к ручке двери, зазвонил мобильник. Остановившись, я достала телефон, взглянула на экран, поняла, что это Бочаров, и, сделав шаг в сторону, ответила:

— Алло!

— Даже не думай ни о чем с ним говорить! — угрожающе прошипел Сергей.

— С кем?

— Вот только не надо держать меня за дурака! Ты прекрасно знаешь, кого я имею в виду. Решила предупредить Селезнева?

— Ничего такого у меня даже в мыслях не было.

— Хорошо, если так. Тем не менее предупреждаю еще раз — давай без глупостей! Каждый твой шаг у меня под контролем, — предупредил Бочаров, но я уже и сама заметила, где прячется мой «хвост» — знакомый мне брюнет выглядывал из-за кузова грузовика, стоявшего через дорогу. — Да, и скажи своему старику, чтобы прекращал шумовые эффекты! Достал уже! Поняла?

— Как Люся с Васей? — поинтересовалась я невпопад.

— Да что твоим бомжам будет? — усмехнулся он. — К голоду и отсутствию удобств им не привыкать, так что в их жизни мало что изменилось.

— Ты что, моришь их голодом? — встревожилась я.

— А что я, по-твоему, черной икрой должен их кормить? Скажи «спасибо», что я им воду даю. А сколько им на воде сидеть придется, зависит только от тебя. Будешь работать вразвалочку, болтать по телефону с подружками и любоваться деревенскими пейзажами, — Бочаров продемонстрировал свою осведомленность, — то можешь своих оборванцев никогда больше не увидеть. Сколько люди живут на одной воде? Месяц? Так вот, у тебя есть ровно столько времени. А будешь делать глупости — мои люди станут делать бомжам «больно». Поняла?

— Я все это еще вчера поняла, — успокоила я заказчика.

— Вот и хорошо! Жду от тебя скорейшего результата, — Бочаров отключился.

Вскоре из магазина вышел Селезнев с пакетом продуктов и пошел в сторону своей дачи. Я проводила его взглядом, потом резко повернулась в сторону грузовика, из-за за которого выглядывал брюнет. Он не успел спрятаться, и я помахала ему рукой. Тот понял, что раскрыт, вышел из своего укрытия и направился вверх по улице. Вероятно, к «Мазде». Сев в свою машину, я поехала в Горовск. В Сологубовке все равно ловить больше было нечего. Когда до города оставалось километров пять, я заметила у себя на «хвосте» черную «Мазду». Ее водитель уже не маскировался, а шел вплотную за мной. Я срисовала номер преследующей меня тачки и задумалась о том, сколько людей работают на Бочарова, а главное — чем он их мотивировал? Кроме этого брюнета, был еще как минимум один человек — тот, что сидел в прошлый раз за рулем. Я не видела его, но поняла, что вел «Мазду» не сам Бочаров. Сергей пользовался дорогим одеколоном и, скорее всего, не курил. А от водителя, помнится, шел запах не слишком дорогих сигарет. Если бы на моем «Мини-Купере» не стоял «маячок», я бы попыталась сбросить «хвост» — он меня просто-напросто раздражал. Радиочастотная метка давала возможность быть в курсе того, где находится моя тачка. Вероятно, Бочаров предположил, что я могу бросить машину около дома, где был прописан Селезнев, или в Сологубовке, создавая видимость, что слежу за Николаем Александровичем или его близкими, а сама буду в это время рыскать по городу, разыскивая подвал, где содержатся Люся и Вася. Чтобы этого не произошло, он послал за мною «наружку».

Я остановилась около магазина нижнего белья и зашла туда. Брюнет не постеснялся и последовал за мной. Когда он появился в дверях, я показала ему два бюстгальтера, черный и красный, как бы спрашивая, какой ему нравится больше? Тот махнул рукой, мол, делай что хочешь, я лишь выполняю свою работу, и вышел на улицу. Пересмотрев едва ли не весь ассортимент, дабы потянуть время, я так ничего и не купила. Выйдя на улицу, я подошла к своему «хвостику» и спросила:

— Интересно, что бы ты делал, если бы я ушла через черный ход?

— Доложил бы своему шефу, — ответил брюнет.

— И много он тебе платит за такую непыльную работенку?

— Не жалуюсь.

— А задачу посложнее выполнить слабо? — провокационно осведомилась я.

— Не понимаю, о чем ты.

— Тебя хоть как зовут? — поинтересовалась я.

— Зачем это тебе?

— Ты наверняка знаешь мое имя. А я твое — нет. Это как-то неправильно.

— Ну, Антон, — представился брюнет.