Теща Франкенштейна - Наталья Александрова

– А ты-то откуда знаешь? – спросила я с понятным недоверием.

– Мне ли не знать! – возмутилась Мила, но тут же пояснила, что с самого открытия кафе дружные капитаны уже дважды по очереди заходили к ней, чтобы взять кофе на вынос и не заснуть на боевом посту.

– На Пятой линии, говоришь? – переспросила я. – Ну, давай теперь я им кофе отнесу.

Мила налила кофе в два пластиковых стаканчика, закрыла крышечкой, чтобы не остыл, и я отправилась по указанному адресу.

На Пятой линии было в этот час малолюдно. На углу стояла тележка мороженщика, катил голубую коляску молодой папаша в кепке-бейсболке, да на скамейке напротив бильярдной какой-то пожилой дядечка увлеченно читал газету. Найти затаившихся в засаде капитанов мне не составило труда: во-первых, сейчас большая часть машин на улицах – новые иномарки, и поэтому невзрачные бежевые «Жигули» бросаются в глаза, как бомж на дипломатическом приеме. Кроме того, бравые капитаны поставили свою машину прямо под знаком «Стоянка запрещена», что тоже наводило на соответствующие мысли. Поставить машину в таком месте может только тот, кто очень уверен в себе – большой начальник или крутой уголовный авторитет. Но у тех и у других машины дорогие и хорошие, всяко уж не «Жигули». Значит, остаются только менты.

Подойдя к бежевым «Жигулям», я постучала ногтем в стекло:

– Кофе заказывали?

– О, это ты! – обрадовался Бахчинян, открывая мне заднюю дверцу машины. – Ну, ты просто ангел! Ты же знаешь, Васенька, я без кофе долго не могу! Кофе для меня – как бензин для мотора…

Творогов так бурно радость не проявил: в отличие от темпераментного Бахчиняна он обладал характером более сдержанным, а тут вообще выглядел как-то неуверенно и виновато. Не иначе, все дело в аптекарше с Малого проспекта… правда, сам он в этом ни за что не признается. Строго взглянув на меня, он спросил:

– А как ты нас нашла?

– У девушек свои секреты! – отозвалась я игриво.

– Знаю я эти секреты! – проворчал Творогов, покосившись на стаканчик с кофе, тем не менее снял с него крышечку и с явным удовольствием отпил ароматный напиток.

– Вах, как хорошо! – восхитился Ашот. – Сразу видно, Милочка варила! Никто так варить кофе не умеет! Только моя покойная бабушка так умела! А что-то тебя, Васенька, давно не было! – ворковал Бахчинян, смакуя кофе и закатывая темные выразительные глаза. – Уезжала куда? В отпуске была? Болела, не дай бог?

– Да нет, – отмахнулась я. – Жилищный вопрос решала.

– Ну и как – успешно? – живо заинтересовался Бахчинян.

– Ашот, погоди! – прервал его Творогов. – Вон, смотри, мужик из бильярдной вышел… это не Вантуз?

Бахчинян пригнулся, вгляделся в человека на противоположной стороне улицы и протянул:

– Не-ет, не он! Ты же знаешь Вантуза, Никитич, он без понтов шагу не ступит, а этот мужичок в такой затрапезной курточке… Вантуз в такой на помойку не выйдет!

– Да, и Вантуз похудее будет! – успокоился Творогов. – Так что, Вася, ты хотела? Мы вообще-то работаем…

– Какой ты, Леша, невоспитанный! – ужаснулся Бахчинян. – Девушка к тебе с заботой, кофе принесла, а ты на нее сразу наезжаешь…

– За это, конечно, спасибо, а только если ее тут начальник увидит, мало нам не покажется… у нас еще за прошлый раз строгое предупреждение не снято!

– С чего это он увидит? – возмутился Бахчинян. – Ты же знаешь, он из своего кабинета только по особым случаям выходит… когда верхнее начальство наезжает с проверкой или когда на телевидении нужно выступать…

– Да нет, ребята, все правильно, – заторопилась я. – Я сейчас уйду, не буду вам мешать, только два слова… На одну мою подругу муж бывший наезжает, прямо прохода не дает, так нельзя ли ей как-то помочь? Разузнать про него что-нибудь, припугнуть… ну, что я вас учу? Вы же это лучше меня знаете!

– Это что – твой, что ли, опять проявился? – недоверчиво осведомился Творогов. – Ему что – прошлого раза мало показалось?

– Да нет, я же говорю – подруга! Мужа фамилия Кондратенко… Петр Иванович Кондратенко…

– Как, ты говоришь? – Творогов неожиданно заинтересовался. – Петр Иванович?

– Ну да… а что – ты про него что-то знаешь?

Два капитана выразительно переглянулись.

– А он случайно не хозяин станции техобслуживания? Которая на набережной Смоленки?

– Ну да, хозяин… так что – вы его знаете?

– Точно, он! – проговорил Бахчинян.

– Верное дело! – согласился с напарником Творогов.

– Да скажите мне наконец – кто это такой?

– Кличка его – Петька Карбюратор, – сообщил наконец Творогов. – Темная личность! На этой его станции техобслуживания явно какой-то криминал творится. Там краденые машины на детали разбирают и загоняют по частям.

– Так что же вы – все знаете и позволяете ему дальше свой бизнес крутить?

– Да мы уже несколько раз его прихватить пытались, да все неудачно: он как будто заранее обо всем знал, как ни приедем – у него полный порядок, на каждую запчасть документы имеются… так что, говоришь, он на свою бывшую жену наезжает?

– Не то слово! Буквально прохода ей не дает! Его квартира на нее записана, он хочет, чтобы она ее отдала, а она требует, чтобы он с ней поделился…

– У всех квартирный вопрос! – вздохнул Творогов, которого этот пресловутый вопрос тоже сильно беспокоил.

– Ну так что, мальчики, поможете моей подруге?

Капитаны снова переглянулись.

– Поможем девушке? – проговорил Бахчинян.

– Поможем, – согласился Творогов. – А заодно Карбюратора прижмем, а то он совсем обнаглел!

– Смотри, Никитич, вот это точно Вантуз! – зашептал вдруг Бахчинян, пригнувшись и вглядываясь в противоположную сторону улицы. Там появился лощеный тип лет тридцати в итальянском костюме, слишком роскошном для этого района и для этого времени суток. Мне показалось, что кличка «Вантуз» ему не очень подходит.

– Все, Василиса, вылезай из машины и срочно чеши куда-нибудь подальше, – вполголоса проговорил Творогов. – У нас операция начинается, так что не до тебя!

– Не обижайся, Васенька! – подсластил пилюлю Бахчинян. – А твоей подруге мы непременно поможем!

Едва дождавшись, пока Василиса выбралась из машины и исчезла за углом, капитан Бахчинян включил переговорное устройство и проговорил приглушенным голосом:

– Цыплята, цыплята, говорит курочка Ряба! Проверка связи! Как меня слышите? Прием!

– Первый цыпленок на связи, – отозвался из динамика заспанный голос лейтенанта Курочкина.

– Второй цыпленок на связи…

– Третий цыпленок на связи…

– Цыплята, цыплята, появился хорек! Начинаем операцию «Золотое яичко»!