Тайна наследницы - Борис Бабкин

— Американец не желает, чтобы узнали его имя. Но что-то мне подсказывает, что архив вот-вот объявится и тогда конец.

— Мои парни тут при чем? Они поняли, что те могут взять дочь мента.

— Ты, похоже, стал полным идиотом. Что, решил всех перебить?

— Всех нельзя, — усмехнулся Филипп. — Просто хочу поскорее найти дочь Аляски, потому что уверен, вместе с ней и архив появится. А у меня к нему свой интерес. Сам знаешь, архив заставит нас всех ненавидеть и бояться друг друга. Ну я не имею в виду конкретно нас с тобой, — усмехнулся он. — А остальные начнут действовать. То есть убирать свидетелей. Поэтому я вот и подумал, а не начать ли мне…

— Дурень, — вздохнул отец. — Ты представляешь, сколько народу тебе придется положить?

— Да не так уж и много. Ты, кстати, вот что скажи, Антонову хорошо знаешь?

— Какую такую Антонову? — не понял отец.

— Она была замужем за Артуром Дубачем, недавно стала снова Антонова. У нее еще брат полковник милиции Андрей Антонов. В шестом отделе работал, а сейчас вроде в УББ. Так знаешь ее?

— Она моей любовницей не была, — поджал губы отец.

— А я и не сомневаюсь, что она под тебя не легла бы. Ответь все-таки, знаешь эту Надьку или…

— Больше знаю ее брата. Но почему ты говоришь со мной в подобном тоне?

— Она знакома с Марецким, — продолжал сын. — И даже помогла вытащить его, когда он попал в переплет.

— А я думал, он сидит. Почему тебя волнует этот Марецкий? — пожал он плечами отец. — Дело с убийством муженька его бывшей тоже, насколько я понял, повесить на него не удалось.

— В то, что Марецкий мог убить, я не поверил сразу. Марецкого вытащил Мильсон. Мне не понятно, как этот адвокат оказался…

— Не понимаю, к чему ты меня подводишь? — раздраженно перебил его отец. — Слава богу, что ты выпутался…

— Да дело не в этом! — взорвался Филипп. — В Питере, на Лисьем Носу, оказывается, был Марецкий с какими-то людьми и принял довольно активное участие в бою. И оказался он там из-за дочери Антоновой. Я вот и подумал — случайность это, или Антонову и Марецкого что-то связывает? Антонова ведь тоже родила дочь в Штатах.

— От своего муженька, который по фамилии был тоже Антонов. И забеременела она в России, уехала в Штаты брюхатой.

— А не от Марецкого дочь у Антоновой? Почему вытаскивают его после драки с парнями… Почему затем берут его по подозрению в убийстве…

— А разве не ты это устроил? — удивленно спросил отец.

— Не я. И повторяю, не верил этому. Дальше приезжает Мильсон и Марецкого отмазывает. Выходит, у Марецкого есть знакомые в криминале? Ведь Мильсон работает только с делами авторитетных уголовников. Но такой связи у Марецкого нет. Появляется вопрос — откуда Мильсон узнал и почему помог…

— А твои парни спросить у Мильсона не могут?

— Мильсона убить трудно так же, как любого из аппарата правительства, — усмехнулся Филипп. — И тот, кто рискнет это сделать, знает, что его довольно быстро найдут и умирать он будет долго и очень больно и, разумеется, сдаст заказчика. А говорить с Мильсоном нельзя. В общем, Мильсон не вариант. Но кто-то из авторитетов прикрывает Марецкого. Я пытался выяснить, с кем из тех, кто сейчас на свободе, он сидел. Оказалось, был только один вор в законе, и того очень скоро убили. Марецкий сейчас в Хабаровском крае моет золото. Здесь его бывший солдат Игорь Кошкин. Скоро женится.

— Знаю, — кивнул Песковатский-старший. — Но ты это к чему?

— Пытаюсь понять, кому и зачем нужен Марецкий. Сделать его киллером не получится. Тогда кому и зачем он нужен? И как оказался в Питере в нужное время?

— Он ездил хоронить однополчанина, — снова налив содовой, сказал отец. — И встретил там таксиста, тоже бывшего вояку, вот и все. Не стоит вспоминать о Марецком. Он сейчас далеко и наверняка не хочет ворошить прошлое. Архив, — прошептал он, — вот что меня тревожит. Интересно, на кого, кроме нас, накопал этот гад.

— Меня тоже. Но еще интересует и наследница, — упрямо продолжал Филипп. — Должны же появиться хоть какие-то новые сведения.

— А пока мы знали лишь то, что дочь Алясина вступит во владение Долиной в том году, когда ей исполнится двадцать лет. Есть справка о рождении девочки и подпись трех свидетелей изъявления воли Аляски. Все это заверено нотариусом из конторы федеральной службы США. До достижения двадцатилетия наследницы имя и фамилия засекречены, так как ее могут убить до вступления ею в право наследования. Когда ей стукнет двадцать, она появится в Хабаровске с этими бумагами. Аляска задумал и сделал все верно, чтобы голова болела у тех, кто на Долину глаз положил.

— Мы найдем ее! — ударил кулаком по столу Филипп. — И она сама отдаст нам Долину. Но где она, черт бы ее побрал? В США? В Канаде? На Аляске? Уверен, она в Штатах!

— Ты совсем с головой дружить перестал, — устало сказал отец. — На кой тогда американец брал девку с боем, а потом тут ее и кончили. Стал бы он наследницу убивать, да еще вернув назад. В России она. Кто-то знает ее и просто выжидает. В общем, я не знаю, что делать, но Долину просто так не отдам.

— А кто помешает наследнице воспользоваться своими правами? Дед, Звездочет? А может, твой психиатр признает ее невменяемой?

Песковатский долго молчал, потом тяжело вздохнул и тихо сказал:

— Я там был, в Долине. Сам видел два идеальных котлована. Залей их водой и пускай драги. Следуя запискам специалиста типа Аляски, золото можно добывать через пару месяцев. Да еще поставить бригады с проходнушками там, где золото почти наверху. Они могут добывать по старинке, лотками. Спецов по этой части полно. Зачем им рисковать, прятаться от ментов, проверок разных или бандитов, если они просто получат разрешение. Аляска все продумал. Государство будет заинтересовано в таком проекте, зная, какой Алясин специалист. А сколько людей получат работу, сколько будет вовлечено в создание инфраструктуры. В общем, если наследница объявится, достать ее будет просто невозможно. Ее надо убирать сейчас.

— Ты выйдешь за меня замуж? — спросил Гарри.

Надежда встала и набросила халат.

— Я скучала по тебе и очень обрадовалась, когда ты появился. Но знаешь… — Она наклонилась и поцеловала Волкова в губы. — Я не готова быть женой. По крайней мере, твоей. Ты можешь обидеться и исчезнуть, но я не хочу и не буду тебя обманывать.

— Это ты из-за своей доченьки, — резко сел в кровати Гарри. — Но не забывай, ты не молодеешь…

— То есть ты мой последний шанс обрести женское счастье? Нет. Я и так счастлива. Я была замужем и, признаюсь, жалею об этом. Ты меня устраиваешь как любовник, но стоит мне представить, что ты всегда будешь рядом, и кончится романтика встреч, все меняется.

— Вот, значит, как…

Гарри встал.

— А я хотел быть твоим мужем и, возможно, заменить отца твоей дочери.