Полуденный демон - Наталья Солнцева

– В прямом, голубушка. Не жаловался ли он на боли в сердце? Он вообще лечился где-нибудь?

– Нет… насколько мне известно, – с недоумением ответила вдова. – А что?

– Покойный был уже не молод, позволю заметить. Что же, он ни разу не обращался к врачам?

– При мне ни разу…

– Странно, однако. Да-с!

– Не вижу в этом ничего странного, – вырвалось у Марианны. – Трифон следил за собой. Он не ел мяса, занимался йогой. По-вашему, люди обязательно должны болеть?

– Вот именно. Следил за собой… не пренебрегал физическими упражнениями…

– Не понимаю, к чему вы клоните.

– А к тому, голубушка, что у вашего мужа было слабое сердце. Вскрытие показало, что он умер от инфаркта…

Глаза Марианны сделались большими, и следователь увидел, какого они редкого василькового оттенка. Яркие, чистые. Очень красивые.

– Трифон не жаловался на сердце… – только и вымолвила она.

– Супруг был значительно старше вас. Какая у вас разница в возрасте, простите?

– Двадцать лет…

– Хм!

До нее, казалось, не сразу дошел смысл сказанного следователем. Или она искусно притворялась. С такими глазами ей легко обвести мужчину вокруг пальца.

– Как… от инфаркта? – запоздало среагировала вдова. – Вы что-то путаете…

– Я-то, может, и путаю. Чего не скажешь о патологоанатоме. У нас чрезвычайно опытный и квалифицированный судмедэксперт, – смакуя каждое слово, заявил следователь. – Вскрытие показало, что резать горло господину Ветлугину было э-э… совершенно излишне. Это уж вандализм какой-то! Надругательство над трупом. Его сначала довели до инфаркта, а потом – чик…

Он провел указательным пальцем по собственной шее. И, выдержав эффектную паузу, добавил:

– Это ж как надо ненавидеть человека!.. Впрочем, убийца мог не разбираться в медицинских тонкостях… и для верности решил перерезать лежащему Ветлугину артерию. Чтобы наверняка его прикончить. А сердечко-то уже перестало биться, потому и крови было меньше, чем обычно при такой ране…

– П-прекратите…

У Марианны потемнело в глазах, тело стало ватным и чуть не завалилось на бок. Усилием воли она заставила себя вцепиться руками в подлокотники кресла. Не хватало брякнуться в обморок перед этим мужланом.

Следователь заметил неладное и метнулся к графину с водой, который стоял на журнальном столике. Марианна едва шевелила губами.

– Это… водка… – выдавила она.

Ее мучитель сам унюхал пары спирта и растерянно застыл со стопкой в пухлых коротких пальцах.

– Водка? О, черт… Эй! – крикнул он в сторону двери. – Воды принесите! Скорее!

Его приказание, очевидно, относилось к кухарке. Голос разнесся по гулкому пространству первого этажа. Повторять не пришлось. Через минуту в гостиную влетела Клавдия со стаканом воды в руке.

– Ой, мамочка…

По-детски причитая, она склонилась над хозяйкой. Та сделала пару глотков и отвела от себя стакан.

– Не надо… мне уже лучше…

Клавдия оставила воду на столе и, сердито покосившись на следователя, удалилась. Но дверь в гостиную оставила приоткрытой. Из любопытства или по небрежности?

Следователь сел, ожидая, пока Ветлугина придет в себя. Неужели ее так огорчили подробности вскрытия? Еще бы! Если это она мужа прикончила… выходит, зря рисковала. Он бы и без ее помощи отдал Богу душу. Интересно, что его так испугало? Собственная супруга с серпом наперевес?

Эксперт установил, что рана погибшему была нанесена закругленным лезвием, похожим на серп или небольшую косу.

– У вас в хозяйстве есть серп или коса? – спросил он, когда на щеки вдовы вернулись краски.

– Весь садовый инвентарь у Бориса. Вы говорили с ним?

– Думаю, стоит еще раз побеседовать с вашим садовником. Что он за человек?

Марианна вяло пожала плечами:

– С ним больше муж общался.

– Он приходит к вам каждый день?

– Да. Летом у него много работы. Зимой меньше… расчистить снег, вымыть машину, навести порядок в гараже…

Ее раздражала непонятная дотошность следователя. Чего он прицепился? Подозревает Бориса? Зачем тому убивать хозяина, который ему щедро платил? Они отлично спелись. По крайней мере Марианна не замечала, чтобы они повздорили или Ветлугин делал выговор садовнику. Казалось, они понимали друг друга с полуслова.

– Ладно, – вымолвил следователь, поправляя ворот свитера. – Занятно… Да-с!

Отсутствие орудия преступления осложняло его задачу. После вскрытия гибель Ветлугина уже нельзя было квалифицировать как убийство. Скорее это умышленное доведение до смерти… с последующим надругательством над трупом.

Доказать, что преступник просто не поверил в смерть жертвы и добил беспомощного человека, будет сложно. Опять же слово «добил» – спорное. Нельзя добить труп. Хороший адвокат сумеет обернуть это обстоятельство в пользу обвиняемого. Разумеется, если такового удастся посадить на скамью подсудимых.

В поисках «орудия убийства» оперативники везде заглядывали, в том числе и в сарай, где садовник хранил свои рабочие инструменты. Следов крови на них не обнаружили. Правда, серпа там не было. Коса точно имелась – большая, остро наточенная, с длинной ручкой. Однако нанести ею такой разрез, как на горле Ветлугина, не представлялось возможным. Слишком уж громоздкая и неуклюжая штуковина. Да и спрятать ее сложно. Особенно второпях.

Прочесывать же близлежащие окрестности криминалисты поленились. На это требовалась уйма времени и куча людей. Бегло пошарили по кустам вдоль тропинки, у которой лежало тело, на том и успокоились.

Так же бегло осмотрели дом. Что там могло быть? На первый взгляд, смерть Ветлугина выгодна одному человеку – его жене. Но она не настолько глупа, чтобы принести улику домой. Оперативники прошлись по комнатам и подсобным помещениям, ничего существенного не нашли. Зато немало удивились.

Одна из комнат на втором этаже, примыкающая к спальне, поразила их воображение.

– Вы часто занимались сексом со своим мужем? – спросил следователь.

Вдова, не поднимая глаз, качнула головой.

– Какое это имеет отношение к делу?

– Может статься, имеет.

– Что значит часто, по-вашему? – блеснула она синевой из-под ресниц. – Каждый день?

– Ну, допустим…

– Нет. После сорока мужчины не так активны.

– У покойного были проблемы с сердцем, – напомнил следователь.

– С чего вы взяли?

– Здорового человека не просто довести до инфаркта.

– Полагаю, да.

– Однако же если в возрасте господина Ветлугина злоупотреблять сексом…