Чувство льда - Александра Маринина

– Знаете, Ванечка, я что-то так разволновалась, даженоги не несут. Давайте, что ли, чайку выпьем, – попросила Тамара.

Ей нужно было собраться с мыслями и силами, чтобы принятьрешение. Конечно, семью надо спасать, но ведь какой ценой!

Круглов вышел из комнаты и через десять минут вернулся сдвумя чашками чаю. Чай был невкусным и, на взгляд Тамары Леонидовны, слишкомкрепким, но она все равно его выпила, потому что от волнения пересохло во рту.Разговор шел о чем-то постороннем: о новом спектакле, который готовится втеатре, о ведущем актере Громове, чья болезнь оказалась, к счастью, ненастолько тяжелой, чтобы лишить его возможности выходить на сцену где-то черезполгодика, о молодом композиторе Давиде Тухманове, чью модную песенку «Этиглаза напротив» распевали на каждом углу…

Примерно через полчаса Филановская решилась:

– Ванечка, я тут подумала… Вероятно, вы правы. То, чтовы предложили, будет для всех наилучшим выходом.

– Значит, даете «добро»?

– Да, – твердо произнесла она.

– Тогда, если позволите, я дам вам несколько советов.

– Конечно, Ванечка, говорите. Я все сделаю, что нужно.

– Первое и главное: никому ни слова. Вы ничего незнаете и ни о чем не догадываетесь. Особенно это касается Надюши. Знаю я вас,женщин, – он снова негромко рассмеялся, – как только ее увидите,начнете смотреть на ее живот. Вы ведь ничего пока не замечали?

– Нет. Надюшка у нас пухленькая, пышечка такая, ничегопока не видно, я бы заметила, если что.

– Вот и не замечайте. И на живот не смотрите. Вы ничегоне знаете. Запомнили?

– Да. Что еще?

– Второе: не позволяйте ей познакомить вас с Юрцевичем,не позволяйте приводить его в дом. Если, не дай бог, что-то случится… ну, выпонимаете, о чем я, то не надо, чтобы кто-то мог утверждать, что вы с нимобщались, разговаривали и все такое. Потом вас же будут упрекать, что вы неразглядели антисоветчика, или, что гораздо хуже, заподозрят, что он поделился свами своими воззрениями и вы с ними согласились. Это понятно?

– Да-да, конечно, – торопливо ответила Тамара.

– Теперь третье, тоже очень важное: не откладывая вдолгий ящик начинайте готовить Надю к тому, что рождение ребенка – этопрекрасно, это самое лучшее, что может быть в жизни женщины, что вы мечтаете овнуках…

Филановская вздрогнула, как от удара.

– Но я о них совершенно не мечтаю! Вы что, Ваня? Нукакая из меня бабушка? Я до самой смерти должна быть молодой красавицей, иначея перестану быть актрисой. Я и так от всех скрываю, сколько мне лет.

– Вам двадцать семь и всегда будет двадцатьсемь, – улыбнулся Круглов. – Но поверьте мне, Тамарочка, выполнениемоих рекомендаций обязательно, если мы с вами хотим добиться желаемогорезультата. Сейчас Надюша пребывает в убеждении, что мать-одиночка – этоужасно, это конец всему, в том числе и карьере, ибо так ее воспитывали. Поэтомуона не отделяет перспективу материнства от перспективы замужества. Если онарожает, то она должна быть замужем за отцом своего ребенка. Эту связь в ееголове нужно разрушить. Материнство ценно само по себе, безотносительно кзамужеству, и если она родит вне брака, вся семья будет только рада и всяческиее поддержит. Понимаете? Нужно заронить в Надюшину головку мысль о том, чтоналичие мужа не является обязательным.

– Но зачем? – недоумевала Филановская.

– Затем, чтобы Надежда не стремилась к браку сЮрцевичем любыми средствами, несмотря ни на что. Поверьте мне, огромное количествоженщин выходит замуж за отцов своих детей без любви, просто потому, чтобезотцовщина считается неприличной. Сделала глупость, допустила неосторожность,вступила в близкие отношения, не проверив чувства как следует, забеременела,аборт не сделала – то ли не успела вовремя, то ли решила рожать, и выходитзамуж за того, кто ей, как выяснилось спустя пару месяцев, совершенно не нужен.Не любит она его, как оказалось. А замуж выходит, потому что ребенок. ЕслиНадюша пойдет по этому пути, можете себе представить, что получится. Юрцевич,находясь в зоне, подаст на развод, его жена с этим согласится, потому чтомуж-уголовник ей тоже не больно-то нужен, и Надя, не спросясь вас, поедет кнему туда, где он будет сидеть, и зарегистрирует брак. Такое развитие событийтоже нельзя сбрасывать со счетов. А если не поедет, то будет его упорно ждать ивыйдет замуж, когда он вернется. И уж наверняка запишет его имя в метрику.Кроме того, Наденька у вас девушка эмоциональная, импульсивная, к тому жемолоденькая, жизнью не умудренная и трудностями не закаленная. Сейчас она болееили менее спокойна, у нее впереди четыре с лишним месяца, за это время Юрцевичразведется, они подают заявление в ЗАГС, приходят к вам домой, и она скажет:«Папа и мама, я выхожу замуж, у нас будет ребенок». И все будут счастливы икинутся их поздравлять. Так ей это видится сегодня. А что будет, когдасовершенно неожиданно в один прекрасный день ей скажут, что Юрцевич арестован,находится под следствием и его ждут суд и колония? Развестись-то он так и неуспел. Как она отреагирует? Что будет делать? Я вас уверяю, Тамарочка, реакцияее будет тем ужасней, чем больше она будет бояться этой самой пресловутойбезотцовщины. А когда реакция ужасна, то и поступки совершаются чудовищные. Намс вами это надо?

До нее наконец стало доходить, о чем толкует Круглов. Ей-товсе время казалось, что опасность исходит только от Юрцевича, будь он неладен,и если его убрать с глаз долой, подальше куда-нибудь запихнуть, то все проблемырешатся сами собой. Тамара Леонидовна как-то совершенно упустила из виду своюдочь Надежду, которая тоже способна совершать какие-то поступки, которые могутдоставить семье кучу неприятностей. В общем, она совершила типичную ошибкукрасивой женщины, которая так долго цепляется за свою внешность и моложавость,что инстинктивно вытесняет из сознания неудобные мысли: дети выросли, они ужевзрослые, а коль так – они способны и хотят действовать самостоятельно, неиспрашивая у родителей разрешения по каждому поводу. Для женщин, которыепытаются продлить собственную молодость, дети никогда не вырастают и невзрослеют, потому что у молодой женщины не может быть взрослых детей, ивпоследствии это оборачивается взаимным непониманием, конфликтами, драмами, ато и трагедиями.

– Вы правы, Ванечка, – кивнула она. – Японимаю.

– Ну вот. Значит, психологическая сторона комбинациивыглядит следующим образом: Юрцевич плохой, мать и дитя – это прекрасно. Втораячасть за вами. А уж сделать Юрцевича плохим – наша задача.

– Хорошо, а если Надя сама мне признается, чтобеременна? Что тогда делать?

– Да ничего! Признается – и замечательно. Обрадуйтесь,покажите, как вы счастливы.

– Но тогда мне придется согласиться на знакомство сЮрцевичем, и она приведет его к нам… Я же не смогу отказаться от знакомства сотцом ребенка, правда? Как это будет выглядеть?