Задержи дыхание - Анна Малышева

– Да ты с ума сошел! – возмутилась Майя, окончательно уяснив, что жених говорит серьезно. – Ничего сложного?! Я же никогда не была за рулем одна!

– А давно пора! Ты не начнешь ездить, если не решишься выехать без меня на шоссе! И чего бояться? Сто раз водила эту машину у проселка, даже в магазин как-то сама съездила.

– В сельский магазин! – напомнила девушка. – И ты сидел рядом, а перед нами ехал трактор, так что быстрее сорока километров я все равно бы не разогналась! А тут?! Видишь, что творится?!

Она широким жестом обвела шоссе, по которому неслись машины, вырвавшиеся из пробки. Впрочем, далеко впереди, там, где трепетало повисшее над дорогой серое марево, затор начинался снова, и причиной тому, скорее всего, была очередная авария. Александр взглянул туда, куда указывала невеста, и пожал плечами.

– Ну и что? – небрежно спросил он. – Я сам, когда впервые выехал без инструктора, психовал страшно, а вот видишь – езжу уже год, и все в порядке. И у тебя все будет нормально. Это как с плаванием – пока не столкнут в воду, не поплывешь!

– Я бы с удовольствием столкнула тебя в воду, – угрожающе заметила девушка. – Плаваешь паршиво, а еще нотации читаешь!

– Да почему ты упираешься? – стоял на своем Александр. – Неужели самой не хочется наконец посидеть за рулем? Это незабываемое ощущение, когда едешь в первый раз по шоссе… Наверное, так себя чувствовал Гагарин в космосе!

– Так то Гагарин…

Девушка продолжала возражать по инерции, а между тем в ней подспудно крепло убеждение, что именно сегодня она сядет за руль и доедет до дачи, сделав на пути остановку у супермаркета. «Там очень удобная, большая стоянка, куча мест, и я легко припаркуюсь… Это главное, потому что парковаться я толком не умею, суюсь туда-сюда, машину мотает, как корову на льду… А так правда, ничего сложного… Поставлю на вторую скорость, обгонять никого не буду. А когда сверну на наше захолустное шоссе, пробки закончатся и я спокойно доеду до дачи на скорости шестьдесят… Нет, семьдесят!»

– Ты слушаешь? – обиженно спросил Александр. – Я говорю, бояться нечего, самый тяжелый участок уже проехали. Гендоверенность на управление вот здесь…

Он откинул крышку бардачка и показал помятый файл с документами. Майя молча следила за его движениями. Ее не покидало ощущение ирреальности происходящего. Казалось, в какой-то момент действительность незаметно смешалась со сном, где ничего не следует воспринимать всерьез и невозможное становится возможным. В окне она увидела луну, ставшую за то недолгое время, пока они ехали, ярче и белее. Светило, одиноко висевшее в вечернем небе, налилось изнутри молочным светом и казалось пополневшим.

– Майя!

– Я все слышу, – медленно, как сквозь сон, откликнулась она, не сводя взгляда с луны. – Да, я поеду.

Когда она снова обернулась к Александру, ей показалось, что жених испугался. Он смотрел на нее с недоверием, нервно покусывая нижнюю губу. Девушка улыбнулась, встретив его напряженный взгляд:

– Ты прав, мне пора садиться за руль. Давно пора. И почему не сегодня?

– Раз ты согласна… Хорошо…

Он все мешкал, будто ожидая, что она опомнится и откажется, но Майя уже открыла дверцу и вышла из машины:

– Пусти меня за руль. И если хочешь застать бабушку дома, тебе пора ловить попутку.

Тогда он заторопился и, усадив девушку на свое место, в сотый раз указал ей все педали и приборы, заставил повторить вслух некоторые правила движения и в конце концов надоел ей так, что Майя взмолилась:

– Да уходи, пожалуйста, сколько можно! Все я прекрасно помню!

Александр сунул ей деньги на покупки и побежал к пешеходному мосту, расположенному в двадцати метрах впереди. Майя, глядя ему вслед, думала о том, что он будет хорошим мужем – заботливым, покладистым. Но об этом думалось тоже, как во сне, и мысли о предстоящей свадьбе больше не волновали.

Она поправила сумку, съехавшую на край соседнего сиденья, вытащила из нее помявшийся пакет с платьем и положила его отдельно. Достала затемненные очки, примерила их, но тут же спрятала, поняв, что в них нет нужды. Порылась в бардачке, надеясь найти бутылочку с водой, которую сама же сунула туда в начале весны, но безуспешно. Александр давно выпил воду и выбросил бутылочку, не позаботившись заменить ее новой. «Незапасливый, как все мужчины! – вяло, без раздражения подумала Майя. – Куплю воду в супермаркете, – решила она, в последний раз оглядывая приборную доску, перед тем как тронуться с места. – Большую бутылку воды из холодильника. Нет, две бутылки – с газом и без газа, и еще маленькую бутылочку холодного зеленого чая. И я выпью эту замечательную запотевшую бутылочку до дна прежде, чем поеду дальше!»

Жажда подстегивала ее. Уверенно, будто наблюдая за собой со стороны и контролируя каждое движение, Майя повернула ключ в замке зажигания и, услышав ровный шум мотора, нажала до отказа педаль тормоза. Переключила коробку передач с «паркинга» на «драйв», автоматически повторяя то, что у нее на глазах сотню раз проделывал Александр. Убедилась, что сзади на шоссе образовалось небольшое «окно», и, храбро отпустив ногу с педали тормоза, нажала на газ. «Опель» плавно и покорно двинулся с места, усугубив у Майи ощущение, что она видит все происходящее во сне. Девушка удачно вписала машину в общий поток, и странно, теперь, когда она сама была за рулем, ей казалось, что автомобиль почти не движется, хотя она сразу, чтобы не отставать от соседей, разогналась до восьмидесяти километров.

«Я еду слишком быстро? – спросила себя Майя и тут же решила: – В самый раз. Тащиться еле-еле, включив аварийный сигнал, – это для неврастеников и трусов. И потом, так я буду мешать соседям. Восемьдесят – это мой максимум. Обгонять я никого не собираюсь. Сейчас главное – следить за дорогой и не пропустить этот супермаркет у поворота, иначе потом на много километров вперед ни одного приличного магазина не будет».

Она не очень твердо помнила, где именно располагается этот супермаркет, хотя проезжала мимо него всякий раз, когда они с Александром отправлялись на дачу к его родителям. А это за последние два года случалось часто, так как больше им уединяться было негде. В самом магазине они ни разу не были, так как запасались продуктами еще в Москве, но со слов родителей Александра знали, что выбор там вполне достойный.

«Он справа, перед самым поворотом, не доезжая метров трехсот», – припоминала Майя, пристроившись в хвост белой «девятке», которая шла примерно с той же скоростью и вполне устраивала девушку в качестве флагмана. Их то и дело обгоняли другие машины, со свистом рассекая удушливо жаркий, отравленный гарью воздух и оставляя после себя невидимый шлейф выхлопных газов, но у Майи ни разу не возникло соблазна последовать их примеру.

Машин на шоссе становилось все меньше по мере того, как оно углублялось в область. По сторонам дороги тянулись уже не спальные районы и фабричные пригороды, а зеленеющие поля, окаймленные темными хвойными лесами. Луна окончательно набрала силу и теперь излучала слабое фосфорическое сияние. У Майи появилось ощущение, что это именно она вывезла с собой из центра города бескровное, измученное дневной жарой светило и выпустила его в чистый аквариум темнеющего неба, где луна очнулась и вернулась к жизни. Близилась ночь. Когда она успела подкрасться так незаметно? Девушка ощущала непонятную тревогу, сладкую и вибрирующую, будто ей предстояло долгожданное свидание, исход которого был неизвестен.