Взращение грехов - Чингиз Абдуллаев

— Вы учились в школе, которой руководила мать вашего жениха,— уточнил Дронго. — А когда вы познакомились с ним?

— Сразу, как только мы сюда приехали. Больше шести летназад. Я была тогда в шестом классе. А он в восьмом. Нет, уже был в девятомклассе. И мы сразу познакомились. Вы не поверите, но он мне сразу понравился.Все эти годы он провожал меня из школы домой. И моему отцу он очень нравился. Акогда мы были уже в институте, Саша решил, что должен сделать мне предложение.Он ведь уже на пятом курсе, заканчивает институт.

В каждом слове девушки чувствовалась боль. Дронго мрачновзглянул на сидевшего рядом Славина. И в этот момент раздался мелодичныйзвонок. Нино поднялась, чтобы открыть дверь. И они услышали громкий голосвошедшего молодого человека.

— Они уже приехали? Что им нужно? Почему они опять тебямучают?

Очевидно, она ему что-то говорила, но из гостиной нельзябыло услышать. Молодой человек появился. Он был высокого роста, черноволосый, сголубыми глазами, словно взявший лучшие качества своего отца-грузина иматери-белоруски. У него были правильные ровные черты лица, материнский круглыйовал лица, цвет ее глаз. Взгляд, большой лоб, нос с характерной горбинкой иупрямый подбородок он получил в наследство от отца.

— Здравствуйте, — поднялся Славин, — я рад вас видеть,Александр.

— А я нет, — прямо заявил Саша, — зачем вы все время сюдаходите? Мы уже договорились в прошлый раз, что вы больше не будете сюдаприходить и мучить своими вопросами Нино. Вы поймите, что ей очень тяжело всеэто слышать. Я уже не говорю о соседях, которые сразу узнают о ваших приходах.

— Я пришел со своим помощником, — показал на Дронго Славин,— и он хотел увидеться с вашей невестой.

— Увиделись? — спросил Саша. — Успели поговорить? Больше нетвопросов?

— Есть, — спокойно сказал Дронго, — не нужно так нервничать.Сядьте и успокойтесь. Вы немного спутали жанры. Мы ведь не следователи и непрокуроры. И ходим сюда не для того, чтобы мучить вашу невесту или сознательнопричинять ей боль. Мы адвокаты, которые приехали сюда, чтобы помочь ее отцу, азначит, помочь и всем вам.

Саша оглянулся на свою невесту. И прошел к столу, усаживаясьна стул, где раньше сидела Нино. Она прошла и встала рядом с ним, глядя нагостей.

«Красивая пара», — подумал Дронго.

— Я все понимаю, — глухо сказал он, — не нужно думать, чтотолько вам тяжело. Наверно, сейчас тяжело и матери Саши, и его сестрам. Атяжелее всех отцу Нино — Вано Ревазовичу.

Нино всхлипнула. Саша нахмурился.

— И поэтому я задам вам несколько вопросов, которые могутпоказаться вам странными. Но мне нужно получить на них конкретный ответ. Вы можетемне рассказать, Нино, зачем вы переехали именно в Новгород?

— Не знаю, — ответила девушка, — тогда так решил отец. Мывернулись в Грузию из Москвы. Но там было тяжело. В середине девяностых не былосвета, горячей воды. Очень тяжело. Я училась во втором классе, когда заболеламама. Отец, конечно, находил нужные лекарства, лучших врачей, но уже ничегонельзя было сделать. После ее смерти отец замкнулся, ему было очень плохо.Потом мы решили переехать в Россию. Я училась уже в шестом классе, когда мы перебралисьв Новгород. Директор комбината Шамиль Майданов знал моего отца еще по работе впрежнем Советском Союзе. Он несколько раз приезжал к нам в Грузию. И тогда отецрешил, что он переедет в Новгород.

— Значит, с директором мебельного комбината ваш отец былдавно знаком?

— Уже много лет. Кажется, лет двадцать. Между прочим,Майданов все время звонит к нам, спрашивает, что мне нужно. Два раза приходилиего жена и дочь. Они не верят, что мой отец мог совершить убийство. Я знаю, чтоу Майдановых были даже неприятности, но они все равно продолжают общаться сомной.

— Значит, нормальные люди, — сделал вывод Дронго, — теперьследующий вопрос. Вы знали Проталина? Может, слышали о нем? Он приходил к вам?

— Никогда о нем не слышала, — призналась Нино, — и он никогдау нас не был.

— Я о нем слышал, — вставил Александр, — говорили, что онотличился в Чечне, был настоящим героем. И я его однажды видел у своего дяди.

— Кем работает ваш дядя?

— Он заместитель начальника управления пожарной охраны внашем городе. Мамин брат. Раньше они входили в состав МВД, а сейчас, кажется, всостав МЧС. Но все равно он уже полковник.

— У меня еще два вопроса, — сказал Дронго, — и заранее прошуменя извинить, если вопросы покажутся вам достаточно неприятными. Первыйвопрос. Были ли у вашего отца знакомые женщины?

Нино вспыхнула, покраснела, отвернулась. Александр взял ееруку в свою, словно помогая ей собраться с мыслями.

— Какое отношение это имеет к убийству Проталина? —недовольно спросил Саша.

— Имеет, — твердо ответил Дронго.

— Она ничего не знает, — ответил за свою невесту Саша.

— Знаю, — неожиданно ответила Нино, — я все знаю. Онвстречался с Жанной Михальской, экономистом, которая работает в их плановомотделе.

— Откуда ты знаешь? — нахмурился Саша.

— Знаю, — ответила Нино, — такие вещи трудно скрыть. Мнерассказала обо всем его секретарь. Тетя Клава. Он иногда ездил к этойМихальской по вечерам. И уезжал с ней за город по воскресеньям. Я все знала, ноничего не говорила отцу. Ведь он много лет ни с кем не встречался после смертиматери.

— Вы не ревновали? — уточнил Дронго.

— Сначала очень. Просто с ума сходила. Плакала. А потомповзрослела и поняла, что веду себя глупо. К нам приезжала бабушка, мать моейматери. И она мне объяснила, что отец относительно молодой человек, которыйимеет право на свою личную жизнь. Такая мудрая и все понимающая женщина.

— Ты мне ничего не говорила, — прошептал Александр.

— Не хотела тебе рассказывать. Сначала стыдно было, а потомподумала, что нас это не касается.

— Правильно, — сказал он, обнимая ее за талию, — ты недолжна была вмешиваться в его личную жизнь.

Славин недовольно засопел. Получалось, что пришедший Дронгоузнал больше за несколько минут, чем он за несколько своих посещений.

— Вы мне об этом не говорили, — обиженно заметил Вячеслав.

— А вы меня об этом не спрашивали, — ответила девушка.

— Последний вопрос, — продолжал Дронго. — Когда вы хотелисыграть свадьбу?

Нино тяжело вздохнула. Саша поднялся и встал рядом с ней.

— Мы подали заявление в загс, — сообщил он таким тоном,словно в этом кто-то сомневался, — но свадьбу хотели сыграть немного позже. Вноябре. Вано Ревазович хотел пригласить много друзей из Грузии и из Москвы.