Вечная Золушка, или Красивым жить не запретишь. Свадьба с риском для жизни, или Невеста из коробки - Галина Куликова

Братья Глубоковы между тем были заняты поисками человека, отправившего их деда в клинику в Швейцарии. При этом о Миле они вовсе не позабыли. Константин думал о ней постоянно и очень переживал. Борис же, уверенный, что за ней присматривает Листопадов, был абсолютно спокоен. Первые признаки беспокойства он проявил тогда, когда Листопадов не вышел на связь в положенное время. Вечером Борис сам позвонил ему на мобильный, но трубку взял посторонний человек, и он тут же прервал звонок.

– Костик! – взволнованно сказал Борис, срочно связавшись с братом. – Сегодня вечером надо встретиться. Приезжай на нашу квартиру. Что-то я соскучился по Лютиковой. – И многозначительно добавил: – Ты понимаешь?

Жена Бориса Ася, обеспокоенная его последними длительными отлучками из дому, подслушивала разговор. Сделав из него неверные выводы, она сначала недолго побыла в шоке, потом пришла в ярость и решила выследить Бориса и разоблачить. Поймать на месте преступления с неведомой Лютиковой, с которой ее муж собирается ночевать в какой-то квартире.

Со змеиной улыбкой Ася поцеловала мужа в макушку и сказала, что отправляется в гости. Сама же вышла на улицу и нырнула в соседний подъезд. Здесь жила ее подруга, у которой умная Ася позаимствовала неприметные «Жигули». Подруга только что явилась с работы, и «Жигули» стояли у нее под окнами. Усевшись за руль, Ася повязала на голову платок и впилась взором в дверь подъезда.

Борис вышел довольно скоро. Если бы Ася двинулась за ним на собственной машине, у нее было бы мало шансов вызнать адрес «той квартиры». Однако на темные «Жигули», прицепившиеся ему в хвост, Борис не обращал ровным счетом никакого внимания. И привел свою благоверную прямо к цели.

Когда Борис скрылся за дверью квартиры, которую он открыл собственным ключом, все еще потрясенная до глубины души Ася отправилась шататься по двору. Во дворе, несмотря на сгустившиеся сумерки и неважную погоду, было довольно оживленно. Люди собирались кучками, а те, которые шли с работы, застревали возле подъездов. Настороженная Ася услышала знакомую фамилию «Лютикова» и примкнула к самой большой из групп. Где и услышала об убийстве друга таинственной Лютиковой, которого нашли в подвале рядом с опоенным водопроводчиком Митяем.

Ася тотчас же задалась вопросом, способен ли ее муж на убийство из-за женщины. Она уже допустила мысль о том, что Борис влюблен в коварную Лютикову. Единственное, что удерживало ее от решительных действий, это звонок Бориса Костику. Интересно, а этот-то каким боком привязан к супружеской измене брата? То, что это измена, она не сомневалась с самого начала. Борис в последнее время был постоянно занят, невероятно хмур и неразговорчив. Подруги наперебой убеждали Асю, что это и есть явные признаки мужской неверности. Ася готова была сражаться за мужа, вот только не знала, как и с кем. Теперь же ситуация коренным образом изменилась.

Просто позвонить в ненавистную квартиру на третьем этаже и посмотреть, как поведет себя Борис, Ася считала делом бесперспективным. Борис был хитрым и ужасно умным, иначе как бы он зарабатывал большие деньги? Он обязательно придумает какую-нибудь чертовски убедительную отговорку. Нет-нет, его надо было застукать на месте преступления, в обнимку с роковой женщиной Лютиковой. Вот тогда…

Ася обошла дом по периметру и осмотрела фасад. И тут на одном из балкончиков увидела собственного мужа, который глядел за горизонт, барабаня пальцами по перилам. Ася быстро сосчитала, какой по счету этот балкон от края дома, и отступила поближе к стене, чтобы муженек ее чего доброго не увидел. Прохожие же могли подумать, что она разглядывает подарки в магазинной витрине.

«Как же мне проникнуть в эту дурацкую квартиру? – переживала Ася. – И даже лучше – на балкон? Чтобы увидеть и услышать все, что необходимо?» Дом был старый, и балкончики оказались небольшими, с металлическими прутьями. Находились они на значительном расстоянии друг от друга, и перебраться, допустим, с балкона одной квартиры на балкон другой не было никакой физической возможности. Оставалась крыша. Ася подумала, что на крыше есть масса предметов, за которые можно зацепить веревку. И уже по веревке спуститься вниз. Страшно, конечно, но все же не смертельно. Внизу – навес над магазином, все-таки одним этажом меньше. Кроме того, Ася не собиралась срываться вниз – она не растяпа и не слабонервная барышня.

Для того чтобы слезть с крыши на балкон, необходимо было добыть веревку и соответствующим образом экипироваться. Асе ничего не оставалось делать, как возвратиться домой для тщательной подготовки ночной вылазки.

Мила тем временем сидела в своей квартире на табуретке посреди кухни и смотрела в одну точку на полу. Унылые, пессимистические, а порою даже очень страшные мысли царили в ее подсознании. Когда в дверь позвонили, она безразлично поглядела в глазок, и даже если бы увидела там неизвестно кого, все равно бы открыла.

Однако на пороге стоял не кто-нибудь, а Илья Орехов. Вид у него был недовольный и даже слегка рассерженный. В красивом длинном пальто и кашне в шашечку он по-хозяйски вошел в коридор и вместо приветствия сказал:

– Ты совсем распустилась, Мила. Посмотри, на что ты похожа!

– Уйди, Орехов, у меня депрессия, – вяло ответила та. – Зачем ты пришел? Может быть, это ты хочешь убить меня? – Мила внезапно рассмеялась лающим смехом.

– Мне позвонила Ольга и здорово меня накрутила, – пояснил Орехов. – Якобы мой святой долг ехать и тебя охранять. Якобы кого-то убили в твоем подъезде, и ты поэтому не можешь ночевать одна. А ей ты не разрешаешь приезжать, потому что из-за тебя на нее было совершено нападение. Вот я и приехал.

– На кой черт ты мне сдался? – равнодушно спросила Мила. – Если меня захотят убить, ты вряд ли помешаешь.

– Кому? – сердито спросил Орехов. – Мы ведь уже договорились, что убить хотели Алика Цимжанова!

– Если тебе нравится так думать, я не возражаю. Кстати, а где твой комплект ключей от моей квартиры? – внезапно оживилась она.

– Валяется где-то здесь. Уходя, я ключи с собой не брал.

– Будто бы.

– Неужели после того, как ты осталась одна на этой жилплощади, тебя ни разу не потянуло сделать генеральную уборку? Разобрать углы и коробки? Тогда бы ты и нашла мои ключи.

– Знаешь, Илья, я почему-то не хочу, чтобы ты меня охранял, – призналась Мила, глядя на него тусклыми глазами.

– А кем тебе доводился этот, убитый? – с ноткой странной ревности в голосе поинтересовался Орехов. – Ольга сказала, будто бы он у тебя был телохранителем?

– Вот и ты доохраняешься, – вяло ответила Мила. – Так что лучше уезжай, Илья, подобру-поздорову.

– Ну, смотри, это твое решение, – пожал плечами тот и поднялся. – Потом не говори, что все тебя бросили на произвол судьбы. Я ведь помню, ты любишь жаловаться на обстоятельства и всех подряд обвинять в своих неприятностях.

Мила апатично фыркнула и подождала, пока за Ореховым захлопнется дверь. Потом отправилась в комнату и включила телевизор. Шел отечественный боевик со стрельбой и непрекращающимся матом. Где-то на середине фильма зазвонил телефон.