Закон негодяев - Чингиз Абдуллаев

Это было любимое выражение Морозова. Он все мерил«масштабами».

Чижов подавил улыбку.

— Догадываюсь. Раз «вор в законе» и такой «авторитет».

— Ничего ты не догадываешься, — махнул рукой Морозов,немного нахмурившись, — это был очень известный деятель. Очень, — сноваподчеркнул он.

— Мне Михеев говорил, — кивнул Чижов, — Кто такой Михеев, —прокурор явно не любил строптивого начальника уголовного розыска, — он сыскарь.Его дело — поймал, пострелял, забрал, арестовал. Твое дело думать. Это сложнее.Ты даже не представляешь, какого человека убили, — снова сказал прокурор.

На этот раз Чижов промолчал, и Морозов уже болееблагосклонно продолжал:

— Мосешвили был одним из самых богатых и известных людейГрузии. Так мне сказали о нем в московском правительстве. Они уже знают обубийстве.

Сегодня вечером об этом напишут все газеты. Ко мне звонилииз телевидения — спрашивали, кто ведет расследование. Я сказал, что личновозглавлю штаб по расследованию этого скандального убийства.

Это было вполне в духе Морозова. Красоваться передтелекамерами он любил. Для него это было высшей наградой.

«Вот влип», — с огорчением подумал Чижов.

— Михаил Мосешвили был не просто «вором в законе», —продолжал прокурор, — он был одним из тех, кто помогал Эдуарду Шеварднадзепридти к власти три года назад. Потом, правда, они не поладили, и он переехал вМоскву.

Мосешвили дружил с самыми известными артистами, художниками,композиторами. Ты с утра что-нибудь такое выяснил?

— Я написал рапорт, — попытался оправдаться Чижов, — мнебыло неизвестно, кому вы поручите это расследование.

— Рапорт, — махнул рукой Морозов, — отписаться вздумал.Здесь такое убийство, а ты — рапорт. Я уже с утра сам веду свое расследование.Хотя, между прочим, не обязан этим заниматься. А ты говоришь — рапорт. Этолегко так работать. Отписался и все. Нет, нужно думать, уметь видеть главное.

Сам Морозов считал, что он умеет видеть главное, и поэтомутеперь поучал своего следователя. С другой стороны он уже полчаса мучился —поручать расследование Чижову или выбрать для этого более зрелого следователя.Здесь было одно обстоятельство, очень беспокоившее Морозова. Зрелый следовательмог просто присвоить себе все лавры расследования, или несколько подпортитьобщую картину расследования. А вот молодой Чижов в этом плане никаких шансов неимел.

Никто даже не подумает, что этот молокосос можетрасследовать такое громкое убийство. Все, конечно, сразу поймут, чторасследованием руководил сам Морозов, скромно умалчивающий о своих успехах. И этобыло главным, решающим доводом в пользу Чижова. Продумав все это, Морозов ирешил вызвать молодого следователя, предварительно накачав его и устроив легкийразнос, затем поручить расследование этого убийства.

Морозов знал, что несмотря на молодость Чижов был оченьперспективным работником. А найти убийцу Чижову должен был помочь сам Михеев.При этом можно было убить сразу двух зайцев. Если Михеев и Чижов находилиубийцу, то все лавры победителя доставались самому прокурору. Если не находили,то Чижов мог получить легкое наказание, в конце концов он и не обязанразыскивать убийцу, его дело — следствие. А вот от строптивого Михеева можнобудет окончательно избавиться. Продумав все это, Морозов и вызвал Чижова.

— Я хочу, чтобы вы поняли всю важность данногорасследования, — продолжал прокурор, — на вас будут оказывать давление,возможно, даже угрожать.

Ничего не бойтесь. Всегда помните, что я с вами. И спокойно,сосредоточенно, деловито ведите расследование. Я позвоню начальнику УВД,попрошу, чтобы этим делом занимался лично майор Михеев. Он окажет вамнеобходимую помощь. От других дел я вас освобождаю. Дело о банде, ограбившейквартиру генерала Селезнева, передайте Вострикову. И занимайтесь только деломМосешвили. Это для нас сейчас самое важное. Помните, Чижов, что на картупоставлена честь нашей прокуратуры.

Такие убийства случаются в нашем районе не каждый день.

— Я понимаю, — уныло ответил Чижов. Будь проклят этотМосешвили. Теперь Морозов его просто заклюет. Неуемная активность прокурора вовсем, что касалось собственного паблисити, была хорошо известна. Чижов понял,что впереди у него трудные дни.

— Можете идти, — разрешил Морозов, — и держите меняпостоянно в курсе дела.

Чижов не успел еще дойти до своего кабинета, когда Морозов,снова позвонил ему.

— Никаких сообщений для прессы, — строго сказал прокурор, —ваше дело работать, а не интервью давать. Не забудьте об этом.

Только выйдя от прокурора района, Чижов позволил себерасслабиться.

Только теперь он осознал, в какую историю попал с этимубийством преступного «авторитета». Зайдя в кабинет, он позвонил КонстантинуИгнатьевичу.

Тот был не в настроении.

— Ваш пустобрех уже вызывал тебя? — спросил Михеев.

— Вызывал, — уныло сообщил Чижов.

— Представляю, как теперь он будет красоваться, — Михеевзнал прокурора района не хуже Чижова, — это же его конек. Такое преступление.Похоже, мы с тобой, парень, попали в историю. Этот «Михо» крупным авторитетомбыл, его многие мои ребята знали. Да и мне непростительно, мог бы вспомнить егос первого взгляда. Просто не люблю на мертвецов смотреть. Это у меня ужеврожденное, здесь ничего не поделаешь.

— Чемоданы, открыли? — спросил Чижов.

— Открыли. Несколько писем, три пачки стодолларовых купюр.Ничего необычного.

Действительно, для Москвы эпохи бурного развития капитализманайденные в чемоданах тридцать тысяч долларов были обычным явлением. Огромнаядаже по масштабам нью-йоркской или лос-анжелесской полиции сумма была длясотрудников правоохранительных органов Москвы обычным явлением. Здесь недоверяли банкам и кредитным карточкам. Здесь предпочитали все сделкиосуществлять при помощи наличных денег.

— Мне Морозов сказал, что Мосешвили уже давно переехал вМоскву. А почему он жил в гостинице, — поинтересовался Чижов, — вы непроверяли?

— Уже проверили. У него своя дача под Москвой. Говорят,целая вилла на семнадцать комнат, а во время своих, визитов он и живет вгостинице. Кстати, мы выяснили, что этот люксовский номер был постояннозакреплен за гражданином Мосешвили. Фирма «Ампекс», где он был президентом,платила за год вперед. Так что сегодня у нас с тобой два визита — на дачу кМосешвили и в фирму.

— Странно, что такой человек не имел телохранителей, —удивился Чижов.

— Ничего странного. Телохранителей среди «авторитетов» почтиникто не держит. Шестерок сколько угодно, а вот телохранителей нет. Это даженеприлично, получается, что «вор в законе» сам не может себя защитить. Он же необычный коммерсант был или банкир, а руководитель целой группы предприятий.Судя по моим данным, на его похороны соберется пол-Москвы. Ты даже непредставляешь, кого убили вчера в гостинице. От его слова зависели тысячилюдей. На такое убийство мог пойти только не менее крупный «авторитет». Кстати,к тебе еще не приходили по поводу выдачи трупа?