Если это судьба - Дарья Кожевникова

– Не бери в голову, Викуль. Тебе что важнее, чужие мысли или своя правда?

Вика не успела обдумать ответ, потому что они подошли к боксу и она мысленно махнула на все рукой. Куда больший интерес для нее сейчас представляла лодка. Не такая ухоженная, какая была у них с Климом, и не столь современная, но – Вика теперь кое-что смыслила в этом – маневренная, и, наверное, на ходу хороша, если мотор не подкачает. Смирнов спустил лодку в док, помог Вике в нее взобраться. Она с брезгливостью покосилась на потемневшую скамейку, на которой топорщилась засохшая рыбья чешуя.

– Кто к своей технике трепетно относится, тот никогда ее в чужие руки не отдаст, Викуль. – Запрыгнувший в лодку Андрей, перехватив ее взгляд, смахнул чешую со скамьи за компанию с парочкой завяленных червяков. Вика отряхнула ее еще раз, после чего села на самый краешек. Смирнов завел мотор, и лодка, чуть задрав хищный узкий нос, понесла их к синеющему вдалеке острову, небольшому, но высокому, фактически к поросшей лесом скале, одиноко выступающей из воды. По мере того как они приближались, остров обретал цвета – между серо-синими тенями проступали светло-серые полосы слоистого каменного утеса, с отважно угнездившимися на крутизне, по-весеннему нежно-зелеными кустиками. И с соснами на вершине! Даже в пасмурный день чем выше, тем ярче светились их янтарные стволы, расходились ветки с густыми, пышными кистями длинных игл, поющих под ветром свою особую, с тихим присвистом песню. Глядя на приближающийся остров, Вика забыла и про чешую, и про червяков, постаралась забыть и про то, что у руля сейчас Смирнов, а не Клим. Это был их с мужем остров, их красота. И может быть, на самом деле нет здесь никакого тайника, а Клим просто любил это место? У Вики на ресницах дрожали слезы, когда она сказала Андрею:

– Возьми левее… Теперь чуть вперед. Вот это место. Видишь сосну напротив? Здесь.

Сосна над каменным обрывом начинала расти чуть ли не горизонтально, но потом изогнулась, вытягиваясь к небу. И напоминала Вике гордую лебединую шею. По ней они с Климом назвали этот остров – островом Лебедя. И, приехав сюда, целовались, взявшись за руки… Теперь Вика лишь тяжело вздохнула, отгоняя от себя воспоминания, от которых разрывалось сердце. Она сделает все для того, чтобы погубившие Клима подонки остались ни с чем! Что бы здесь ни оказалось, достаться им оно не должно!

– Викуль, а на каком расстоянии до острова вы останавливались, ты не помнишь? – прерывая затянувшуюся паузу, осторожно спросил Смирнов.

– Вот с этим сложнее, – вздохнула Вика. – Его я могу указать тебе только на глаз. Но не дальше, чем мы сейчас находимся. А если ближе, то ненамного. Где-то вот тут… – Она махнула рукой перед собой на прозрачную воду, ставшую темной от скрывающейся под ней глубины.

– Да… – Оставив лодку дрейфовать возле острова, Смирнов отметил что-то на карте, которую взял с собой. Потом вытащил мобильник, сделал звонок Лене, рассказал, как у них идут дела. Никаких помех сигналу не было. Потом, не довольствуясь данными карты, попытался замерить глубину дна эхолотом. В разных местах оказалось что-то от шести до десяти метров, мельче нигде не было – берега острова круто обрывались вниз.

– Соваться сюда без акваланга и гидрокостюма даже и думать нечего, – сказал он, убедившись, что отмелей нигде поблизости не наблюдается. – И не только потому, что воздуха не хватит донырнуть до дна, но еще и потому, что вода на глубине ледяная. В этом озере очень много ключей, и кто отважится спуститься вниз, рискует не выплыть.

– Ну, так не рискуй тогда, – разочарованно пожала плечами Вика. – Будем надеяться, что сладкая парочка, которая охотится за тайником Клима, тоже не сможет до него добраться.

– Я-то как раз смог бы. Но вот что касается твоего мужа… Викуль, он что, был опытным аквалангистом?

– Не знаю. – Она опустила руку за борт. Вода действительно оказалась ледяной даже у поверхности. – Я ни разу не видела, чтобы он нырял.

– А когда ты читала его досье, не помнишь, там нигде не указано, что он этим когда-нибудь занимался? Может, в армии?

– Насчет армии… если верить досье, то Клим вообще не служил, и про его увлечения там тоже ничего не было сказано. – Налетевший ветерок взметнул волны повыше, одна из них намочила Вике манжету на опущенной за борт руке. Вика отдернула ладонь, отжала рукав. Но почти сразу ее досада сменилась восхищением, когда солнце, выглянувшее из-за разорванных ветром туч, заиграло яркими бликами на мелких частых волнах. И сосны на утесе засветились особенно ярко. Клима уже нет на свете, но жизнь продолжается, и весна все увереннее вступает в свои права. Ей нет дела до Викиных чувств. Или, наоборот, своей красотой природа пытается поддержать Вику в ее горе?

– Так, а нами, похоже, заинтересовались, – протянул Смирнов, глядя вдаль, в сторону лодочной станции.

– С чего ты взял? – удивилась Вика.

– Блики на берегу. Такие бывают, когда стекло бинокля ловит солнечный луч. А кому еще надо рассматривать нас в бинокль, как не нашим «приятелям»? Да, активные ребята. Я думал, что появление полиции отпугнет их отсюда надолго. Или слишком крупный куш поставлен на кон?

– Не знаю. Скажи лучше, что дальше делать будем?

– Может, удочки наконец закинем? Создадим видимость, что мы здесь с совершенно мирными целями и никакого особого интереса у нас к этому месту нет?

– Думаешь, они рассмотрели, что это мы?

– Трудно сказать, Викуль. Смотря какой у них бинокль. Хотя и для самого простенького, я думаю, расстояние не велико.

Андрей откинул крышку ящика на корме. Вытащил оттуда и положил на дно лодки аккуратно свернутую сеть.

– Думал, мало ли, что-нибудь затралить со дна удастся, – пояснил он Вике. – Но на такой глубине да при неровном дне это глухой номер. А вот про удочки даже не думал, что придется их вытаскивать, кинул просто так, на всякий случай. – Он потянулся к первой, что лежала ближе. Удочка оказалась небольшая, пластиковая, с хорошей катушкой.

– Смирнов, а ты что, тоже рыбак? – спросила Вика, оценив снасть. Ответ ее, мягко говоря, удивил:

– Нет, Викуль. Не рыбак и не охотник. Жалко мне животину убивать. А мясо, если надо, я и в магазине куплю. Может, не такое свежее, но зато там судьба несчастной зверюшки уже свершилась, и мой выбор для нее ничего не значит: не я куплю, так другой, а не купим, так оно протухнет.

– Вот уж от кого-кого, Смирнов, а от тебя я не ожидала такое услышать, – призналась Вика. – И удочки у тебя нехилые. Слишком шикарные для камуфляжа.

– Удочки не мои, достались в нагрузку от хозяина лодки… и похоже, надо нам их сматывать по-быстрому, так и не размотав, – добавил он, взглянув в сторону станции. Вика тоже посмотрела туда и увидела три фигурки в отчалившей от берега лодке. Следом донесся звук запущенного мотора, и судно стремительно заскользило по воде, держа курс к их острову.

Не тратя времени на сеть, а оставив ее лежать там, где была, Смирнов захлопнул ящик и метнулся к мотору. Тот зарокотал без лишних капризов, взбивая в пену воду за кормой, и их лодка тоже двинулась, набирая скорость.