Гулящая Лелечка - Александр Коренюгин

— А ты считаешь, что здание детского сада подожгли только для того, чтобы убить калеку? Тогда он — персона! — еще больше удивился Юра.

— Пока твердо не уверен, но все больше склоняюсь к этой версии, — ответил Алексей, — ну, ты сам подумай, зачем больного человека посадили на цепь? Ведь не для того, чтобы он из дома не убежал. Он психическим расстройством не страдал. Наоборот, по словам того же Ивана Тимофеевича — редкий умница. Значит, его заставляли выполнять какую-то работу. Скорее всего, из серии компьютерного мошенничества. А парень добровольно этим заниматься не хотел. Вот его на цепь и посадили, чтобы послушание воспитать. Ну, а сейчас он исчерпал свой ресурс или окончательно вышел из повиновения и его решили убить, как ненужного человека и опасного свидетеля. Такова моя версия пожара в здании сада. И если была первая попытка, то не сомневайся — будет и вторая. Дел, видимо, наворотили немеряно, раз на поджог здания решились. Но результат не оправдал ожидания — инвалид жив.

— И как мы ему можем помочь? Охранять что ли?

— Может и охранять, но это потом, когда в Астрее твердо скажут, что парень пошел на поправку. Пока он для своих врагов вполне безопасен. Парень на грани жизни и смерти, и мошенники лишний раз рисковать просто не станут. Подождут, возможно, он сам, самостоятельно уйдет из жизни. А нам сейчас хорошо бы понять, кто и зачем посадил его на цепь. И если мы узнаем причину, то сможем устранить и последствия. Пожалуй, свою розыскную кампанию мы должны начать с Ивана Тимофеевича. Он-то реальный человек и имеет не только имя, но и фамилию. Правда, фамилию мы пока не знаем, но это дело нескольких дней. Обшарим городские школы и по фотографии найдем бывшего учителя математики, а ныне пенсионера, Ивана Тимофеевича. С дамой можно тоже разобраться. Мы все были на набережной Зарянки и наблюдали тесные отношения бомжихи с предпринимателем Василием Степановичем Карасевым, мужем женщины, погибшей при аварии на мосту. Если за Карасевым понаблюдать, то и бомжиху за компанию можно будет отследить. Придется кому-то из нас повисеть хвостом за бизнесменом Карасевым. Пойдем к ребятам: нужно им все рассказать, обсудить и принять совместное решение. Опыт слежки у нас уже имеется, как-то справимся без помощи милиции, собственными силами. Милиции, к большому сожалению, наш потерпевший инвалид пока не интересен. Он безымянный!

Наблюдать за Карасевым вызвался Артем. Сам Карасев Артема особенно не заинтересовал, но впереди замаячила перспектива несколько дней прожить в своем доме на колесах. Прошло уже почти полгода с тех пор, как Артему в виде ценного подарка от МЧС вручили ключи от новенькой легковушки, а вдоволь насладиться своим имуществом Артему пока не хватало свободного времени.

Второе отделение уплотнило свое рабочее время, за счет чего Артем получил свободные от службы три дня. Что-то вроде нелегальных отгулов.

Докладывать обо всем увиденном Артем должен был ежедневно своему командиру, майору Мазурову. Связь назначили обычную — мобильный телефон, лучше пока ничего не придумали.

Артем, счастливо улыбаясь, пообещал быстренько смотаться домой за пледом и термосом с кофе и прямо с сегодняшнего вечера приступить к слежке.

Поиски Ивана Тимофеевича решили начать с мамы Алексея, Натальи Викторовны. Она всю свою трудовую деятельность учительствовала в средней школе и по фотографии могла опознать Ивана Тимофеевича.

Вечером Алексей показал Наталье Викторовне фотографию бомжа, и она сразу же забеспокоилась:

— Лешенька, с ним что-то случилось? Это Иван Тимофеевич Сергейчик, преподаватель математики. Два или три года назад вышел на пенсию и куда-то пропал. Работал он в двадцать третьей школе, а там директором моя однокурсница. Наша с ней дружба ведет свое начало с первого курса университета. Поэтому я частенько бывала у нее в школе и даже иногда там подрабатывала. Хорошо знаю всех преподавателей. Иван Тимофеевич прекрасный человек и грамотный преподаватель. Дети его и уважали, и любили. Так что с ним случилось?

— Он нажил себе целый букет неприятностей. Дочь из квартиры выгнала, пенсию отобрала. Вот он и бомжует. А сейчас, похоже, еще и в каком-то криминале увяз.

— Его Маринка выгнала и пенсию отобрала? Она уже в школе ни добротой, ни отзывчивостью не отличалась. Она в той же, двадцать третьей школе училась, где он преподавал. А сейчас видишь, что сотворила! Я завтра же пойду к Лизавете, директору школы, а уж вместе с ней мы Маринку навестим и разберемся, что к чему. И квартиру она откроет, и пенсию вернет. А ты, Леша, знаешь, где самого Ивана Тимофеевича найти можно?

— В том-то и дело, что пока не знаю. Но надеюсь, что общими усилиями мы вскоре его найдем.

Но долго искать Ивана Тимофеевича спасателям не пришлось. Буквально на следующий день он нашелся сам.

Около десяти часов утра в службу спасения позвонил мужчина и глухим, как из подземелья, голосом сообщил, что он упал в вентиляционную шахту многоэтажного дома. Точный адрес он не смог назвать, но утверждал, что это самый высокий панельный дом в старом микрорайоне.

К месту вызова отправилось второе отделение спасателей. Туда же вызвали бригаду скорой помощи.

Панельную высотку спасатели нашли без труда, вскоре на уровне седьмого этажа обнаружился и пострадавший. Вытащили его на крышу при помощи спасательной веревки. Тащили медленно и осторожно. Через каждые полметра вытащенного каната связывались с потерпевшим по телефону и справлялись о его самочувствии. Наконец, из шахты появилась голова искателя приключений и Марик, который страховал канат возле самой шахты, весело засмеялся:

— Командир, смотри какой у нас улов! Сам Иван Тимофеевич к нам пожаловал.

Спасатели вытащили грузное тело Ивана Тимофеевича на крышу и развязали канат. Подняться на ноги самостоятельно Иван Тимофеевич не смог.

Грязное, с синяками и ссадинами лицо, потрепанный и такой же грязный солдатский костюм. Алексей и Марик подняли его на ноги и, поддерживая, помогли спустить на девятый этаж. Машина скорой помощи уже стояла внизу, во дворе дома. Пока поднимался лифт, Алексей попытался выяснить у Ивана Тимофеевича обстоятельства его падения в вентиляционную шахту:

— Иван Тимофеевич! Рассказывайте, каким образом Вы оказались в шахте. Не отворачивайтесь от меня. Вам все равно придется все рассказать, потому что мы по каждому случаю составляем отчет. Я слушаю Вас.

— Господин спасатель, я совсем плох, давайте в другой раз поговорим? — попытался уклониться от ответа Иван Тимофеевич, — Мне бы врача.

— До врача нужно добраться. Мы ждем лифт, и пока он поднимется, рассказывайте, что Вы делали на крыше?

— Я там ночевал. Положил доски на шахту и на них устроился. Первый раз все было хорошо — из шахты теплый воздух подогревает и одеяла не надо. А вот сегодня повернулся неудачно, доски раздвинулись и соскочили в шахту. Ну, и я вместе с ними. Хорошо, что доски застряли, за них я и держался. А так бы совсем убился.

— Понятно, но не все. — Алексей хотел услышать от Ивана Тимофеевича более конкретную информацию, — Я впервые слышу, чтобы бездомные люди ночевали на вентиляционной шахте. Конечно, теплее, чем на свежем воздухе, но намного опаснее. И Вы сами это прекрасно понимаете. Рассказывайте, что Вас вынудило забраться на крышу. Вы там прятались? От кого? И где Вы взяли мобильный телефон? В первую нашу встречу, Вы мне говорили, что во всем вашем сообществе не нашлось ни одного мобильного телефона, чтобы позвонить в службу спасения.