Delete - Анна Данилова

– А мы с Мишей поссорились, – вздохнула пьяненькая Ната. – Он приревновал меня к парню, с которым я танцевала… А я даже имени его не знаю! Ну, поцеловались мы с ним, и что такого?! Так, слегка коснулись друг друга губами. Но, ты понимаешь, такая музыка была… Я чуть не расплакалась… Ты же знаешь, какая я чувствительная.

– Натка, дождешься, бросит тебя твой Миша, – нахмурила брови Ксения Илларионовна. – Мало ли кто захочет тебя поцеловать… Ты же с мужем пришла, вот и веди себя соответственно… Хотя, пусть бросает, невелика потеря…

– Мама, ну что ты все воспитываешь нас с Ритой? Мы уже взрослые девочки и знаем, как нам жить.

– Марк уехал… – нахмурила брови Ксения Илларионовна. – Сказал же мне, что отключил телефон… Интересно, ну что такого ему могли сказать, передать через кого-то, у кого не был отключен телефон, из-за чего он не мог больше находиться на собственной свадьбе.

– Знаешь, мама, убит Аркаша Нежный. Если это не совпадение и человек, чье тело нашли на Кумысной поляне, действительно Аркадий…

– Ты говоришь о брате твоего знакомого фотографа, Валентина? – Ксения Илларионовна была знакома с Валентином Нежным не понаслышке. По ее просьбе он весь день фотографировал ее в театральных нарядах, и получился целый альбом прекрасных, мастерски выполненных снимков. С помощью профессиональной компьютерной программы Валентин омолодил Ксению Илларионовну лет на двадцать, убрав все ее морщины, складки и килограммы.

– Хочется верить, что это все же не он…

– Кажется, он был психиатром? – вспомнила Ксения Илларионовна.

Поздно вечером, когда Арина уже спала в мастерской на диване, а за Натой заехал Миша и отвез ее, сонную, домой, Рита с матерью на кухне пили чай. Гостиная была завалена подарками и заставлена вазами с цветами. В квартире пахло розами и духами.

– Значит, говоришь, правильно, что я не рассказала Марку этот сон? Если бы ты только знала, как мне хотелось с ним поделиться…

– Рита, не все можно говорить мужчинам, даже самым хорошим, как, скажем, твой Марк. И сны тоже не все следует рассказывать. Как ни крути, но иногда сны – это отражение наших мыслей. Не всегда, безусловно. Иногда такое приснится, что просыпаешься и думаешь: с чего бы это? Космос, к примеру. Я что, мечтаю полететь в космос? Нет. Однако мне иногда снится звездное небо, и я – лечу куда-то, то взмываю вверх, то срываюсь вниз… Причем в плетеной корзине! Что же касается этого твоего…

– Лени…

– Мне думается, что твои-то мысли здесь как раз ни при чем. Возможно, это он питает к тебе сильные чувства, вот и снится тебе. Ты же о нем не думала?

– Нет!

– А дочку его давно видела?

– Да с тех самых пор и не видела…

– Не зря же говорят про телепатию, информационные поля… Просто мы всего этого не видим. Так вот, я думаю, что это твой Леня мысленно прорывался к тебе, возможно даже, он мечтал о тебе, видел тебя своей женой, вот и нафантазировал… И его фантазии благополучно добрались до тебя, приснились тебе…

– Но согласись, сон странный… И главное – портрет. Я смотрела на него и думала: это же моя рука. Это я писала черный бархат платья, лицо… У меня было такое чувство, словно я на самом деле работала над новыми чертами лица… Я нисколько не сомневалась, что этот портрет – моя переработка… Мам, я хочу увидеть его…

– Кого? Леню? – Ксения Илларионовна сердито отодвинула от себя чашку. – Ритка, ты что, с ума сошла?

– Да не Леню, а портрет. Хочу убедиться, что с ним все в порядке.

– Ты в своем уме?!

– Но ведь это не преступление… Другое дело, как туда попасть, в его квартиру…

– Рита, выбрось это из головы. Собралась на свидание?

– Я даже способ придумала. Хочу познакомить Леню с Ариной. Приедем к нему вместе с Ариной, и, пока они будут разговаривать, я посмотрю на портрет. Все произойдет самым невинным образом.

– Странная ты, Рита… Ну что могло произойти с портретом? Глупости все это… А что касается Арины… – Она перешла на шепот: – У тебя сегодня, по сути, брачная ночь. Зачем ты привезла ее сюда? Почему не отправила домой? Она что, пьяная была?

– Нет. Не в этом дело. У нее кризис. Это долго объяснять. Но если в двух словах: она была мужеподобной некрасивой женщиной, а сегодня вдруг, преображенная мною и парикмахером, оказалась в центре внимания мужчин и испытала ни с чем не сравнимые ощущения… Ей понадобится какое-то время, чтобы все это переосмыслить и решить для себя, какой образ ей ближе…

– Но тебе-то что?

– Люди должны помогать друг другу.

– А она тебе когда-нибудь помогала?

– Да.

И Рита рассказала матери эпопею с Гохом. Ксения Илларионовна хохотала так, что они не услышали, как вернулся Марк.

– Хотя бы в этом доме еще умеют смеяться, – проговорил он, устало опускаясь на стул. – Привет всем.

Рита поднялась, подошла к нему и обняла.

– Марк… Наконец-то… Ну что? Как дела?

– Как, говоришь, звали твоего знакомого… Нежного?

– Ты же сам говорил… Аркадий.

– Нет, другого, его брата, он, кажется, фотограф?

– Валентин. А что? Ты видел его? Разговаривал?

– С ним тоже теперь не поговоришь. Мы нашли Валентина в его же собственной квартире, и тоже удушенного. Так что ни Валентина, ни его брата Аркадия нет в живых. Такие вот дела…

В дверях показалась заспанная Арина. На ней был розовый халат Риты. Она все еще продолжала выглядеть, как нормальная и довольно-таки привлекательная женщина. Вот только лицо ее казалось каменным, непроницаемым.

– Я случайно услышала, Марк… Два убийства? Два брата? У следствия уже есть какие-то версии?

– Без комментариев, – холодно отозвался Марк. – Мы работаем.

Ксения Илларионовна, решившая взять инициативу в свои руки, поднялась, засуетилась, засобиралась:

– Поедем-ка, Ариночка, домой, как-никак у молодых сегодня брачная ночь… Марку и так сегодня досталось, с собственной свадьбы пришлось уйти… Давай-ка оставим их в покое…

Рита в душе усмехнулась: мама всегда умела добиваться своего. Хотя именно сейчас она, возможно, и права. Ей так хотелось остаться вдвоем с Марком. Арина все равно проснулась… Возьмут такси и разъедутся по своим домам.

Арина спустилась в мастерскую и поднялась уже в джинсах и свитере. Подошла к Рите.

– Спасибо тебе за все.

– Да не за что… Это тебе спасибо. – Они переглянулись понимающими взглядами. – Арина, на пару слов… У меня к тебе еще одно дело. Мне надо попасть в квартиру одного человека, я потом тебе объясню… Прийти к нему одна я не могу, на это есть свои причины. Ты не могла бы составить мне компанию? А заодно возьмешь интервью… Если получится, конечно. Если нет, если этот человек нам откажет, в любом случае разговор произойдет в его квартире…