Найти, влюбиться и отомстить - Татьяна Полякова

– Где Алик? – спросил Владан, приближаясь к прилавку, я осталась стоять возле открытой двери.

– На улице, – пожал плечами мужчина. – Зачем он тебе?

– Твой брат проколол колеса у машины вот этой девушки.

– Ай-яй-яй, – поцокал тот языком. – Нехорошо. Что поделаешь. Дети всегда шалят.

– Не пора ли растолковать ему, что такие шалости добром не кончатся?

– Он никого не слушает.

– А ты постарайся быть услышанным. Или ему это растолкует кто-то другой.

– Ему всего тринадцать, они в этом возрасте все такие. В следующий раз пусть девушка ставит машину в другом месте.

– В следующий раз твоему брату лучше позаботиться о том, чтоб с ее машиной ничего не случилось.

– Я не отвечаю за брата, – резко возразил торговец и махнул рукой.

– Это ты так думаешь, – ответил Владан, перехватил его руку и молниеносным движением вывернул ему пальцы.

Я отчетливо слышала хруст, мужчина вскрикнул от боли и побледнел. А из подсобки появился мальчишка, тот самый Алик. Лицо его пылало, рот кривился, правую руку он держал за своей спиной, дрожа всем телом.

– Ты все слышал? – спросил его Владан. – Если ты такой герой, чего за брата прячешься?

– Ты… – с трудом произнес мальчишка, – ты… ты просто нас ненавидишь.

– Вот как? – вроде бы удивился Владан.

– Все знают, – зло добавил Алик, а я замерла в страхе, не зная, как прекратить все это. Конечно, мальчишка заслуживал хорошей порки, но ломать пальцы его брату… Да этот Владан просто псих…

– Ты колеса проткнул, потому что у девушки кожа светлее, чем твоя, или просто ее тачке позавидовал? – спросил Владан с усмешкой. Глаза мальчика потемнели от гнева, он дернулся, и я увидела, как сверкнуло лезвие ножа в его руке. – Поразмышляй об этом, – продолжил Владан. – И запомни. Если взялся за оружие, ты уже не ребенок. И отвечать будешь, как мужчина.

Владан развернулся и направился к двери. Оба брата смотрели ему вслед, один придерживал ладонью искалеченную руку, в глазах младшего закипали слезы. Едва держась на ногах, я последовала за Маричем.

– Владелец «Мазератти» может позволить себе офис в другом районе, – сказала я, садясь рядом с ним в машину.

– Это мой район, – ответил он. – Я здесь вырос и уезжать отсюда не собираюсь.

А меня прорвало:

– Вот оно что… «очистим город от инородцев»?

– Звучит довольно забавно, учитывая мое имя и фамилию. Кстати, это у твоей машины колеса проткнули.

– Но это не повод устраивать вендетту.

Он взглянул на меня, а я невольно поежилась. Хмурое, с тяжелыми чертами лицо, резко очерченный подбородок и глаза… Сейчас, глядя в них, я чувствовала себя так, будто попала в мрачный подвал, из которого нет выхода.

– Налицо несовпадение мировоззрений, – усмехнулся Владан. – У тебя еще есть возможность отказаться от моих услуг.

– Не дождешься, – буркнула я, отворачиваясь к окну.

Он засмеялся:

– На самом деле мы здесь неплохо уживаемся, хотя человеку со стороны понять, что к чему, нелегко.

– Здесь – это в Яме?

– Ага. Отличный район, а сердца у нас у всех просто золотые.

Мы вернулись к офису, тут меня ждал очередной сюрприз. Моя машина исчезла. На тротуаре, поставив ноги на проезжую часть улицы, сидел чумазый мальчишка лет восьми с копной иссиня-черных волос и грыз яблоко. «Вот и все, чего этот псих добился, – с тоской подумала я. – Мою машину угнали». Владана ее исчезновение отнюдь не смутило. Он притормозил, открыл окно, а мальчишка поднялся и, сунув голову в кабину, сказал солидно, уж очень по-взрослому:

– Дядя Ашот машину увез, через час все будет готово.

Мальчик трепетно провел ладошкой по рулю и спросил совсем другим тоном:

– Прокатишь?

– Садись. – Владан распахнул дверь, мальчишка с сияющим лицом устроился на его коленях, вцепившись руками в руль. И мы покатили по улице. – Как мать? – спросил Владан, ехал он не спеша, желая продлить удовольствие ребенку.

– Теперь нормально. На следующей неделе обещали выписать. Велела тебе привет передать.

– Скажи ей, пусть ни о чем не беспокоится.

Владан надавил педаль газа, и машина рванула вперед, а мальчишка завизжал от восторга. Вскоре мы тормозили возле авторемонтной мастерской, размещалась она в старом кирпичном гараже. Навстречу нам вышел пожилой мужчина и приветливо помахал рукой.

– Ребята скоро закончат, – сказал он, когда мы втроем вышли из машины. Они с Маричем обменялись рукопожатием и обнялись, похлопывая друг друга по спине. – Выпьем чаю… как девушку зовут?

– Полина.

– Красивая девушка, и имя красивое. Жаль, что так получилось с твоей машиной, – продолжил он, с улыбкой глядя на меня. – Не сердись. У нас хороший район…

– Ага, – не удержалась я. – И сердца у всех золотые.

– Правильно сказала, – засмеялся он, вроде бы не замечая иронии. – В любое время обращайся, красавица. Дядя Ашот все сделает в лучшем виде. Друзья Владана – мои друзья.

Мы прошли в маленькое помещение, пристроенное к гаражу, что-то вроде кабинета. Чистенько, уютно. Старый диван был застелен ковром. Хозяин заварил чай, мы устроились за низким столиком, стоявшим возле дивана. Мальчишка вернулся к машине Владана и устроился в кабине. В открытую дверь я видела, как он, захлебываясь от счастья, изображает работу двигателя и крутит руль. Может, я и вправду чего-то не понимаю?

Минут через сорок мне вернули «Ауди», денег за работу не взяли, что, впрочем, не удивило. Возле автомастерской мы и простились с Владаном, я отправилась домой, договорившись, что часов в девять вечера он за мной заедет.

Оказавшись в квартире, я устроилась за компьютером, очень жалея, что не могу позвонить Руфине. То есть, конечно, позвонить могу, но в это время она, скорее всего, спит. Придется ждать до утра. Мне хотелось поговорить с ней о человеке, с которым меня так странно свела судьба. Все мои мысли были заняты им, а отнюдь не предстоящим расследованием. По этой причине я чувствовала себя виноватой, едва ли не предателем. К тому же после инцидента в Яме я сомневалась, что вообще поступила правильно, обратившись к нему. Владан верно сказал, мы люди из разных миров и сможем ли существовать рядом, большой вопрос. И вместе с тем я не хотела, да и не могла отказаться от совместного расследования. Романтический образ, созданный моей детской фантазией, явно не соответствовал реальному Владану, но из-за этого не стал менее притягательным.

Конечно, его гестаповские методы вызывали у меня протест, и вместе с тем я отдавала себе отчет, что у него куда больше шансов отыскать убийцу именно из-за его решимости добиваться цели любыми средствами. Данное открытие добавило переживаний, я поспешила успокоить себя тем, что, находясь рядом, не позволю ему перейти разумные границы, и мрачно усмехнулась: сегодня я тоже была рядом, и что? «Сегодня я была не готова, – мысленно оправдывалась я. – Только это и не позволило мне вмешаться». И вновь усмехнулась, подловив себя на вранье. Окажись на месте Владана кто-то другой, я бы, ни секунды не раздумывая, отказалась от его услуг и поторопилась вычеркнуть из своей жизни. А сейчас просто придумывала себе оправдания и вновь обманывала себя, считая, что смогу как-то на него повлиять. Если отбросить все лживые доводы, выходило следующее: наша встреча через столько лет произвела впечатление, не просто впечатление… Я не сомневалась, что она действительно изменит мою дальнейшую жизнь. Вот только никто не обещал, что это принесет мне счастье. Один раз я уже обожглась и теперь со страхом думала, что все может повториться вновь… Боль, с которой невозможно справиться, гнетущая тоска – они были моими спутниками весь прошедший год. «Я не ребенок, – утешала я себя. – Не глупая девчонка, которую легко обмануть. Я не позволю этому случиться еще раз… и влюбляться в него тоже не собираюсь».